Рязанские казаки – первые казаки-воины, упомянутые в русских письменных источниках. Они фигурируют в повести о татарском царевиче Мустафе, содержащейся в Никоновской летописи. Напомним ход событий, ордынский царевич Мустафа с большим татарским войском повоевал рязанские земли, захватил большой полон и стал продавать его рязанцам. Рязанцы выкупили своих пленных. Вскоре суровая зима принудила татар вновь идти к Рязани, уже с миром. Они хотели перезимовать в городе. Услышав о том, московский великий князь Василий Васильевич послал на татар своих воевод с войском – свой двор и мордву на лыжах. Ослабевшее от суровой зимы, потерявшее своих лошадей татарское войско стояло у города Переяславля-Рязанского. Здесь, на реке Листани, на него напала русская рать великого князя. С другой стороны татар атаковали казаки рязанские, которые также были на лыжах с сулицами, рогатинами и саблями. В ходе упорного боя татары потерпели поражение. Татарское войско было большей частью перебито, погиб и царевич Мустафа. Случилось это в 1444 году.
Итак, рязанские казаки впервые являются как пехота на лыжах. Казаки-татары были только конные. По всей видимости, рязанские казаки были русскими. В писцовых книгах конца XVI- начала XVII вв. в списках служилых казаков рязанской и прочих украйных земель Русского государства сплошь русские имена – христианские и славянского происхождения. Надо думать, такими же русскими были и их предки 100-150 лет тому назад.
Следующий вопрос – вольные то были казаки или служилые? В источниках нет ни одного упоминания о вольных рязанских казаках. Служилые рязанские казаки известны по письмам великого князя Ивана III своей сестре, рязанской княгине. В 1501 г. турецкий посол Алакоз перед возвращением из Москвы на родину попросил у великого князя Московского Ивана III разрешения «на Рязани наняти казаков рязанских десять человек, которые бы Дону знали». Иван третий дал согласие и направил грамоту рязанской княгине Аграфене, которая после смерти своего мужа правила Рязанью: «И ты бы у Олакося десяти человекам освободила нанятись казакам, а не лутчим людям». Судя по тексту, в конце XV- начале XVI века служилые казаки в Рязани были уже вполне привычны. Появились они конечно гораздо раньше.
Вообще, вольные казаки обычно звались по рекам, на которых они обитали – донские, волжские, яицкие, терские. Служилые же казаки назывались по тем городам и областям, где они служили. По этому признаку рязанские казаки явно относятся к служилым людям Рязанского княжества, которое было одним из сильнейших в Великой Руси. Располагалось оно на степной границе Руси с Ордой. То, что казаки впервые стали известны именно здесь, вполне логично. Отдельные ватаги казаков и прочих рязанских жителей вполне могли уходить на Дон «в молодечество» и гулять там на воле. Но в целом рязанские казаки были служилыми казаками. Они служили поначалу рязанским князьям, а затем, с ликвидацией рязанского княжения, - стали служилыми людьми единого Русского государства. На протяжение XV-XVII веков они охраняли степные границы Руси от татарских набегов.
Судя по дошедшим до нас документам, рязанские казаки прекрасно знали Поле, донскую степь. В 1521 году московское правительство хлопотало о выборе места в донских степях, где бы могли съезжаться русские и турецкие посольства: «… справились у рязанских казаков, и те объявили, что на полдороге от Азова к московским границам находится переволока; на этой переволоке (между Доном и Волгою) прибой людям астраханским, и тут посольским провожатым сходиться нельзя; надобно быть съезду на Медведице, которая ближе к великого князя украйне, но всего лучше назначить съезд на Хопре».
В описании посольства Морозова в Константинополь читаем: «Посланы с Иваном Морозовым казаки-рязанцы десять станиц, и список ему дан именной, где кого из них оставить: в Азове-четыре станицы, в Кафе-четыре станицы, в Царь-город с собою взять две станицы; которых казаков оставить в Азове и Кафе, и ему тем казакам приказать: если крымский царь захочет идти на великого князя украйну, то станица ехала бы к великому князю, а другие оставались бы и ждали новых вестей, и какие еще вести будут, ехали бы к великому князю по станицам же, чтоб великий князь без вестей не был».
Согласно приговору о станичной и сторожевой службе 1571 года, рязанские станицы ездили к Северскому Донцу и к Святым Горам. Вообще же городовые казаки, многие из которых были рязанцами, стерегли орельские, новосильские, дедиловские, донковские, епифанские, шацкие, ряжские, алаторские сторожи. Служили в Орле, Кропивне, Воронеже и почти во всех крепостях на степной украйне Российского государства.