Главы моей книги "Тайный код славянской азбуки".
Да, друзья мои читатели, ни больше, но и не меньше – наш русский герой - Иван дурак или Иван царевич – это всё тот же Геракл, свершающий свои 12 подвигов. Просто потому, что наши сказки, как и сказки других индоевропейских народов, имеют одну и ту же общую основу. Так как почти все индоевропейцы вышли из одного общего центра, как утверждают историки и генетики.
Речь здесь не идет о некоем «первородстве» или превосходстве, славянском или греческом – или индийском. Просто по сообщениям историков и генетиков, предки большинства индоевропейских народов двумя волнами вышли как минимум с Алтая, переселились в Семиречье, а оттуда расселились дальше – кто-то на юг, на территорию Иранского нагорья и далее – на север Индостана, кто-то – в Анатолию, Месопотамию, на север Африки, оттуда – в Европу. И все они – тогда ещё немногочисленные родственные народы – несли общую мифологию, основанную на почитании солнца, света и огня как производных солнечного света, и матери-природы – «супругов» и одновременно «брата» и «сестры». И зимы, темного холодного периода года – как их антагониста – но необходимого элемента годового природного цикла обновления природы зимой, её возрождения весной под воздействием солнечного света, с последующим расцветом летом – но – и – последующим увяданием и опять – гибелью – и – обновлением. И так – за годом год по кругу.
Отсюда и многочисленные варианты мифов о, по сути, «небесном» или «солнечном» герое, его «подвигах» во имя любимой, сражении с коварным «змеем» - зимним периодом – в разных обличиях и вариантах. В том числе и в мифах о Геракле, и в сказках об Иване царевиче и Сером волке.
Рассмотрим и докажем это.
Итак, некий царь, у которого, по одной версии сказок, в саду растет то самое чудо-дерево с волшебными молодильными золотыми яблоками, и которые кто-то начал воровать - по другой версии эти самые яблоки понадобились этому царю ввиду его старости и болезни.
Далее три сына царя – старший, средний и младший – вызвались «нести вахту» у «чудо-дерева» и изловить вора. Уже видим общие для таких сказаний три сына, старшие два из которых традиционно терпят фиаско, а вот третий младший обнаруживает вора – жар-птицу - и даже – по одной из версий – при поимке и погоне за ней выдергивает у неё несколько золотых перьев. Уже видим в этом пересечение сюжета с «Коньком-горбунком» Ершова, где Иван-дурак находит перо жар-птицы.
Где жар-птица – символ солнечной зари, предвестник появления солнца весной – и последний отблеск солнца – осенью, как я уже писал выше в других статьях. Именно потому герой – Иван – получает вначале только одно или несколько светящихся перьев, как символ уходящего за горизонт солнца, находящегося после этого за/под горизонтом, на протяжении всей зимы до следующей – теперь уже весенней зари.
И потому далее сыновья отправляются на поиски этой самой жар-птицы – за тем самым весенним рассветом, весенней зарей, и/или молодильными яблоками – в разных вариантах по-разному, но суть та же, общая. Два старших брата избирают на перекрестке «трех дорог» формально не ту, и попадают в плен к богатырше – Синеглазке. По другим версиям этой сказки – просто теряются. На время…
Здесь надо подробнее остановится на сюжете «выбора пути» - того самого перекрестка, известного по многим сказкам – и картине «Витязь на распутье» Васнецова.
Ибо всё в этих сказках – неспроста и имеет глубокий метафорический смысл.
Перекресток является на самом деле центральной точкой всё того же годового движения солнца, а три дороги – три пути, предлагаемые главному герою этих сказок – это три важнейшие точки эклиптики – того самого годового «вращения солнца». На самом деле их, естественно, четыре. Это точки весеннего и осеннего равноденствия и точки зимнего и летнего солнцестояния.
Понятно, что на самом деле вращается Земля, двигаясь по кругу, но наши предки этого, скорее всего, не знали, и потому отметили для себя эти четыре важнейшие точки «движения» солнца. Первая – это точка осеннего равноденствия – часто отправная точка, откуда герой начинает своё движение, точка выхода, «дорога», по которой герой пришел к тому самому перекрёстку после осенней закатной зари – прилета жар-птицы и «кражи» «чудо яблок» - то есть гибели природы, осенью. Пришел к обычному перекрестку, от центра которого расходятся четыре дороги – одна из которых – та, по которой прибыл герой – и три других. На которых на указательном камне даётся три варианта безальтернативного развития событий для главного героя – солнца – потерять коня, жениться, или потерять голову/себя. Это три других точки эклиптики.
«Потеря коня» – дорога направо – это 22-25 декабря – точка самой длинной ночи - а за Полярным кругом это отсутствие солнца – то есть – «коня» как символа солнца – на небосводе на длительный период времени, на зиму. И потому Серый волк «съедает» коня у главного героя сказки, который и отправляется по этой дороге. Но в приступе раскаяния – у волка – и раскаянье! - Серый волк предлагает главному герою сказки свои услуги, свою помощь.
Волк – символ зимы – лютый – это не только про волка, но и про холод и мороз, зима – время волков.
В сказке о «Молодильных яблоках» волка нет, есть Баба Яга – страж мира мертвых и символ зимы, даже не одна, а три сестры – бабы Яги, они же Мойры у греков, на что указывает род занятий Бабы Яги – она прядет пряжу, как и Мойры – нити судьбы.
Ивана в другой версии этой сказки о чудо-яблоках как раз и встречает одна из таких трех сестер, которая по логике должна съесть Ивана, так как в этой версии сказки дорога направо – дорога «потерять себя». Но Иван мило обходится с младшей Бабой Ягой, привратницей царства мертвых, и та помогает ему, дав взамен своего чудо-коня. Далее сюжет в чем-то похож, в чем-то расходится со сказкой о Сером волке.
Серый волк привозит Ивана царевича к царству, в котором находится та самая искомая жар-птица – или вариант – те самые золотые молодильные яблочки, или всё вместе – похищенные яблоки и вор – та самая жар птица – то есть солнечная заря.
Иван теперь уже сам ворует жар-птицу – наступает солнечная заря - но Иван не может удержаться от воровства и золотой клетки, она ему нужна для содержания яркой горячей птицы. И потому Иван пойман и вынужден выполнять ещё одно задание – совершать ещё один подвиг для «царя», владельца жар-птицы – как и Геракл, который совершает свои подвиги по указанию царя Еврисфея/Эврисфея.
На этот раз Ивану надо украсть «коня златогривого» - вспоминаем рассмотренный несколькими статьями выше «подвиг» Геракла с «конями Диомеда», которых он доставил Еврисфею.
Конь, повторюсь в сотый раз, это и символ солнца, и созвездие Конь, которое в древности ассоциировали с конем, везущим по небу солнце. И потому вполне логично, что после «подвига» с жар птицей – то есть – рассветом – Ивану поручают добыть «коня златогривого» - то есть – вывести из-за горизонта собственно солнце или созвездие Конь/Пегас, переходящее как раз весной на дневную, солнечную сторону небосвода, соединяясь с солнцем. И потому конь - символическое животное, которое запряжено в повозку, которая везет солнце по небу, и потому конь «златогривый» - то есть расцветка коня, не встречающаяся в природе.
Иван далее так же успешно крадет коня – но – не удерживается и вынужден взять и золотую уздечку – явная параллель с мифом о получении Гераклом пояса Ипполиты. На чем Ивана и ловят «с поличным», что называется, и «во искупление» и ради получения коня дают следующее задание – привести чудо красавицу.
Что так же абсолютно логично и полностью укладывается в концепцию годового природного цикла, метафорически описанного в этой и подобных сказках.
Ибо чудо-красавица – это сама природа, она же - богиня красоты, она же – богиня плодородия и так далее – у разных народов по-разному, но почти всегда это женский персонаж, которого и спасает – или похищает – главный герой.
В сказке о Синеглазке и молодильных яблочках Иван царевич вынужден бороться с Синеглазкой и, только победив её, получает согласие на женитьбу. То же самое мы видим в мифе о Зигфриде/Сигурде в «Песне о Нибелунгах», который побеждает деву-воительницу. И то же самое мы видели в мифе о Геракле, получающем «Пояс Ипполиты» - по сути – пояс Ареса, то есть – созвездие «Пояс Ориона» - от предводительницы амазонок после того, как победил её в единоборстве. Всё, как видим, то же самое, вполне узнаваемо, различаются лишь имена героев и немного – сюжетные линии.
Символическая «свадьба» солнца и земли – Сабантуй у тюркских народов и Красная горка у славян – главный праздник индоевропейских народов. Это и соединение Вишну со своей супругой Лакшми, которая, как и греческая богиня Афродита, появляется «из пены» - во время «пахтанья Молочного океана» во время весеннего равноденствия. То есть – 22 марта, как я показал много выше в другой статье. Эта точка отмечена на том самом придорожном «путевом» камне под надписью «прямо пойдешь – женатым будешь».
Именно на этот период приходятся главнейшие праздники индоевропейцев – Масленица, она же на самом деле и Пасха, то есть «проход» зимы – периода смерти, она же Сита у индусов, которая появляется в марте, в марте же появляется приемная мать Кришны Яшода. Ну и главный праздник весны индусов – Холи, про который я уже неоднократно писал выше – всё «о том же» - это окончание зимы и приход теплого солнечного периода пробуждения природы, встречи солнца и природы, которая начинает пробуждаться.
Всё это описано в мифах/сказках в виде метафоры победы над чудищем – зимой, с последующим приходом на Землю богини процветания, плодородия и красоты. Той самой чудо-девицы, Зари Заряницы у славян, она же Лета, она же Юна, она же Лакшми, она же множество других богинь и героинь сказок и эпосов почти у всех индоевропейских народов. Всё это весна, весеннее пробуждение природы – которую и «освобождает» или «похищает» из «высокой башни» тот самый Иван царевич или его «аналоги».
Здесь характерен сюжет именно с освобождением «царь-девицы» красавицы из башни, до которой Иван должен прыгнуть на своём чудо-коне – или на Сером волке – дотянувшись до губ красавицы, сидящей высоко в тереме.
О чем это?
Это метафора постепенного подъема солнца над горизонтом как раз после 22 марта, где Иван на Сером волке или том самом чудо-коне из другой сказки, «Сивка-бурка», в каждом прыжке поднимается всё выше и выше, постепенно приближаясь к зениту – высшей точке подъема солнца в своём годовом движении. 22 июня.
Это следующая точка эклиптики, так же важная точка для многих индоевропейцев, которые так же широко отмечают эту дату, и в Индии, и в Древней Руси, как Духов день, и до сих пор. Точка формальной встречи двух героев этих мифов – женской, природной, и мужской, солнечной/небесной ипостасей природы.
И одновременно эта точка начала «гибели» солнца – и нашего «солнечного/небесного» героя. Именно после получения красавицы Иван отправляется в обратный путь, обманом – путем превращения волка - забирает все свои трофеи и движется домой.
То есть – начинается то самое обратное движение солнца вниз, к горизонту, с ежедневным уменьшением длительности светового дня. И потому на придорожном камне эта точка, эта дорога отмечена надписью «налево пойдешь – голову/себя потеряешь». Не отсюда ли русское выражение «ходить налево» с явной негативной коннотацией?
Это и обратная дорога Геракла, на которой он в разных подвигах или вынужден спускаться в царство мертвых для спасения, к примеру, жены царя Адмета, или сражаться с морским чудовищем драконом, ради убийства которого он даёт себя проглотить.
Ну а в русских – и не только в русских - сказках и мифах именно на обратном пути во время возвращения главного героя убивают его же собственные близкие. Это или два его старших брата – которых он, как правило, перед этим находит и спасает, или его побратимы, как в мифе о Зигфриде или «Руслане и Людмиле» Пушкина.
Что так же абсолютно логично – после 22 июня солнце склоняется всё ниже к горизонту и после середины июля заходит за горизонт – то есть – заходит в царство мертвых – но - только в Заполярье! После чего в Заполярье начинаются обычные полноценные восходы и закаты солнца на несколько месяцев уже обычных всё укорачивающихся световых дней. Солнце «зашло» за горизонт, в «царство мертвых», пока не на долго, но с каждым днем – всё на дольше и дольше.
Потому то и главный герой этих сказок почти всегда «воскресает», оживленный живой водой или просто выбираясь из глубокого подземелья после того, как братья бросили его туда, перерезав, к примеру, веревки, на которых он поднимался.
Это и символ последующего весеннего возрождения – после «смерти» - то есть – после прохождения зимы – с началом очередного природного годового цикла. Как в цикле о 12 подвигах Геракла, где 12 подвигов изначально – это 12 месяцев, два из которых признали «негодными» - то есть – зимними. И как в сказке о тех самых золотых молодильных яблоках, где герой в разных вариантах всегда «воскрешает», наказывает предавших его братьев и возвращает себе славу, любимую подругу – и дарит отцу те самые молодильные золотые яблоки. Как и в мифе о Геракле и яблоках Гесперид….
Собрав воедино русские народные сказки о «подвигах» Ивана царевича мы, в принципе, получим ту же самую компиляцию «подвигов», что и в греческой мифологии о «подвигах» Геракла, практически все те же сюжеты и те же герои под другими именами. И при желании можем их «раскидать» на цикл из 12 подвигов. У нас в сказках нет разве что гигантского льва и кабана/вепря, которых побеждает Геракл. А всё остальное – пожалуйста, есть!
Есть в наших русских славянских сказках и аналог многоголовой гидры – это Змей Горыныч, чьи отрубленные головы прирастают обратно, и гигант великан, которого побеждает Иван, и «олень золотые рога», аналог керинейской лани, которую ловит Геракл, и чудо-конь. И те же «золотые яблоки» тоже есть. Есть и разбойник – аналог гигантов, встречающих Геракла на обратном пути – это Соловей-разбойник, которого на «заброшенной дороге» побеждает Илья Муромец – более поздняя версия всё того же Ивана царевича. Есть даже аналог быков и коров Гериона и «авгиевых конюшен» как минимум в двух вариантах сказок про Ивана в сборнике сказок Афанасьева, где Ивану поручают пасти коров, часть из которых у него похищают – всё есть.
Есть в русских сказках про Ивана даже тот самый чудо пес с двумя головами Орф/Орт – «брат» трехголового пса Кербера/Цербера, о котором речь пойдет в следующем «подвиге» Геракла – это как раз тот самый «серый волк» - олицетворение зимних двух или трех месяцев зимы – время лютых морозов и лютых серых волков – правда, наш волк с одной головой.
Все эти параллели сюжетных линий мифов и сказок разных индоевропейских народов и указывают на общность древней прародины предков почти всех индоевропейцев – и славян – в том числе.