Утро. Обычный школьный день. Дети сидят за партами, учитель начинает урок.
И вдруг – крики в коридоре. Кто-то замахнулся ножом – и школьный мир перестал быть прежним.
К сожалению, сегодня это реальность, с которой сталкиваются российские школы.
Школа всегда была для нас не просто зданием, где проходят уроки. Это пространство доверия: родители утром отпускают ребенка из дома и верят, что за школьным порогом он будет в безопасности, что рядом с ним взрослые, порядок, правила, государство.
К сожалению, за последние годы сообщения о жестоких расправах посреди уроков стали появляться все чаще. Подростки приносят в школу ножи, пиротехнику, молотки, зажигательные смеси, страйкбольное оружие. Жертвами становятся дети, педагоги, сотрудники школ. И если мы будем каждый раз объяснять это «отдельным случаем», «личным конфликтом» или «трудным возрастом», мы просто упустим момент, когда проблему еще можно остановить.
Считаю, что речь идет о системном вызове – для школы, семьи, правоохранительных органов и всей социальной политики государства.
Трагедия, которая показала уязвимость школы
Один из самых резонансных случаев произошел 16 декабря 2025 года в школе поселка Горки-2 Одинцовского округа. По сообщениям СМИ, подросток пришел в школу с ножом и перцовым баллончиком, распылил газ в лицо охраннику, после чего напал на учеников. Погиб 10-летний ребенок, были пострадавшие.
В подобных трагедиях страшна страшно то, что нападение происходит там, где ребенок должен быть защищен по определению.
Когда под ударом оказывается учитель
Отдельно надо говорить о нападениях на педагогов. Учитель – это не охранник, не сотрудник спецслужбы, не человек, который должен каждый день быть готовым к физическому нападению. Он приходит в школу учить, воспитывать, помогать ребенку стать человеком. Но сегодня мы видим случаи, когда педагог сам становится объектом агрессии.
15 декабря 2025 года в моем родном Санкт-Петербурге девятиклассник напал с ножом на учительницу. По данным СМИ, конфликт был связан с оценкой, а педагог получила несколько ранений.
В феврале 2026 года в Красноярском крае школьница после конфликта с педагогом напала на учителя и одноклассницу. Дело рассматривалось как покушение на убийство.
7 апреля 2026 года в Добрянке Пермского края подросток напал с ножом на учительницу у школы. Тогда сначала сообщалось о крайне тяжелом состоянии педагога, затем региональные и федеральные СМИ сообщили о ее смерти.
И здесь скажу прямо: если учитель не защищен у школьной доски, значит, не защищена сама система образования. Нельзя требовать от педагога высокого результата, воспитательной работы, индивидуального подхода к каждому ребенку и одновременно оставлять его один на один с агрессивными детьми, бюрократической нагрузкой и низкой зарплатой.
Когда берега теряются
Последние случаи показывают, что меняется характер нападений – в ход регулярно идет оружие. В Нижнекамске в январе 2026 года подросток пришел в лицей с ножом и, по сообщениям СМИ, перед нападением использовал петарды; пострадала сотрудница учреждения.
В Уфе в феврале 2026 года школьник применил страйкбольное оружие против учителя и одноклассников. В тот же период СМИ сообщали о новых нападениях в учебных заведениях разных регионов.
Мы видим подготовку, выбор предметов нападения, попытки запугивания, иногда – желание снять происходящее на видео. А значит, профилактика должна быть не только у школьного турникета на входе, а гораздо раньше: в семье, в школе, в цифровой среде, в системе психологической помощи.
Цифры, которые нельзя игнорировать
По данным МВД, с начала 2026 года в 15 регионах России было предотвращено 21 нападение на учащихся и преподавателей.
Да, часть таких преступлений удается предотвратить. Это говорит о работе правоохранительных органов. Но сама необходимость предотвращать десятки подобных атак показывает масштаб проблемы. Мы уже не можем говорить: «Мы не Америка, такого у нас почти не бывает». Бывает. И происходит чаще, чем общество готово признать.
Интернет как новая зона риска
Есть еще один фактор, который нельзя выносить за скобки, – цифровая среда. Подростков пытаются вовлекать в противоправные действия через интернет, социальные сети, мессенджеры и игровые платформы.
Здесь важно быть точными. Не каждый подростковый конфликт связан с внешним воздействием, и нельзя любую трагедию автоматически объяснять «чужой провокацией». Но государство обязано видеть, что дети сегодня живут в информационном пространстве, где агрессия может романтизироваться, преступление – подаваться как «игра», а слабый, одинокий или обиженный ребенок – становиться удобной мишенью для манипуляторов, среди которых, безусловно, хватает засланных бандеровских шпионов.
Если подростку предлагают деньги за поджог, нападение, съемку «акции» или запугивание, это вопрос национальной безопасности и защиты несовершеннолетних.
Где корень проблемы
Было бы ошибкой искать одно простое объяснение. Причин несколько, и для каждой есть готовое доступное решение.
Наша позиция проста: безопасность школы должна быть не лозунгом, а государственным стандартом.
Первое – профессиональная охрана школ. Мы считаем, что охрана образовательных учреждений должна обеспечиваться подготовленными структурами, включая Росгвардию, а не случайными ЧОПами, которые зачастую не имеют ни полномочий, ни подготовки для реального реагирования.
Второе – снижение нагрузки на учителей. Надо убрать избыточную отчетность, освободить педагога от бумажной рутины и вернуть ему главное – время на детей.
Третье – достойная зарплата педагогов. Нельзя говорить об уважении к учителю, если система сама оценивает его труд как второстепенный. Зарплата педагога должна быть выше средней по региону, а не превращаться в бесконечную борьбу за доплаты и ставки.
Четвертое – сильная школьная психологическая служба. Реальная работа с детьми, родителями и учителями, раннее выявление буллинга, депрессии, агрессии, социальной изоляции.
Пятое – ответственность семьи. Родители должны понимать: воспитание ребенка нельзя полностью делегировать школе. Государство может и должно помогать семье, но не может прожить за родителей их ответственность.
Готовы ли мы признать, что проблема существует? Перестать экономить на безопасности, учителях, психологах, воспитании? Требовать не разовых проверок после трагедии, а постоянной системной работы?
Убежден: школа должна быть территорией знаний, уважения и защиты. И государство обязано сделать все, чтобы ребенок, уходя утром на уроки, возвращался домой живым, здоровым и уверенным: взрослые рядом, взрослые видят, взрослые отвечают.