Когда-то прочитала в электронном виде пару произведений Инны Гофф и полюбила ее творчество. Но только на днях приобрела сборник «Совсем новая жена». В книге помимо повестей «Юноши с перчаткой» и «Свои люди» есть и рассказы. В предисловии к сборнику есть краткий рассказ писательницы о себе:
Довоенное небо сияло над головой.
Довоенное солнце слепило глаза.
Было время подвигов и рекордов. Время песен и маршей: «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью…».
Кем только я не хотела стать! И капитаном дальнего плавания. И астрономом. И кинорежиссером.
Только не писателем!
Многие, чья юность совпала с войной, говорят, что писателями их сделала война. То же могу сказать и я.
В Литературный институт я поступала со стихами. Потом стала писать прозу. Начала с повестей. Позже увлек жанр рассказа.
В Литературном институте Инна Гофф училась на курсе у К.Паустовского.
О некоторых из рассказов Инны Гофф я хочу поделиться впечатлением.
«По вечерам они пели»
В Сибири, в военном госпитале жили три подруги, три медсестры – Мария, Тоня и Валя. Комната их была проходной, днем и ночью мимо них сновали люди, хлопали двери, загорался свет. Но девушки не жаловались. А по мере сил старались свое жилище сделать уютным. И постоянно просились на фронт. Но в госпитале хватало работы. Раненные прибывали и прибывали. Их четырнадцатилетняя помощница любила слушать, как они поют в свободную минуту по вечерам.
Первой на фронт уехала Мария. Уезжая, она раздарила подругам свои фотографии, Вале досталась военная, а Тоне – в шляпке с матерчатыми цветами. Ей хотелось оставить что-нибудь и мне на память, но у нее ничего больше не было. И тогда я попросила ее списать слова этой песни. Я помню, как она сидела на краешке своей – и уже не своей – койки, как-то по-иному, строго и отчужденно заправленной, и выводила на листке бумаги: «Не послушалась она мамина совета»…
перед глазами встает Сибирь, первый год войны, зимний морозный вечер, негаснущие госпитальные окна и три девушки, три военные медсестры – Мария, Тоня и Валя.
Воспоминания девочки - подростка о своей жизни в далекой Сибири, работе в военном госпитале и встречи с самыми разными людьми.
«Совсем новая жена» - этот рассказ уже из другой эпохи, эпохи конца 60-х , когда самые близкие друзья собирались на кухнях.
В квартире ждут гостей. Детей отправили с ночевкой к бабушке, жена накрывает на стол в комнате (на кухне - надо заслужить), муж «нервно курит» у окна. Ровно в 20.00 раздается звонок в дверь.
Мы выходим в коридор и открываем дверь. И она входит в наш дом. Обыкновенная женщина. Она похожа на Маришу, но помоложе. И повыше ростом… Она протягивает мне руку. Ее зовут Дина. Дима и Дина. Впрочем, что она Дина, я знаю давно. Я это услышала месяца три назад от Мариши.
И никто не думал, что у Димы это серьезно. Хозяева квартиры дружили с Димой и Маришей с незапамятных времен. Приходили друг к другу без звонка, оставались ночевать, если опаздывали на последний поезд метро, шутили, дурачились. И никому в голову не приходило, что может что-то измениться.
Мне неприятно, что она похожа на Маришу. Нет, если уж новая жена, то путь она будет новая. Совсем новая.
На Диму я стараюсь не смотреть.
Гости чинно садятся за стол и друзья видят, что Дина красивая, умная, но Маришу они любили. И почему- то ситуация кажется предательской.
Писательница сумела рассказать об обыденной и одновременно драматичной ситуации, через мысли хозяйки дома. Что ждет дальше этих людей? Сохранится ли их многолетняя дружба?
«Пушкинская площадь»
А эту историю и рассказом трудно назвать. Что можно рассказать о поездке в такси? Но Инна Гофф может.
Выходя из дома, и глядя на себя в зеркало, она подумала, что последний сезон играет любимую Ларису в «Бесприданнице».
В который раз она позавидовала характерным актрисам. Им не угрожает возраст. Быть комичными, смешными – их право, даже обязанность.
Режиссер нашел в областном центре молодую актрису и теперь все бегут «на Воронину». Ей шепнули, что сын был с девушкой на том спектакле. Сын из тактичности промолчал, но все равно было обидно до слез.
Подъехало такси и она села на заднее сиденье. Адрес - Пушкинская площадь. Она глянула на таксиста.
Амплуа существуют не только в театре. Она определила его амплуа. Честный малый. Наверняка. Грим, который накладывает сама жизнь, не обманывает. Какие прекрасные морщины! Ни одной угодливой, слабовольной. Резкость и прямота. И наверное, характерец!..
И они разговорятся, о меняющейся Москве и о послевоенной молодости…
«Ручей два древа разделяет»
Эпиграф:
Ручей два древа разделяет,
Но ветви их сплетясь растут.
Судьба два сердца разлучает,
Но души их одним живут.
Вышивка бисером на старинном кошельке
Двое гуляют в усадьбе музея. Она давно ушла от мужа и жила одна. А у него семья, жена и двое уже взрослых сыновей.
Он никогда не рассказывал о жене, но о внуках не говорить не мог. Да, он был уже дед!...
Ей хотелось вспоминать, как было раньше, а он наблюдал за маленьким мальчиком, ловившем бабочек. Раньше она любила его мальчишеское любопытство, а теперь ей хотелось плакать.
-Я перечитала твои письма, - сказала она.- Те, послевоенные… Когда ты узнал, что я вышла замуж. Бедненький, как ты страдал!...
-Да, я страдал,- согласился он.- В письмах сотая часть. Жить не хотелось!...
И так они идут, разговаривают, мы читаем мысли женщины и смотрим на поведение мужчины. Казалось бы, ничего не происходит, но открывается целая жизнь, и ждешь, а что же дальше?
«Рисунок карандашом»
Дочь-подросток рисует портрет матери. У девочки хорошо получаются подружки, соседка тетя Феня, даже плотник Гаврилов. А мама не получается. Но девочка не расстраивается, в другой раз получится. И вот они сидят на веранде, мать и дочь и смотрят друг на друга. Дочь цепко и внимательно, стараясь понять что-то свое, художественное. Но не менее внимательно смотрит в это время и мать на свою дочь:
Твое круглое, совсем еще детское лицо, с точками веснушек на румяных щеках, одухотворено. Как ты серьезна и естественна в эти минуты! Каждый взгляд, когда ты поднимаешь глаза, - как вопрос... Я слежу за твоими руками. Уверенные движения карандаша... это само по себе прекрасно - сидеть напротив тебя на веранде, залитой вечерним солнцем, смотреть, как ты работаешь и как блестят твои глаза... Мы видим друг друга каждый день. Но как редко мы в и д и м друг друга.
Некоторые рассказы кажутся недосказанными, но от этого возникают живые истории, не придуманные воображением автора, а взятые из жизни. И еще особенность этих рассказов – приметы времени советской эпохи. Это может быть мелочь: модный каблук или брючный костюм у главной героини, радость от красного столика на кухне, за которым хорошо посидеть с друзьями, неделя французского кино в Москве и много других, казалось бы, забытых моментов, но легко узнаваемых всеми, жившими в Советском Союзе или любящими советские фильмы. Наверное, поэтому издатели поместили этот сборник в серию - «Как мы жили. Лучшее в советской прозе».
Этот сборник адресую Юле - канал "Ветер в книгах" на ее марафон "Читаем что-то с чем-то" в рубрику "что-то новое"
О повести «Юноша с перчаткой», горячо мной рекомендуемой не только юным девушкам здесь.
А здесь еще немного о ее рассказах.
Знакомы с творчество Инны Гофф?