Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Лахта Центр

РУССКИЙ МУЗЕЙ И ЕГО ЛЮДИ

Сегодня день рождения Русского музея: ему исполняется 131 год. Специально к дате самый молодой сотрудник музея — некогда участник проекта «Друзья Петербурга», а теперь реставратор отдела станковой масляной живописи Анна Парненкова — рассказывает о том, как ей удалось попасть на работу в главную сокровищницу русского искусства в мире и что происходит в музее за стенами экспозиционных залов. — Анна, как вы выбрали такую необычную профессию?
— Это был совершенно осознанный выбор: еще во время обучения в лицее в восьмом классе я решила, что хочу стать реставратором. Мне нравилось соприкосновение с искусством, возможность ему как-то помочь. А в самом раннем детстве нравилось работать руками: клеить, мастерить, копировать. Поэтому все звезды сошлись так, что я взяла и поступила в Санкт-Петербургскую академию художеств имени Ильи Репина на факультет живописи, кафедра реставрации станковой живописи.
— То есть вы в восьмом классе выбрали вуз и шли к цели? Был ли момент сомнений, когда жалели о

Сегодня день рождения Русского музея: ему исполняется 131 год. Специально к дате самый молодой сотрудник музея — некогда участник проекта «Друзья Петербурга», а теперь реставратор отдела станковой масляной живописи Анна Парненкова — рассказывает о том, как ей удалось попасть на работу в главную сокровищницу русского искусства в мире и что происходит в музее за стенами экспозиционных залов.

— Анна, как вы выбрали такую необычную профессию?
— Это был совершенно осознанный выбор: еще во время обучения в лицее в восьмом классе я решила, что хочу стать реставратором. Мне нравилось соприкосновение с искусством, возможность ему как-то помочь. А в самом раннем детстве нравилось работать руками: клеить, мастерить, копировать. Поэтому все звезды сошлись так, что я взяла и поступила в Санкт-Петербургскую академию художеств имени Ильи Репина на факультет живописи, кафедра реставрации станковой живописи.

— То есть вы в восьмом классе выбрали вуз и шли к цели? Был ли момент сомнений, когда жалели о своем выборе?
— Ни разу. Наоборот, я добивалась этой цели. Только с третьей попытки поступила на бюджет. Для меня это было принципиально, поэтому я пробовала снова и снова.

-2

— Какой был ваш первый самый запомнившийся опыт самостоятельной реставрации?
— Магистерский диплом, я занималась им два года. Это была реставрация большой картины размером 220 на 160 см, итальянский пейзаж второй половины XVIII века неизвестного художника из собрания Государственного Эрмитажа. Главная особенность полотна — его структура, под живописью находилась другая живопись. Мой руководитель и реставрационный совет приняли решение дублировать картину на новую основу, а дублирование таких больших картин — кропотливая работа, которая требует большого количества людей. Операцию нужно сделать очень быстро, и она не позволяет вернуться назад и что-то исправить. Это был мой личный подвиг — справиться в одиночку с таким большим форматом. В мои задачи входило утоньшение лака, укрепление красочного слоя, укладка кракелюра, выравнивание деформаций и восполнение утрат основы, в том числе большого порыва, почти 90 сантиметров. Я написала магистерскую диссертацию на тему «Методы и приемы реставрации крупноформатной станковой масляной живописи», куда включила свой опыт, и получила диплом с отличием.

-3

— Вы наблюдали за самой знаменитой реставрацией последних лет — открытой реставрацией шедевра Карла Брюллова «Последний день Помпеи»?
— Во время обучения мне предложили пойти на мастер-класс по реставрации, который проводил «Газпром» с проектом «Друзья Петербурга» как раз по этой картине. Ведущие художники-реставраторы Русского музея рассказывали обо всех тонкостях и нюансах работы с таким колоссальным шедевром. Меня больше всего поразила слаженность работы всей команды — не только художников-реставраторов, но и научных сотрудников. Очень интересно было узнать об исследованиях, в ходе которых открылись различные авторские правки. И было очень любопытно посмотреть на реставрацию рамы, так как у нас в Академии художеств нет такого направления, это была новая сфера, в которую удалось немного погрузиться.

— И тогда вы захотели работать в Русском музее?
— Нет, я всегда хотела работать здесь, мне очень близок подход к реставрации в Русском музее. Моим руководителем и наставником во время учебы была Татьяна Борисовна Серова, ведущий художник-реставратор Русского музея. Именно она вложила в нас принципы, особенности подхода к работе. Прежде всего — чуткой любви к любому произведению. Все они разные, и каждое заслуживает внимательного отношения, особенно со стороны реставратора. Потому что реставратор — человек, который может помочь произведению вернуться к его изначальной точке, снова стать таким, каким его задумал автор.

-4

— Из чего состоит рабочий день реставратора Русского музея?
— Это может быть и прием картин после выставки, и подготовка их к отправке на выставку, монтирование экспозиции в наших залах или работа непосредственно в мастерской: покрытие картин лаком, укрепление красочного слоя, снятие картин с подрамников. Недавно я отправляла картины на выставку в Москву. В мои обязанности входило осмотреть произведение, которое поедет в другой город, определить его техническое состояние: достаточно ли оно стабильно, не повредит ли ему транспортировка или нужны реставрационные работы. После этого с руководителем и коллегами составлялся план подготовки картин к транспортировке и экспонированию, и по этому плану шла работа.

— А как проходит работа над реставрацией?
— Сначала картина попадает в отдел, который выполняет исследования: съемку в инфракрасном диапазоне, в ультрафиолете, исследование состава грунта, красочного слоя, лакового покрытия. Это очень важно сделать перед реставрацией, чтобы понимать, как дальше работать с произведением. По результатам исследований мы делаем выводы и составляем паспорт, то есть полное описание состояния произведения и план реставрационных мероприятий. Утраты, порывы основы, состояние красочного слоя, его фактурность и плотность — все должно быть описано заранее. Затем назначается реставрационный совет, на котором присутствуют все реставраторы отдела, начальник службы реставрации, хранители и наши коллеги из отдела технологических исследований. На совете презентуется и обсуждается план. И только потом начинается непосредственная работа с произведением — профилактическая заклейка, укрепление, замена подрамника, заделка порывов, восстановление красочного слоя и так далее. Количество операций может быть две или три, а может быть и двадцать пять — заранее не предугадаешь

-5

— Что в вашей работе приносит самое большое удовольствие?
— На самом деле всё, потому что мой выбор на сто процентов осознанный. Меня воодушевляет возможность работать с огромным количеством совершенно разных произведений, потому что у Русского музея колоссальное собрание. Каждая картина — это загадка, которую реставратору надо разгадать: не только понять технические характеристики, но и вникнуть в суть произведения. И здесь такой коллектив и такие люди, что можно наслаждаться общением с ними и постоянно учиться чему-то новому.

Беседовала: Анастасия Зольникова
Фото: Олег Королевский

🖥 Видеоверсию интервью можно посмотреть в сообществе ПАО «Газпром» ВКонтакте

#лахтацентрзнаний