Раньше я думал, что отказ от алкоголя — это удел двух категорий людей: тех, кому врач сказал «или пить, или жить», и тех, кто стал веганом, практикует сыроедение и смотрит на колбасу как на яд. Я попал в первую категорию. В 32 года инсульт популярно объяснил мне, что густая кровь и стресс — не лучшее сочетание с горячительными напитками. Но когда я начал разбираться, то обнаружил странное. Оказывается, целое поколение — те, кому сейчас 18–25 — отказывается от алкоголя добровольно. Не потому что им запретили, а потому что им это просто неинтересно. И вот тут мне стало по-настоящему любопытно. На первый взгляд статистика однозначна. В России среди молодых 18–24 лет доля трезвенников почти сравнялась с долей пьющих — от 54% до 61% по данным ВШЭ. Почти 60% респондентов 15–22 лет выбирают здоровую пищу, а треть полностью отказалась от спиртного. Похожая картина и в США. Но если копнуть глубже, начинается что-то интересное. Зумеры не просто «бросают пить». Они меняют саму культуру. По данным