— Жанна, ну ты же понимаешь, что шашлык — это не еда, это состояние души, — провозгласил Вадик, выгружая из багажника своего видавшего виды внедорожника три пятилитровые баклажки с мутной жидкостью. — А душа у нас в этом году требует простора и березок.
Жанна стояла на крыльце своей дачи, скрестив руки на груди, и наблюдала, как по ее свежескошенному газону, который Сергей выравнивал все прошлые выходные, разгуливает семейство Потаповых. Майское солнце припекало, пахло первой зеленью и почему-то дешевым маринадом в уксусе.
— Вадик, состояние души — это прекрасно, — отозвалась Жанна, поправляя выбившуюся прядь. — Но я думала, вы просто заскочите на часок, поздороваться. У нас тут, вообще-то, посевная кампания в разгаре.
— Какая кампания? — Света Потапова, благоухая чем-то приторно-цветочным, уже тащила к веранде огромный пакет с одноразовой посудой. — Праздник на дворе. Мы решили: хватит сидеть в пыльном городе. Тем более, Лидочка твоя сказала, что вы все равно здесь будете.
Лида, двадцатилетняя дочь Жанны, высунулась из окна второго этажа с наушниками на шее и виновато махнула рукой. Сергей, муж Жанны, в это время пытался незаметно уползти в сторону сарая, изображая крайнюю озабоченность состоянием лопаты. Он всегда так делал — когда на горизонте маячили гости с сомнительными намерениями, Сергей внезапно становился ведущим агрономом страны.
— Мам, ну они же друзья, — прошептала Лида, спустившись вниз. — Света сказала, что они все привезут с собой.
Жанна вздохнула. Она знала это «все с собой». Обычно это означало пачку самого дешевого чая, пакет сушек и неуемный аппетит пяти взрослых людей. Потаповы привезли еще и своего младшего, четырнадцатилетнего обалдуя Ромку, который уже вовсю испытывал на прочность садовые качели.
— Ладно, — сказала Жанна, в которой проснулось то самое гостеприимство, замешанное на легком мазохизме. — Располагайтесь. Сергей, бросай лопату, иди мангал разжигай.
К трем часам дня идиллия начала давать трещину. Оказалось, что «все с собой» у Потаповых — это три килограмма мяса, состоящего на две трети из жил и жира, и полное отсутствие соли, хлеба, овощей и, собственно, желания что-либо делать.
— Ой, Жанночка, а у тебя огурчики свои еще остались? — Света уже вовсю хозяйничала в кладовке. — Мы свои запасы еще в марте доели. И картошечки бы ведерко, Ромка так любит запеченную в золе.
Жанна наблюдала, как на кухонном столе растет гора грязной посуды. Антон, ее семнадцатилетний сын, пытался прорваться к холодильнику за кефиром, но путь ему преградил Вадик, который искал «чего-нибудь покрепче для аппетита».
— Жанн, а где у вас уголь? — Вадик заглянул на кухню. — Наш что-то не разгорается, отсырел, видно. И розжига плесни, а то у меня только спички.
— В сарае, Вадик, — сухо ответила Жанна. — Там же, где и дрова, которые Сергей колол все утро, чтобы мы могли вечером в камине посидеть.
— О, дрова — это тема! — Вадик радостно потер руки. — В камине — это романтика, а нам для мяса в самый раз. Настоящий шашлык должен быть на березе.
Жанна посмотрела в окно. Антон уже тащил из поленницы березовые дрова, а Ромка Потапов в это время пытался сбить футбольным мячом гнездо ласточек под крышей. В голове у Жанны зазвучал голос из старого фильма: «Красота-то какая, лепота». Только вот лепота эта начала обходиться слишком дорого.
К вечеру выяснилось, что Потаповы никуда не собираются.
— Слушай, Серег, а у вас же на мансарде диван раскладывается? — Вадик разомлел от свежего воздуха и чужого гостеприимства. — Мы подумали, зачем по пробкам в город тащиться. Останемся до завтра, а? Шашлыка еще полкастрюли, погода шепчет.
Сергей посмотрел на Жанну. В его глазах читалась мольба о спасении, но и привычная мягкотелость. Жанна же в этот момент как раз подсчитывала в уме, сколько стоит литр бензина для генератора (свет на дачах опять отключили), сколько ушло воды из скважины на помывку этой оравы и во сколько обойдется восстановление клумбы с пионами, по которой только что пронесся Ромка.
— Конечно, оставайтесь, — вдруг улыбнулась Жанна так лучезарно, что Сергей вздрогнул. — Места всем хватит. Света, ты постельное сама найдешь в шкафу. Только аккуратно, там накрахмаленное.
Утро началось не с кофе. Утро началось с вопля Светы:
— Ой, а горячей воды нет? Я только голову намылила!
— Светочка, так бойлер не резиновый, — ласково пропела Жанна из кухни, где она уже два часа жарила сырники из домашнего творога. — Сначала Ромка душ принимал полчаса, потом Вадик. Электричество нынче дорогое, мы бойлер на эконом-режим поставили. Холодная водичка — она бодрит, для кожи полезно.
На завтрак Потаповы явились с помятыми лицами. Сырники исчезали со скоростью звука.
— Вкусно у тебя, Жанн, — чавкал Вадик. — Только сметаны маловато. Нет еще баночки.
— Кончилась сметана, Вадик, — отрезала Жанна. — И яйца кончились. И масло. Мы же не рассчитывали на такую ораву... ой, то есть на такую приятную компанию. Кстати, Света, ты когда посуду мыть будешь, используй соду, а то средство для мытья посуды тоже на донышке. Оно сейчас, знаешь, как подорожало. Почти как хороший парфюм.
После завтрака Потаповы решили, что пора бы и честь знать, но тут Света вспомнила:
— Ой, Жанночка, а помнишь, ты говорила, у вас саженцы облепихи лишние были? И рассада помидоров у тебя такая крепкая. Дашь парочку?
Жанна молча вышла на веранду и взяла блокнот. Она долго что-то писала, шевеля губами. Сергей с опаской наблюдал за женой. Он знал этот взгляд — так Жанна смотрела на квитанции из ЖКХ, когда там внезапно появлялась лишняя графа за капитальный ремонт дырки в небе.
Когда Потаповы, нагруженные «гостинцами» в виде пучков зелени, трех банок прошлогоднего варенья и саженцев, уже стояли у своей машины, Жанна подошла к Вадику.
— Вот, держи, — она протянула ему листок, вырванный из блокнота.
— Это что, рецепт наливки? — Вадик близоруко прищурился.
— Нет, Вадик. Это счет.
Наступила тишина. Даже Ромка перестал пинать колесо машины.
— Какой счет? — Света вытянула шею, заглядывая в бумажку.
— Обычный, — спокойно пояснила Жанна. — Давайте пройдемся по пунктам. Аренда гостевой комнаты на сутки — три тысячи. У нас тут, считай, люкс: вид на сосны, воздух чистый. Питание: шашлык из ваших жил мы, конечно, не считаем, но вот мой гарнир, овощи, соленья, завтрак с домашним творогом — это еще две тысячи на четверых. Расход дров березовых — пятьсот рублей. Использование электроэнергии и износ бойлера — триста. И вишенка на торте — испорченная клумба с сортовыми пионами, Ромка там знатно потоптался, оцениваю в тысячу за моральный ущерб цветам. Итого — шесть восемьсот.
Вадик открыл рот. Света покраснела так, что сравнялась цветом с помидорами в мешке.
— Жанна, ты что, шутишь? Мы же друзья. Мы к вам с душой.
— Света, душа — это бесплатно, — парировала Жанна. — А вот содержание дачи в рабочем состоянии — удовольствие платное. Мы с Сергеем на майские планировали отдых, а в итоге я два дня у плиты простояла, а он за Ромкой окурки по участку собирал. Мы за этот отдых заплатили своим здоровьем и временем. Теперь ваша очередь.
— Да мы... да мы больше к вам ни ногой! — Вадик швырнул листок на землю.
— Это тоже входит в стоимость, — невозмутимо кивнула Жанна. — Услуга «избавление от навязчивых гостей» обычно стоит дороже, но вам я сделала скидку как старым знакомым.
Потаповы загрузились в машину с таким грохотом, будто эвакуировались из зоны бедствия. Мотор взревел, внедорожник рванул с места, обдав Жанну облаком пыли. Мешок с рассадой остался сиротливо лежать у калитки — Света в сердцах его просто выкинула.
Сергей подошел к жене, осторожно приобнял ее за плечи.
— Жанн, ну ты даешь. Неужели правда думала, что заплатят?
— Конечно нет, Сережа, — Жанна подняла листок с земли и аккуратно сложила его в карман фартука. — Зато посмотри, какая тишина. Слышишь? Птички поют. И никто не спрашивает, где у нас соль и почему вода в душе холодная. Это спокойствие стоит гораздо дороже семи тысяч.
Она посмотрела на гору грязных шампуров, оставленных Вадиком у мангала, и вздохнула.
— Пошли, агроном. У нас там еще картошка не посажена. А Потаповы... Потаповы теперь к Сидоровым поедут. У тех как раз баня достроилась.
Жанна зашла в дом и начала собирать посуду. На столе лежал забытый телефон Светы. Она улыбнулась — интрига только начиналась.
Через час на телефон Жанны пришло сообщение от незнакомого номера, но с очень знакомым стилем изложения. Оказалось, что Света обнаружила пропажу гаджета на полпути к городу и теперь требовала вернуть его немедленно, угрожая написать жалобу в дачный кооператив за «незаконное предпринимательство». Но Жанна не спешила отвечать. У нее в планах был послеобеденный сон, а телефон... телефон мог и в колодце случайно оказаться, если Света не сменит тон.
— Сергей, неси сачок для бассейна, — скомандовала Жанна, глядя на вибрирующий смартфон Светы, который та в спешке оставила прямо в глубокой миске с остатками маринада. — Тут наша «лучшая подруга» связь с космосом восстановить пытается.
Сергей, только что обретший долгожданное право на горизонтальное положение в гамаке, страдальчески вздохнул, но поднялся. В семье Жанны знали: если мама начала операцию по принуждению к совести, лучше стоять в оцеплении, чем на линии огня.
— Жанн, ну может отдадим просто? — Сергей брезгливо двумя пальцами выудил гаджет из лужи уксуса и луковых колец. — Она же сейчас на разворот пойдет. Вадик на таких эмоциях до города за сорок минут долетит, а потом обратно примчится.
— Вот и пусть примчится, — Жанна вытерла руки о передник с надписью «Королева кухни», которая в этот момент звучала как «Главнокомандующий тыла». — Как раз заберет свои шампуры грязные и счет оплатит. А то ишь, рассаду они бросили. Это же «Бычье сердце», Света за него в прошлом году на рынке торговалась, как за фамильные бриллианты.
Через сорок минут у калитки взвизгнули тормоза. Вадик выскочил из машины, не заглушив мотор, и решительным шагом, напоминающим походку кавалериста с радикулитом, направился к крыльцу. Света семенила следом, на ходу поправляя растрепанную прическу.
— Телефон на базу! — Вадик протянул руку, будто требовал ключи от секретного сейфа. — И не надо тут цирк устраивать. Мы люди простые, зла не помним, но за свое стоять будем.
Жанна вышла на крыльцо, держа в руках поднос, на котором сиротливо лежал проспиртованный уксусом телефон и… пачка чеков из местного сельпо.
— Вадик, Светочка, что же вы так официально? — Жанна даже не шелохнулась. — Телефон ваш в целости, разве что маринадом подзарядился. Но у нас тут возникла небольшая техническая заминка. Понимаете, пока вы ездили туда-сюда, Лидочка решила проверить баланс нашей карты за электричество. И — о чудо. Оказалось, что ваш Ромка вчера не просто в душ сходил, а оставил кран открытым в бане. Затопило предбанник, а насос качал воду три часа впустую.
Света открыла рот, но Жанна перехватила инициативу:
— Поэтому сумма в чеке слегка скорректировалась. За просушку бани и лишние кубы воды я накинула всего символическую тысячу. Итого семь восемьсот. Либо телефон остается у нас в качестве залога, либо мы сейчас расходимся как в море корабли, но с закрытыми долгами.
— Это грабеж! — визгнула Света. — Какая баня? Ромка — золотой ребенок!
— Золотой ребенок вчера в предбаннике пытался запустить «водную горку» из шланга, — вставил Антон, лениво выходя из-за угла с видеозаписью на телефоне. — Я снял, хотел в сеть выложить, как лайфхак по уничтожению чужого имущества, но мама сказала — сначала переговоры.
Вадик посмотрел на экран телефона Антона, потом на Жанну, потом на свой внедорожник, в котором бензина осталось ровно до ближайшей заправки. Монументальная фигура Жанны на крыльце не оставляла шансов на партизанскую войну.
— Черт с вами, куркули дачные, — Вадик достал из кошелька измятые купюры. — Забирай свои миллионы. Чтобы я еще раз к интеллигенции на шашлыки поехал... Да лучше я в гараже кильку в томате есть буду.
Он швырнул деньги на поднос. Жанна аккуратно передала ему телефон, предварительно протерев его салфеткой.
— Счастливо доехать, — напутствовала она. — И шампуры заберите, они за калиткой. А то у нас на даче лишнего железа не держат, аура портится.
Когда пыль за машиной Потаповых окончательно улеглась, Жанна пересчитала деньги. Семь тысяч восемьсот рублей. Ровно столько, сколько стоил новый насос для полива, о котором Сергей мечтал с прошлого сезона, но все откладывал, экономя семейный бюджет.
— Ну что, отец, — Жанна посмотрела на мужа. — Заказывай свой агрегат с доставкой. Заработали.
— Жанн, а баню-то правда затопило? — с опаской спросил Сергей.
— Обижаешь, Сереж, — Жанна усмехнулась и пошла в дом. — Баня сухая как лист. Но за то, что Света без спроса мои запасы огурцов в сумку паковала, пока я сырники жарила, это была плата за консультацию по этикету.
Вечером на даче царил идеальный порядок. Антон с Лидой мыли посуду, споря, чья очередь выносить мусор, а Жанна с Сергеем сидели на веранде и пили чай с чабрецом. На столе не было ни лишних людей, ни чужих проблем. Только майская ночь, тишина и честно заработанное спокойствие.
Жанна закрыла блокнот, в котором вела учет домашних расходов, и поставила жирную точку. Иногда, чтобы сохранить дружбу, нужно просто вовремя выставить счет. А если дружба после этого развалилась — значит, это была не дружба, а плохо замаскированная благотворительность, на которую у Жанны в этом сезоне лимита не было.
Если эта история отозвалась — значит, вы наша.
В клубе ждут ещё десятки похожих рассказов, собранных в тематические сборники, всего более 3000 рассказов.
☕ Заварите чай и приходите...