Страшно, аж жуть. В Берлине опять возбудились самым милитаристским образом, начали пугать бессмысленных шпаков из помойных СМИ «возрождением сумрачного тевтонского гения». Новым Бундесвером полумиллионного состава с экономикой «военного времени». Спасибо за переброшенные сообщения, и вроде комментировать их нечего, но статью максимально разверну в историческом контексте.
Тем более, давно обещал дать подробное объяснение своему утверждению, что современная Германия никогда не вернётся на военные рельсы прошлого. Хоть с миллионной армией, хоть с десятимиллионной. А пока начнём с дня сегодняшнего. О претензии потешного шпака Бореньки Писториуса (министр обороны ФРГ) на «минимум 460 тысяч военнослужащих, готовых к развёртыванию в 2035-м году, как действующих войск, так и резерва». И обещанием набрать больше, невзирая на отсутствие вакансий.
Вторая новость: в Германии впервые после 1945-го года приняли национальную военную стратегию, где главной угрозой прямо названа Россия и объявлено о «создании самой сильной армии в Европе»:
«Мы преобразуем бундесвер в самую сильную конвенциональную армию Евросоюза. В краткосрочной перспективе мы повышаем нашу обороноспособность, в среднесрочной — стремимся к значительному наращиванию потенциала, а в долгосрочной — обеспечим технологическое превосходство».
Какая прелесть. Технологическое превосходство, вылупившееся из скучной «обороноспособности». Кудой ты собрался, малахольный Боренька, хочется спросить. Но об этом позже, пока продолжу нанизывать факты.
460 тысяч в Бундесвере от нынешней толерантной, разложившейся, деградировавшей до полного изумления Германии? Наводнённой миллионами разудалых халявщиков со всего мира? С претензиями на сытую жизнь пособий и льгот без обязательств — ладно, допустим. Хотя уже смешно.
До 2035-го года прямых военных расходов на сумму €377 млрд уже смотрятся куда интереснее, тем более львиная доля бюджета будет осваиваться концерном «Rheinmetall AG» со смежниками и партнёрами по ЕС.
Третье, самое интересное: новый президент Союза резервистов Германии и депутат от правящей ХДС, герр Бастиан Эрнст, вносит в Бундестаг закон об увеличении предела нахождения граждан в резерве военной службы с 65 до 70 лет. Ибо катастрофически не хватает что-то помнящих из военной науки времён Холодной войны офицерских и унтер-офицерских кадров.
Четвёртое. Правительство ушастого неонациста Фрица тишком да тайком протащило в Бундестаге поправки к закону о воинской учёте, обязав граждан до 45-ти лет регистрироваться у местных квартирмейстеров (военкомов), если отбывают на учёбу или работу за пределы Дойчланда на срок более трёх месяцев. И последнее из новостей: правительство начало финансово стимулировать промышленность, переходящую на выпуск военной техники по государственным контрактам. Особенно брони и БпЛА.
Пока в особом списке несколько крупных концернов, прошедших конкурсный отбор на подряды. Компания «Schaeffler» расширит за счёт субсидий линии по сборке двигателей для беспилотников, бортовых систем бронетехники. «Volkswagen» войдёт к евреям в долю по развитию малых и средних систем ПВО/ПРО «Железного купола», «Deutz» увеличит производство двигателей и прицепов для наземных мобильных ЗРК «Patriot».
Остальным гигантам автопрома предложено до конца года обозначить своё видение «обратной конверсии» на выпуск вездеходов, бронеавтомобилей, тралов, прочих грузовых военных машин. Не только и сколько для нужд Бундесвера, а в интересах всего европейского НАТО.
Ибо становится ясно, что янки на тихих лапках начали отползать из гипотетического столкновения с Россией, а ведь на них лежала львиная доля логистики. Авиационной и автомобильной, находящейся под прямым управлением 21-го Командование МТО в составе почти сорока бригад и отдельных батальонов. Это за сотню тысяч грузовиков, тралов, наливняков, единиц специальной инженерной техники.
Перехватить такой жирный кусок рынка для германского автопрома будет огромной удачей и подспорьем для падающей промышленности. Где нет нужды конкурировать за дефицитные или баснословно дорогие ресурсы, драться за нищающего потребителя в гражданской сфере, конкурировать с китайцами. План хорош на бумаге без очевидной вводной «а где деньги брать, если экономика пикирует», потому будем с прищуром посмотреть.
А вот что фатерлянд неонациста Фрица и Бореньки с фюрершой Урсулой намерен делать с полумиллионным воинством... о том тема статьи.
Армия — это Организм
Начну с возвышенно-философского. Любое устоявшееся в Новое Время государство и сохранившее суверенитет до современности обладало Армией, в которой цементирующим раствором были так называемые «традиции и культура». Можно было проигрывать войны, терпеть чудовищные и унизительные поражения, терять территории и менять форму правления, но если сохранялся тот самый Дух Армии — страна выживала.
Это такой последний бастион государственности, спасающий всё общество от полного разложения. Не только национального, но общечеловеческого. Потому с древних времён любой талантливый или просто вменяемый правитель знал: если уничтожить армию врага — можно уничтожить его культуру.
Традиции в понимании военных — полноценная передача последующим поколениям служивых людей приобретённых ратных знаний, умений, навыков. В первую очередь культуры отбора, подготовки, командования, управления и вождения войск. Преемственность непрерывная. Стоит её нарушить на одно-два поколения, всё... можно сливать любые государственные амбиции, записываться в «нейтралы». Либо становиться протекторатом, вассалом, полным политическим ничтожеством.
Традиции и воинская культура — это сложнейшее социокультурное явление, укоренившийся и записанный в Уставах/Наставлениях исторически сложившийся способ наследования типичных элементов воинской деятельности конкретной Армии в широком понимании. Традиции накапливаются поколениями, систематизируются высшим воинским сословием, а потом становятся добровольно соблюдаемыми нормами.
В военном планировании, стереотипах ведения военных действий. С прилагающимися нравственными качествами офицерского состава, нормами служебного и социального поведения. Обязательный уровень общего образования и специального, этикет, знание воинских ритуалов, уклада собственных вооружённых сил, систем символов. Начиная от формы одежды с неукоснительными требованиями к ношению, заканчивая мелочами воинского быта, принципами обучения/воспитания и особым лексиконом.
Главными хранителями «воинских традиций и культуры» с начала XIX века во всей Европе стали Генеральные Штабы. В том или ином виде. Появились они вынужденно и практически в одно время, как только революционная Франция, казнившая или разогнавшая практически весь высший офицерский аристократический корпус Королевской Армии, столкнулась с европейской Коалицией Желающих восстановить абсолютизм.
В 1792-м году Пруссия, Австрия, Англия и Испания пошли наводить порядок в буйной Галлии, а депутат Дюбои-Кранч внёс в Национальное Собрание законопроект о всеобщей воинской повинности, ставший Законом. Воодушевлённые революцией французы «Крестовому Походу Королей» наваляли столь отменно, что практически все военные умы Европы признали: наступает новая эпоха массовых национальных армий.
С новыми подходами и совсем другой системой управления. Сначала на поле боя, ибо вчерашние лавочники и крестьяне под командованием лейтенантов и капитанов из простолюдинов и выморочных дворянских родов с лёгкостью опрокинули прежние «традиции» ведения войны.
Высокопрофессиональным Гвардиям и насильно забритым рекрутским воинствам противопоставив новую манеру боя. Большую массу плохо обученных и скверно вооружённых людей, действовавших в наступлении разомкнутым строем. Но опрокидывавших стройные и плотные шпалеры безупречно марширующих профессионалов с потомственными аристократами-военачальниками гибким командованием младшего и среднего офицерского состава. Выборного. То есть, при полном доверии друг к другу.
Наполеоновские войны с огромными массами «дешёвого пушечного мяса» поставили жирную точку в прежнем военном искусстве, а после появления обязательной воинской повинности — прежний мобилизационный и очень дорогой госаппарат ушёл в прошлое, пережитки феодализма исчезли.
А поскольку новые войны потребовали совсем других подходов в их организации с учётом промышленной революции, то вынужден был меняться сам принцип формирования офицерского корпуса. Теперь ставший не закрытым клубом аристократов с горсткой высших придворных «главнокомандующих». Революционная Франция показала: войны теперь идут повсеместно, на разных театрах, одновременно, против разных противников.
И один, даже самый талантливый полководец, неспособен физически поспеть везде. Потому нужен специальный корпус офицеров. Однородный, единый, снабжённый всей полнотой знаний и навыков, традиций и национальной воинской культуры, действующий в текущей тактике. Признанной в моменте наиболее полезной и эффективной. А чтобы войска действовали единообразно на разных театрах военных действий — требовалось упорядочить принципы комплектования, обучения и применения Вооружённых Сил.
Через новую организационно-штатную структуру: дивизия — корпус — армия — группа армий. Как только военные умы Европы пришли к такому пониманию, вперёд мгновенно вырвались пруссаки, первыми сформулировавшие Техническое Задание нарождавшегося оперативного искусства: как осуществлять связь между высшим командованием и дивизиями, чтобы доставляемые за сотни километров приказы исполнялись не по «скудному разумению» начальства полевой армии, а как было задумано.
Решением стали единообразно подготовленные штабные офицеры, имеющие несколько высших образований. Они одинаково хорошо (на министерском уровне исполнителей и академических светил) понимали в географию, топографию, экономику, логистику, организацию снабжения.
По приобретённым военным знаниям и навыкам могли исполнять обязанности командира дивизии или его начштаба. При этом всегда оставаться в тени, ибо «у штабных офицеров нет имён» (девиз германского Генштаба), как у любых профильных узких специалистов, обязанных обеспечивать жизнеспособность всего Организма вне зависимости от его состояния мира/войны. Потому после наполеоновских войн все страны и начали гонку Генеральных Штабов.
Умники фон Мольтке
О происходящем в наших богоспасаемых широтах в те времена как-нибудь отдельно напишу, сегодня говорим о Германии. Как изобретательнице Генерального Штаба в каноническом виде. На непрерывных традициях прусского служивого юнкерства со времён Фридриха Великого, первым решившего перевести своё государство на дивизионный уровень комплектования войска и ведения боя не полками, а разнородными (пехота трёх типов, кавалерия трёх типов, артиллерия, сапёры) группами.
С требованиями к высшему начальствующему составу иметь штабы и действовать одним целым согласно неукоснительному исполнения их директив. Но «прусская воинская традиция» (позже имперская германская), всё-таки, получила научный фундамент после литературной сенсации 1832-го года, трактата умершего годом ранее директора Прусской военной Академии Карла фон Клаузевица «О войне». Сей выдающийся немец набрался практического ума-разума в 1812-1813 гг. на русской службе, начав писать свой громкий труд именно по итогам нашей Отечественной Войны.
Сообразив в «скифскую стратегию», последовательность действий, непреклонную волю командующих при достижении скрытых и даже непопулярных в армии и народе военно-политических целей. Вместе со своими учителями и теоретиками организации модели «военного государства» Шарнхорстом и Гнейзенау, фон Клаузевиц стал (пусть и переоценённым) предтечей великих побед фельдмаршала фон Мольтке. Старшего. Вместе с Бисмарком построившего Второй Рейх германского народа и оформившего конечную форму прусско-германского Генерального Штаба.
С запредельными требованиями к личному составу. По параметрам «целостности характера» и безупречного поведения на службе/в быту — раз; военных способностей и фронтового стажа — два; общей образовательной, тактической и технической подготовки — три; организационного таланта (не способностей!), физической и духовной выносливости — четыре; прилежания в последующей учёбе, трезвости/живости ума, решительности — пять.
Главенствовали в отборе именно умственные качества, хотя иметь осиную талию в ношении мундира тоже требовалось для поддержания образа «цоссенского умника питомника фон Мольтке» (сленговая маркировка генштабиста). В среде данной элиты продвигались наиболее искушённые в военной истории офицеры, способные на практических примерах прошлого создавать новые облики современных операций.
При этом рассчитывать соотношение сил/средств противоборствующих сторон, военно-экономические и политические потенциалы, географические преимущества/уязвимости, технологические уклады и вообще всё, что может оказать влияние на ход военных действий. Вплоть до породы лошадей, используемых в обозах, и протяжённости перронов железнодорожных станций, используемых для быстрой погрузки войск. Мелочей не было.
И понимания в войсках тоже, потому что академическая замкнутость и всезнайство генштабистов очень скоро стали причиной раскола в армейской среде Второго, а позже Третьего Рейха. Генералы боялись перечить майору с генштабовским, едва-едва изменённым «имперским орлом» и особой выправкой, поскольку любой аргументированный спор мог закончиться публичным позором. Интеллектуальным избиением выскочки-кадета признанным академиком и доктором вообще всех наук.
Обвинить генштабиста в «незнании дел на местах» тоже было невозможно, они постоянно пребывали войсках, кочуя от дивизии к дивизии в статусе «прикомандированных штабных офицеров». На всех учениях получая под командование от эскадрона и батареи — до батальона и полка. Случайно выбранное командующим подразделение, дабы проверить «искусство вождение войск». Если генштабист не мог добиться лучших результатов в незнакомой ему вверенной части — его изгоняли из Корпуса.
Ибо главной задачей прусско-германского Генштаба всегда была унификация, единые методы оценки тактической/оперативной обстановки и принятия решений. Англичане, французы и австрияки называли это Единством Доктрины и строили управление войсками через прямые циркуляры и директивы Командующих, отойти от которых было военным преступлением.
Немцы же пошли другим путём. Их Генштаб не имел прямых рычагов влияния на действующие армии в приказном порядке, но сидевшие по всем штабам «умники фон Мольтке» обладали единообразным порядком мышления. Распространяя влияние единого подхода к оперативному искусству от полка и выше. Добиваясь единства тактических и оперативных воззрений. С широкой низовой инициативой младших командиров, всегда поощряемой.
То не было причудой Шарнхорста, Гнейзенау, Клаузевица, Мольтке и прочих выдающихся основателей генштабовской культуры двух Рейхов, а следствием внешней политики. Сначала Пруссии, затем Германских Империй кайзера и бесноватого Адольфа. Немцы изначально обозначили свои экспансионистские агрессивные намерения и готовность воевать на несколько фронтов.
Со всеми ближними и дальними соседями, находясь в окружении мощных держав. Долго притираться и приспосабливаться к разным противникам времени не было, потому со времён никому неизвестного Альфреда фон Вандерзе и широко популярного фон Шлиффена прусско-германский Генштаб разработал доктрину «превентивной войны» (позже «блицкриг»).
Войны на опережение за счёт огромной скорости мобилизации и переброски целых армейских объединений с одного ТВД на другой. Имея в резерве пару-тройку кадровых составов Вооружённых Сил из отменно подготовленных, постоянно призываемых на переобучение резервистов.
Само собой, кадровые офицеры такой чепухой заниматься не могли и не хотели, им карьеры нужно строить. Потому «Второй Армией» кайзеров, Веймарской Республики и Третьего Рейха занимались незаметные генштабисты, «умники фон Мольтке». Блестяще справившиеся со своей работой. Обманувшие сначала Наполеона III во время франко-прусской войны, затем страны Антанты в период начала Первой Мировой. С двойными дивизиями кадра и резерва по фактическим номерам, ничем друг от друга не отличавшимися.
А позже... вообще весь мир. Развернув из потешного стотысячного Рейхсвера за пять лет восьмимиллионный вермахт, люфтваффе с кригсмарине. Размотавшие всю Европу в дебюте Второй Мировой по историческим показателям Саши Македонского. То не случай, не Фортуна, не потусторонний гений полоумного фюрера. А та самая воинская традиция и культура прусского юнкерства, возведённая научными методами в абсолют.
Войны против нескольких противников, каждый из которых сравним по мощи с Германией. Где залогом победы является точный математический расчёт. В днях мобилизации и развёртывании, километрах переброски, тоннах боекомплекта/фуража/продовольствия, количестве штыков на каждом участке фронта. Основном и второстепенных. С чередованием приложения сил.
На том и вырос германский знаменитый Генштаб, без всяких уничижительных эпитетов — лучший в западном мире. Сформировавшийся именно таким не за счёт какого-то особого «национального кода» особо воинственных германцев, а по банальным географическим показаниям.
Помноженным на внешнюю экспансионистскую политику прусских королей и кайзеров-фюреров, вынужденных вести военные действия сразу в нескольких направлениях, чередуя стратегическую оборону с таким же наступлением. Действуя молниеносно, ибо затяжной войны на истощение неметчина не вывозила никогда. На том и погорела дважды, крайний раз — дотла.
Выводы
Германия проиграла Первую Мировую войну и первейшим условием Версальского Мира (капитуляции) было условие союзников... о расформировании Генерального Штаба кайзеровской военщины с историей от 1807-го года образования. А потом всё остальное, ибо натерпелись несчастные галлы да скотты от «умников фон Мольтке» выше крыши.
Покумекав на досуге, решили: проигравшей немчуре будет достаточно 100-тысячной полицейской армии для подавления внутренних беспорядков с коммунистическим душком. Без «мозга армии», породившего всяких Клаузевицев, Мольтке, Шлиффенов и прочих Людендорфов. Но немцы поступились многим, чтобы свой Генштаб сохранить в целостности, публично и демонстративно избавляясь от признаков военной мощи.
Статья подробная на канале была, как именно гениальный генштабист Ханс фон Сект спас воинское наследие неметчины, сделав из стотысячного Рейхсвера «войско лейтенантов и фельдфебелей», а через ветеранские организации отставников — готовые к мобилизации и бою полки, бригады, дивизии и даже армейские корпуса, если говорим о земле Бранденбург и Восточной Пруссии. Из которых в 1933-м внезапно вылупился непобедимый вермахт, устроивший западным армиям полный и безоговорочный погром.
После Версаля кайзеровский Генштаб никуда не подевался, он был официально расформирован и мгновенно «принят на службу» в Канцелярию Войск (Truppenamt). Для учёта личного состава дюжины рейхсверовских дивизий лёгкой пехоты. И пока дотошные контрольные комиссии Антанты самозабвенно считали утилизированные «железяки» бывших кайзеровских войск, фотографируя уничтожение тяжёлых орудий, переплавку танков, разборку и сожжение аэропланов — немецкие генштабисты создали «теневой Штаб» из четырёх Отделов. Вплоть до внешнеполитического.
Их было по штату всего три сотни, в запасе числилось полторы тысячи, распределённых по «ветеранским организациям» территориальной самообороны. По сути, полковым учебным штабам для поддержания боеспособности почти трёхмиллионной армии добровольных призывников и резервистов, желавших «поиграть в солдатиков». Как ехидно и высокомерно сообщали в Париж, Лондон и Варшаву военные атташе.
Да, Веймарская Республика была в ужасающем социально-экономическом и политическом состоянии, но она сохранила неприкосновенными Мозг и Дух Армии. Те самые традиции и воинскую культуру со времён Фридриха Великого в корпусе генштабистов. А с возвышением Гитлера вопрос наращивания мускулов, брони и разящего оружия Третьего Рейха стал простым техническим заданием. Ибо были сохранены профессиональные военные кадры, принципы организации Армии, культура промышленного производства ВПК.
С британскими и американскими деньгами после Великой Депрессии дела фюрера вообще стали сказочно-перспективными, а блестящая внутренняя политика «реванша за позор Версаля» с оголтелым антисемитизмом и воинской обязанностью позволила нарастить резерв только одного Вермахта до восьми миллионов активных штыков. Новые полки ковались за полгода полигонной страшной муштры, изнурительных маршей и манёвров, превращая их в полнокровные дивизии за неполные три месяца слаживания.
Теперь гонг и простой вопрос в сторону нынешней неметчины: вы кем, малахольные из новой ставки Фрица с Урсулой, собираетесь команды отдавать своему полумиллионному воинству? Имея в резерве всего 110 тысяч душ солдатского и унтерского состава, намереваясь удержать их численность продлением возраста до 70-ти лет. Генштабист-гений Ханс фон Сект располагал миллионами недавно демобилизованных и непобеждённых на поле боя фронтовиков, считавших себя преданными «либералами и коммунистами» в тылу. И полным составом кайзеровского Генштаба с непрерывно пополняемыми вакансиями, если вдруг открывались.
Германский Генштаб с его традициями и воинской культурой, планированием и территориальным комплектованием соединений был безоговорочно уничтожен в 1945-м. По закону ограничен американцами до 450 тысяч штыков на период Холодной войны. С полным отсутствием воспроизводства профессиональных офицерских кадров выше выпускника-летёхи из убогого училища американского образца. Только текущее продвижение по службе, никаких Академий и других опасных повышений квалификации.
В нынешней неметчине вообще нет офицера или унтера 1957-1986 гг. рождения, понимающего в настоящую войну. Не полицейские операции против неведомых бармалеев с бешеной и бесполезной стрельбой во всё движущееся «по стандартам НАТО». А во всамделишную континентальную. С окопами на глубину в сотню вёрст, трёхмерную. С применением национальных Видов и Родов. Против технологического противника, превосходящего по ряду ключевых параметров планирования и поражения... на порядки.
Потому досужие россказни тревожных экспертов о способности нынешней Германии совершить кульбит через голову во времена второго-третьего Рейхов с неимоверной военной мощью — сочту пошлым анекдотом. Нынешний Бундесвер не способен перебросить собственную танковую дивизию в Польшу за месяц, это непреложный факт. Компетенции утеряны.
Три поколения провала непрерывной воинской традиции и разрушенной культуры организации/планирования военных действий Генштабом преодолеваются долгими десятилетиями. Немчура будет тренироваться, допустим. А вот на ком именно? Тут главный юмор ситуации. Ответы гляну в комментариях, кто станет первым подопытным для избиения...