Крупный банк обратился в суд с требованием взыскать с пожилого мужчины задолженность в размере 30 млн рублей. По версии кредитной организации, на имя этого человека были оформлены кредитные договоры под залог, однако обязательства по ним перестали исполняться, из-за чего и возник спор.
Сам пенсионер категорически отрицал, что подписывал спорные документы и получал по ним деньги. Он настаивал, что стал жертвой мошеннической схемы: по его мнению, неизвестные могли воспользоваться копиями его персональных данных, которые уже имелись у банка, и оформить обязательства без его участия.
В подтверждение своих требований банк принес в суд:
- кредитные договоры;
- кассовые документы;
- бумаги, которые, по мнению истца, подтверждали выдачу денежных средств.
Ответчик заявил, что подписи на спорных документах ему не принадлежат, и потребовал провести почерковедческую экспертизу. Для сравнения он представил образцы своих подписей, сделанные ранее.
Суд первой инстанции исследовал только те образцы подписей, которые представил сам пенсионер. При этом предложение банка использовать для сравнения и другие документы, в том числе ранее заключенные с этим же клиентом договоры, было отклонено.
Первая экспертиза пришла к выводу, что подписи на спорных документах выполнены не ответчиком. На этом основании в иске банку отказали. Более того, суд не согласился и на проведение повторной экспертизы.
Позже дело дошло до Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ. Верховный суд указал, что при таком рассмотрении был нарушен принцип состязательности.
По мнению высшей инстанции, суд первой инстанции необоснованно ограничил банк в возможности представить дополнительные доказательства, которые могли иметь значение для правильного разрешения спора. Из-за этого дело направили на новое рассмотрение. Такая позиция была изложена в Определении ВС РФ от 26.09.2017 № 77-КГ17-23.
При повторном рассмотрении суд допустил исследование дополнительных документов, включая ранее подписанные ответчиком договоры с банком.
После этого была назначена повторная почерковедческая экспертиза, и ее вывод оказался уже противоположным: специалисты пришли к заключению, что подписи на оспариваемых кредитных документах все-таки принадлежат самому пенсионеру.
На основании этого суд удовлетворил иск банка. Впоследствии апелляционная инстанция оставила такое решение без изменения.
В итоге обязанность выплатить 30 миллионов рублей была возложена на пенсионера.
Однако даже при таком исходе сам по себе вопрос, действительно ли он лично получал эти деньги в кассе банка и в каком именно порядке происходила выдача средств, для многих остается ключевым и вызывает сомнения.
___________________
🧑🎓 Юридические услуги автора канала
Ⓜ️ Канал юриста в Мах с возможностью получить консультацию