Игорь Сергеевич Курбатов вёл себя на корпоративе как павлин в брачный сезон. Он расправил плечи в пиджаке от Zegna, поправил запонки и в третий раз за вечер подошёл к столику, где скромно потягивала апельсиновый сок новенькая сотрудница финансового отдела Кристина.
— Может, шампанского? — предложил он, демонстрируя безупречную улыбку за триста тысяч рублей.
— Спасибо, не пью, — Кристина улыбнулась так, что у заместителя руководителя департамента по взаимодействию с административными структурами (должность длиннее, чем его служебный автомобиль) защемило в груди.
Двадцать пять лет, скромная, без грамма вульгарности, образованная — в общем, именно то, что доктор прописал сорокалетнему холостяку с активами на полмиллиарда. Вернее, с активами, которые срочно требовали легализации через благонадёжную супругу.
Следующие две недели Игорь Сергеевич развил бурную деятельность. Цветы на работу — каждое утро. Приглашения в рестораны — через день. Намёки на серьёзные намерения — ежедневно. Кристина краснела, благодарила и соглашалась на ужины с таким видом, будто её приглашали на собеседование, а не на свидание.
— Девушка правильная, — делился Игорь Сергеевич с приятелем Валерой в сауне. — Не липнет к деньгам, не клянчит шмотки. Культурная. Идеальная жена для человека моего положения.
Валера хмыкнул в пивную кружку.
— Ты хоть родителей её видел? Вдруг там маманя алкоголичка или папаня в колонии?
— При чём тут родители? — отмахнулся Игорь. — Мне девушка нравится, а не её родственники.
Но зерно сомнения было посеяно. И через пару дней, после очередного романтического ужина, Курбатов как бы невзначай поинтересовался:
— Кристиночка, а расскажи о своей семье. Родители чем занимаются?
Девушка замерла с бокалом в руке. В её глазах мелькнула грусть.
— У меня нет родителей. Я выросла в детском доме.
Игорь Сергеевич почувствовал, как в животе что-то оборвалось. Не от жалости — от паники.
— То есть... совсем нет? Никого?
— Совсем никого, — подтвердила Кристина. — Меня подкинули в роддом. Даже записки не оставили.
Остаток вечера прошёл в тумане. Игорь Сергеевич машинально кивал, улыбался и не слышал ни слова из того, что рассказывала девушка. В голове крутилась одна мысль: "А на кого оформлять?!"
Понимаете, у Курбатова было два особняка в Подмосковье, квартира в центре, вилла в Испании, четыре машины и несколько земельных участков. Всё это богатство необходимо было в ближайшее время переписать на благонадёжное физическое лицо, не связанное с его работой. Налоговая уже намекала, что господину заместителю не мешало бы объяснить происхождение средств.
План был гениален в своей простоте: жениться на скромной девушке из хорошей семьи, оформить на неё всё имущество, а в случае чего — родители жены станут гарантами, что она не сбежит с документами и не переоформит всё на себя. Своеобразная страховка из двух человек пенсионного возраста, которые будут очень заинтересованы в благополучии дочери и зятя.
Но сирота! Это же катастрофа! На кого давить? С кем договариваться? К кому апеллировать?
— Игорь, ты меня слушаешь? — Кристина участливо заглянула в глаза.
— Да-да, конечно, — очнулся он. — Прости, задумался о работе.
На следующий день Курбатов пришёл в офис мрачнее тучи. Секретарша Людмила Фёдоровна сразу учуяла неладное.
— Игорь Сергеевич, кофе? Или валерьянки?
— Лучше коньяку, — буркнул он.
Весь день он провёл в размышлениях. Цветы Кристине больше не заказывал. На звонки отвечал односложно. А вечером, когда девушка робко поинтересовалась, не составит ли он ей компанию на выходных, соврал про срочную командировку.
Валера, выслушав историю, залился хохотом.
— Ты это серьёзно?! Отказался от девушки, потому что некому имущество переписать?!
— Не понимаешь ты ничего, — обиженно буркнул Игорь. — Это вопрос безопасности активов.
— Активов, говоришь? — Валера утёр слёзы. — Слушай, гений, а если бы у неё родители были пьяницы или жулики, лучше было бы?
— Ну... С ними хоть договориться можно.
— Договориться, — протянул Валера. — Ладно, твоё дело. Только вот что я тебе скажу: таких девчонок днём с огнём не найдёшь. А твои виллы с особняками и в тюрьме никуда не денутся.
Но Игорь уже принял решение. Кристине он стал звонить всё реже, на работе избегал, и через месяц девушка поняла намёк. Уволилась тихо, без скандалов, даже букет на прощание коллегам подарила.
Прошло полгода. Курбатов продолжал искать идеальную кандидатуру в жёны. Познакомился с дочкой местного предпринимателя — та на первом свидании потребовала "Мерседес" в подарок. Попробовал ухаживать за племянницей прокурора — оказалась замужем с тремя детьми. Сходил на свидание с учительницей — у неё мать оказалась истеричкой, которая названивала дочери каждые полчаса.
А потом в один прекрасный день Валера прислал ссылку на статью в местной газете. "Молодая предпринимательница Кристина Соловьёва получила в наследство пять гектаров земли в центре города. Участки принадлежали дальнему родственнику, разыскавшему девушку через агентство".
Ниже шла фотография: Кристина в деловом костюме, улыбающаяся и уверенная. А в следующем абзаце журналист с придыханием сообщал, что земля оценивается в триста миллионов рублей, и уже несколько крупных застройщиков готовы сделать предложение.
Игорь Сергеевич похолодел. Схватил телефон, нашёл старый номер Кристины, набрал... Не существует. Помчался в офис, где она раньше работала. Девушки из бухгалтерии с кривыми усмешками сообщили, что Кристина теперь принимает по записи — очень занята развитием бизнеса.
— Хотите телефончик секретаря? — ехидно протянула одна из них. — Может, вас на приём запишут. Месяца через три.
Курбатов вышел на улицу и сел на лавочку у парадного. В голове пульсировала одна мысль: "Сирота... некому переписать... триста миллионов..."
А где-то в панорамном офисе на двадцатом этаже Кристина подписывала контракт с застройщиком, попивая зелёный чай, и даже не вспоминала о заместителе руководителя департамента, который так странно исчез из её жизни полгода назад.