Франко Брузати / Franco Brusati (4 августа 1922 — 28 февраля 1993).
Итальянский сценарист и режиссёр Франко Брузати родился в Милане 4 августа 1922 года. Он получил политологическое и юридическое университетское образование, но еще студентом живо интересовался театром и кинематографом. Эти увлечения сначала привели его в журналистику (он писал статьи об искусстве для журнала Europeo), а затем, с 1949 года, к написанию сценариев (а потом и пьес). По его сценариям в общей сложности было поставлено 35 фильмов, режиссерами которых были Марио Камерини («Мара, дикая девушка», «Две жены — это слишком много», «Женщина на одну ночь», «Герои воскресенья», «Улисс»), Лучано Эммер («Воскресенье в августе»), Альберто Латтуада («Анна», «Сладкие обманы»), Стено и Марио Моничелли («Неверные»), Франко Росси («Смог»), Франко Дзеффирелли («Ромео и Джульетта») и Валерио Дзурлини («Сидящий по правую руку»).
Режиссерскому мастерству Брузати учился на практике – в качестве ассистента Роберто Росселлини (1906-1977) и Ренато Кастеллани (1913-1985).
В 1955 году Франко Брузати попробовал себя в режиссуре («Хозяин – это я»), однако далее снова надолго вернулся к сценарной работе, и следующий его фильм – «Беспорядок» – вышел на экраны в 1962 году.
Излюбленные экранные образы Брузати – путешествия, поиски домашнего очага и попытки возвращения. Лучшим фильмом Брузати по праву считается проникнутый горечью, разочарованием, меланхолией, печальной лирикой «Хлеб и шоколад» (1973), где одну из своих лучших ролей сыграл Нино Манфреди (1921-2004).
Время от времени Франко Брузати ставил пьесы в театре и снимал рекламные ролики, но главным делом его жизни было сценарное и режиссерское творчество.
Брузати умер в Риме 28 февраля 1993 года в возрасте семидесяти лет, оставив после себя всего восемь режиссерских работ, снятых порой с большими перерывами…
Киновед Александр Федоров
ВСЕ ФИЛЬМЫ ФРАНКО БРУЗАТИ
Хозяин — это я / Il padrone sono me. Италия, 1955. Режиссер Франко Брузати. Сценарист Франко Брузати (по роману Альфредо Панзини). Актеры: Андреина Паньяни, Паоло Стоппа, Пьер Бертен и др. Комедия. Драма. Преьмера: 17.11.1955.
Начало XX века. Италия. У хозяина поместья Эдоардо есть сын Робертино, который дружит со своим ровесником из крестьянской семьи…
Итальянская пресса отнеслась к дебютному фильму Франко Брузати в целом доброжелательно, хотя не обошлось и без критики недочетов.
Кинокритик Этторе Фекки (1911-1972) утверждал, что «это хороший итальянский фильм, который, несмотря на свою многословность, был бы не лишним для участия в конкурсе [Венецианского кинофестиваля], учитывая тщательность, с которой он был создан, и его заметные достоинства» (Fecchi, 1955).
Писатель и кинокритик Лео Пестелли (1909-1976) писал, что «режиссёр проник в тонкий мир Панзини с умом и вниманием, раскрывая, хотя и с некоторой поверхностностью и карикатурным преувеличением, его ироничный и горький подтекст. Образ Робертино получился пугающе поэтичным, извилистым и мучительным; а его вспышка любви на пляже, как и его разлука с матерью и Долли перед отъездом на фронт, заслуженно покорила зрителей. Трудности, неравенство и слабости не умаляют общего достоинства фильма, вдохновлённого той моделью, которой он был создан» (Pestelli, 1955).
Журналист и кинокритик Гаэтано Каранчини (1910-1977) считал, что «даже если временами, учитывая количество эпизодов, Брузати не удалось достичь единства повествования, у него не раз появлялись удачные, свежие интуиции, особенно в описании тонкой истории любви, немного романтической и немного жестокой» (Carancini, 1960).
Своего рода итоговую оценку режиссерский дебют Брузати получил восемь лет спустя в энциклопедии: «Фильм... страдал как от хрупкости образов, … так и от каллиграфических тенденций режиссера. Но формализм Брузати, тем не менее, казался многообещающим, поскольку он отличался вкусом, визуальной элегантностью, утонченной способностью воссоздавать обстановку, костюмы» (Enciclopedia dello spettacolo. 1963).
Сегодня эта картина, конечно, кажется архаичной, с форсированной актерской игрой, которая была бы уместна в театре, особенно, если необходимо, чтобы мимика и жесты персонажей были бы заметны в последних рядах партера.
В итальянском кинопрокате какого-то заметного успеха дебютная режиссерская работа Франко Брузати не имела, что, по-видимому, и вернуло его на целых шесть лет в лоно сценарного творчества.
Киновед Александр Федоров
Беспорядок / Il disordine / Le désordre. Италия-Франция, 1962. Режиссер Франко Брузати. Сценаристы: Франко Брузати, Франческо Гедини. Актеры: Сами Фрей, Луи Журдан, Курд Юргенс, Антонелла Луальди, Томас Милиан, Ренато Сальватори, Жан Сорель, Сюзен Страсберг, Алида Валли, Адриана Асти и др. Драма. Премьера: 16.03.1962. Прокат во Франции: 0,2 млн. зрителей.
Милан. Италия. В этой истории рассказывается о судьбах нескольких персонажей, об их отношение к смерти и их надеждах…
В год премьеры этой драмы итальянская пресса встретила ее вполне доброжелательно.
Журналист и кинокритик Пьетро Бьянки (1909–1976) писал, что «Беспорядок» «раскрывает каждого персонажа сложной истории в решающий момент... Богатые и бедные ищут свободы там, где не могут ее найти» (Bianchi, 1962).
А кинокритик Джан Луиджи Ронди (1921-2016) задавался вопросом: «Что является злом, вызывающим наибольший беспорядок среди людей сегодня? Эгоизм, отвечает Франко Брузати, демонстрируя свой тезис — полемический уже с самого названия — погружая нас со стремительной, тревожной жестокостью в определенные аспекты современной жизни, в крайние случаи, которые, независимо от того, переживают их богатые или бедные, рисуют шокирующую и безрадостную картину мужчин и женщин, заботящихся только о себе, своем удовольствии, своих стремлениях, своих чувствах, и все они — из-за своей врожденной неспособности смотреть на других — являются причиной постоянного, разрушительного беспорядка во всем, что их касается и окружает: чувствах, семейных узах, социальных отношениях» (Rondi, 1962).
Сравнивая режиссерский дебют Франко Брузати «Хозяин — это я» (1955) с его второй режиссерской работой, психологической драмой «Беспорядок», нельзя не заметить рост профессионального мастерства: исчезла акцентировано театральная актерская игра, ансамбль европейских звезд первой величины, собранный в «Беспорядке», выглядит гармонично, диалоги живые, психологические мотивировки убедительные.
И заметного успеха в кинопрокате «Беспорядок» не имел, скорее всего, из-за полного отсутствия развлекательности и общего минорно-пессимистического настроения…
Киновед Александр Федоров
Её манера поведения / Девушка, которая не могла сказать «нет» / Нежно / Il Suo modo di fare/ The Girl Who Couldn't Say No / Tenderly. Италия-Великобритания, 1968. Режиссер Франко Брузати. Сценаристы: Франко Брузати, Эннио Де Кончини. Актеры: Вирна Лизи, Джордж Сигал, Лиля Кедрова, Аким Тамиров, Паола Питагора и др. Комедия. Премьера: 27.09.1968.
Двое старых друзей детства, Иоланда (Вирна Лизи) и Франко (Джордж Сигал), случайно встречаются на вокзале. Они влюбляются друг в друга, но всё оказывается сложнее, чем они думали…
В год выхода этой комедии в итальянский прокат рецензент Segnalazioni cinematografiche писал, что это «простая история любви, скрывающая более амбициозные цели. Интересная и оригинальная идея, разработанная в беззаботном, причудливом и парадоксальном тоне, в итоге сводится к манерной схематичности, ситуациям и трюкам (с часто раздражающими последствиями) и к низкопробной комедии. Игра актеров достойная» (Segnalazioni cinematografiche. 65. 1968).
Спустя семь лет кинокритик Дж. К. Альварес отметил, что «Её манера поведения» -«элегантная, добродушная, слегка сатирическая комедия с подтекстом, который не так уж и беззаботен, как кажется. ... Вирна Лизи превосходит Джорджа Сигала как комедийная актриса» (Alvarez, 1975).
И уже в XXI веке киновед Энрико Джаковелли охарактеризовал этот фильм как «успешную попытку освежить утонченную американскую комедию, привнеся в нее современные взгляды и темы» (Giacovelli, 2002).
Удивительно, но факт: на сей раз у Франко Брузати снимались американские и итальянские звезды первой величины, плюс к этому (в отличие от «Беспорядка») по жанру это была лирическая комедия, картина была снята в цвете превосходным оператором Эннио Гварнери (1930-2019). И… фильм не смог попасть по результатам проката даже в первую сотню лидеров сезона.
Почему так произошло? У меня, увы, нет ответа. Вирна Лизи (1936-2014) находилась на пике своей известности и красоты и сыграла свою роль элегантно и с легкой грустинкой. Джордж Сигал (1934-2021) к 1968 году также набрал немалую популярность. Казалось бы, всё предвещало успех…
Киновед Александр Федоров
Тюльпаны Гарлема / I tulipani di Haarlem / Les tulipes de Haarlem. Италия-Франция, 1970. Режиссёр Франко Брузати. Сценаристы: Серджио Баццини Франко Брузати. Актеры: Кароль Андре, Фрэнк Граймс, Джанни Гарко и др. Мелодрама. Премьера: 13.08.1970.
Брюгге. Бельгия. Пьер (Фрэнк Граймс) встречает англичанку Сару (Кароль Андре), которая пыталась покончить жизнь самоубийством, и влюбляется в неё. Но Пьер пока даже не подозревает, к чему приведет его эта связь…
В год премьеры этой мелодрамы рецензент Corriere della Sera писал об этом фильме так: «Это страх перед одиночеством и аллегория чрезвычайно высокой цены, которую люди в современном мире должны платить, чтобы удовлетворить свою жажду любви. В более общем смысле, это проверка мрачной аксиомы о том, что полная любовь несовместима со свободой, потому что она делает одного рабом другого. … Сара – победительница или побежденная? Пьер, добровольная жертва или абсолютный победитель? Дилемма остается неразрешенной, потому что смысл фильма заключается именно в этом многогранном психологическом ракурсе, в подчеркивании одновременного стремления к преступлению, рабству и самоповреждению, присущего самой идее любви. Пьер и Сара — два пересекающихся пути, ведущих к одному обману: взаимному овладению, которое Брузати видит как смертельную ловушку. Этот тезис может быть спорным, … но верно и то, что фильм, несмотря на определенный разрыв между теплым, реалистичным тоном первой части и фантастическим, но холодным тоном второй, хорошо смотрится, в нем есть моменты элегантной грации и юмора, сочетающие иронию и нежность в свежем, пугающем и занимательном представлении» (Corriere della Sera. 16.05.1970).
Как и предыдущая работа Франко Брузати (комедия «Её манера поведения», 1968), мелодрама «Тюльпаны Гарлема» не имела успеха у итальянской публики. Но если в случае с комедией её коммерческий провал остался для меня загадкой, но ситуация с «Тюльпанами Гарлема» довольно ясна. Сюжет этой мелодрамы был далек от увлекательности, игра актеров, увы, не впечатляла, а финал был несчастливым…
Киновед Александр Федоров
Хлеб и шоколад / Pane e cioccolata. Италия, 1973. Режиссёр Франко Брузати. Сценаристы: Франко Брузати, Яя Фиастри, Нино Манфреди. Актеры: Нино Манфреди, Джонни Дорелли, Анна Карина, Паоло Турко, Тано Чимароза и др. Комедия. Премьера: 18.01.1974. Прокат в Италии: 5,1 млн. зрителей (11-е место в сезоне 1973/1974). Прокат во Франции: 1,0 млн. зрителей. Прокат в СССР – с 14 апреля 1975: 10,4 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Горькая комедия «Хлеб и шоколад» рассказывает о трудной жизни итальянского «гастарбайтера» в Швейцарии…
В сезон премьеры этой горькой комедии итальянская пресса писала о ней весьма позитивно.
Рецензент Segnalazioni cinematografiche писал, что этот «фильм, повествуя о превратностях судьбы итальянского рабочего за границей, исследует драму эмигрантов; жертв несправедливого общества (того, которое вынудило их уехать); погруженных в другое, не менее несправедливое общество, хотя и по другим причинам, не в последнюю очередь из-за эгоизма привилегированных. В итоге к трудностям жизни в социально-культурной среде, совершенно отличной от их собственной, добавляется настоящий кризис идентичности. Только оставаясь самим собой и принимая жизнь и борьбу, можно надеяться на более справедливое общество. Под манерой и тоном итальянской комедии скрывается горечь, которая, никогда не гранича с пессимизмом, позволяет выразить с искренним сопереживанием страдания, которые одиночество и отчуждение причиняют эмигрантам. Богатый изобретательностью, способный (в том числе благодаря хорошему актеру) плавно переходить от комедии к гротеску и драме, фильм, тем не менее, страдает от некоторых дисбалансов, некоторой разрозненности и недостаточной успешности идеи» (Segnalazioni cinematografiche. 76. 1974).
А кинокритик Джан Луиджи Ронди (1921-2016) задавался вопросом: «Реалистичная история, приправленная полемическими моментами, политическими отсылками и отголосками текущих событий? Нет. Франко Брузати… интересуется, собственно, самим человеческим состоянием» (Rondi, 1974).
Однако знаменитый писатель и журналист Альберто Моравиа (1907-1990) предлагал совсем иную трактовку фильма «Хлеб и шоколад»:
«Это тревожный фильм, который, тем не менее, захватывает зрителя искренними садомазохистскими отношениями, которые режиссер успешно создал со своим главным героем. … Некоторые могут возразить, что Брузати хотел указать на так называемую больную точку нашей эмиграции в Европу. Да, безусловно, в своих внешних, документальных аспектах фильм содержит смелое и точное обличение. Но чувство неполноценности главного героя, почти невероятное на социальном уровне, но правдоподобное на экзистенциальном уровне, заставляет нас понять, что Брузати очень мало волнует проблема иммигрантов.
В действительности, фильм представляет собой своего рода противостояние между Брузати и Манфреди... В первой части побеждает Манфреди, и мы видим комедию в итальянском стиле с немалым количеством отсылок к Чаплину. Во второй части – Брузати, и мы видим артхаусный фильм, экспрессионистский по своей природе, аномальный и экстравагантный, как кошмар или произведение искусства. Теперь общеизвестно, что ключ к фильму кроется в эпизоде с итальянцами, уродливыми, деформированными, волосатыми и неуклюжими, подобными многим Калибанам, которые из курятника с восхищением смотрят на картину Золотого века, достойную Пуссена или Клода Лоррена, состоящую из группы германских Ариэлей, то есть светловолосых, эфемерных швейцарских девушек и юношей, которые после поездки безмятежно купаются в водах пруда. Хорошо, мы согласны; но что это такое, что на самом деле происходит в этом идеальном нибелунговском обществе? … В чем же смысл этого фильма? Мы бы сказали, что он изображает идеальный мир Брузати, извращенно счастливый, потому что совершенно декадентский, в котором се**, оторванный от любви, сочетается с красотой в обстановке, как и задумывал Бодлер, где все роскошно, спокойно и чувственно. Короче говоря, экономико-социальная проблема не существует именно потому, что, по мнению Брузати, идеальное общество неизбежно будет полностью отчуждено» (Moravia, 1973).
Высокая оценка «Хлеба и шоколада» сохраняется у киноведов и кинокритиков и в XXI веке.
Джулиано Джакомелли убежден, что «через ситуации, порой горькие, порой комичные, но прежде всего благодаря творчеству Нино Манфреди, демонстрирующего абсолютное мастерство, Франко Брузати создает шедевр, вошедший в историю итальянской комедии. От сценария до режиссуры, от актерской игры… все идеально в этой восхитительной истории, способной рассмешить, но и заставить задуматься» (Giacomelli, 2015).
Джордано Лупи считает, что «Брузати успешно — осмелюсь сказать, блестяще — балансирует между горькой комедией и экзистенциальной драмой. … «Хлеб и шоколад» — это обличение всех форм дискриминации, актуальное и сегодня, только роли поменялись местами: сегодня мы не эмигранты, а с высокомерным раздражением терпим эмиграцию других народов. … Брузати стигматизирует, с гротескными — даже сюрреалистическими — чертами, жалкое существование нескольких нелегальных итальянских иммигрантов, живущих в курятнике и получающих удовольствие от слежки за комфортной жизнью своих работодателей. … Шедевр итальянского кино, который никогда не стареет. Его сила заключается в плавном и легком повествовании, комедии, но с горькими и даже драматическими оттенками» (Lupi, 2020).
Ему вторит Массимилиано Скьявони, утверждая, что «эта история эмиграции выходит за рамки социальных контекстов и охватывает экзистенциальные тревоги в духе Пиранделло. … Мощное произведение, компактное и весьма оригинальное по своему вдохновению, прямое выражение поистине авторского, личного и безошибочно узнаваемого видения. … Прежде всего, Брузати критикует итальянцев за их жалость, их умение обходиться малым и их способность смеяться над самыми ужасными несчастьями и условиями жизни. … Нино Манфреди демонстрирует одну из своих лучших ролей» (Schiavoni, 2025).
Вместе с тем, Марсель Давинотти полагает, что «Хлеб и шоколад» «страдает от затянутости, которая снижает его ценность, часто демонстрируя тревожную неспособность к краткому изложению… Тяжелое положение дезориентированного эмигранта хорошо показано, и Манфреди в очередной раз доказывает, что он способный актер, умеющий играть, не переигрывая… Хорошо снятый фильм, временами трогательный и пронзительный, но недостаточно сфокусированный, чтобы быть особенно успешным» (Davinotti, 2008).
«Хлеб и шоколад» был единственным фильмом Франко Брузати, попавшим в советский кинопрокат. Вполне логично, что в СССР он трактовался как сатирическое обвинение буржуазного общества.
При этом знаток итальянского кинематографа Георгий Богемский (1920-1995) особо выделял здесь талантливую игру Нино Манфреди (1921-2004): «Образ Нино — комический, патетический, порой трагический. Сперва Гарофали пытается приспособиться к чуждой среде и нравам, как-то походить на окружающих, даже красит волосы, чтобы стать блондином. Но после многих трагикомических приключений и разочарований понимает, что дело не в том, чтобы внешне походить на богатых и сытых «северян», а в том, чтобы осознать свое положение пролетария-иммигранта и найти место — все равно, в Швейцарии или Италии — в борьбе за свое человеческое достоинство. Особенно сильное впечатление в фильме производили такие сцены, как вечеринка эмигрантов, тоскующих по родине, или исполненная трагизма сцена в курятнике, показывающая эмигрантов, теряющих в погоне за жалкими грошами образ человеческий» (Богемский, 1986).
Конечно, в XXI веке российские кинокритики стали оценивать эту картину в другом ракурсе.
К примеру, Станислав Зельвенский считает, что «это кино трудно определимого жанра — социальная commedia all’italiana с элементами притчи и даже трагедии, несущая явный отпечаток европейской литературной традиции. Брузати был весьма рафинированным джентльменом, любителем Пруста и Томаса Манна. … Герой переживает не финансовый, а экзистенциальный кризис — именно этим интересен «Хлеб и шоколад», фильм иногда нарочито грубый, а где-то удивительно тонкий» (Зельвенский, 2022).
Комедия «Хлеб и шоколад» стала не только самой кассовой, но и самой титулованной работой Франко Брузати: «Серебряный Медведь» Берлинского международного кинофестиваля за фильм и «Золотой медведь» за лучшую мужскую роль (Нино Манфреди), премии «Давид ди Донателло» за лучший итальянский фильм года и за лучшую мужскую роль (Нино Манфреди), Европейская премия Давида за режиссуру, три премии американских кинокритиков за лучший неанглоязычный фильм и др.
На мой взгляд, «Хлеб и шоколад», в самом деле, лучшая картина Франко Брузати. Как, впрочем, и у исполнителя главной роли – Нино Манфреди (1921-2004) – эта работа тоже одна из лучших. Здесь практически получилось всё: небанальная философская концепция о национальной самоидентичности, увлекательно рассказанная история, умелый жанровый баланс, филигранная режиссура, психологически тонкая актерская игра.
Прокат в Италии этого фильма был впечатляющим: 5,1 млн. зрителей и 11-е место по посещаемости в сезоне 1973/1974 годов. Это было больше, чем у таких популярных голливудских лент, как «Исус Христос – суперзвезда», «Серпико» и многих других.
В СССР результаты проката «Хлеба и шоколада» (с учетом тогдашней пятикратной разницы между населением СССР и Италии) оказались скромнее. Возможно, оттого, что проблемы героя Нино Манфреди большей части советских зрителей казались далекими от их бытия…
Киновед Александр Федоров
Забыть Венецию / Dimenticare Venezia / Oublier Venise. Италия-Франция, 1979. Режиссёр Франко Брузати. Сценаристы: Франко Брузати, Яя Фиастри. Актеры: Эрланд Йозефсон, Марианджела Мелато, Элеонора Джорджи и др. Эро*ическая драма. Премьера: 14.04.1979. Прокат в Италии: 0,9 млн. зрителей (53-е место в сезоне 1978/1979).
Главный герой (Эрланд Йозефсон) приезжает в свой дом детства, где живут его сестра со своей племянницей и её подругой. Этот приезд вызывает массу воспоминаний…
Эта картина в год премьеры вызвала весьма позитивные отклики в итальянской прессе.
Кинокритик Бруно Морески писал, что «у каждого есть свой «Амаркорд», и даже Франко Брузати, возможно, больше театральный, чем кинорежиссер, дошел до своего шестого фильма с замечательными художественными результатами. … Фильм, особенно благодаря своим эстетическим достоинствам, которые значительно подчеркиваются операторской работой Романо Албани, с легкостью можно отнести к лучшим работам Франко Брузати на сегодняшний день» (Moreschi, 1979).
А в рецензии, опубликованной на страницах Segnalazioni cinematografiche, отмечалось, что этот, «как всегда, очень личный фильм Франко Брузати предлагает взглянуть на кинематограф, не привязанный к моде и тенденциям, богатый эстетическими сокровищами, почерпнутыми из различных видов искусства: музыки, живописи, литературы, театра. Благодаря превосходной игре Йозефсона и Мелато, убедительным образам других актеров и поддержке опытных и хорошо подобранных технических специалистов, режиссер представляет произведение, захватывающее своей формой и глубоко трогающее тайнами жизни и человека, приглашая нас к размышлению над ними с заключительными выводами, склоняющимися к оптимизму. В фильме не обходится без отсылок к Висконти, Феллини и Бергману, но это отсылки, преображенные личным вдохновением» (Segnalazioni cinematografiche. 87. 1979).
Исходя из «нетрадиционных» сюжетных особенностей эро*ической драмы «Забыть Венецию», многие киноведы и кинокритики в XXI веке объявили её абсолютным шедевром.
Джордано Лупи утверждает, что «Забыть Венецию» — это изысканная и формально безупречная работа… убедительное проявление интроспективного и декадентского, почти прустовского кино… Это подлинное литературное кино, построенное на использовании флэшбеков и элементов сновидений, с некоторыми эпизодами, размывающими границы между реальностью и сном. … Музыка подчеркивает декадентский и томный тон, пронизывающий весь фильм, который отличается безупречной формой, уверенной режиссурой и великолепной игрой актеров. Брузати не скрывает своего вдохновения Ингмаром Бергманом, вплоть до выбора исполнителя главной роли – шведского актера Эрланда Йозефсона, выдающегося исполнителя в лучших фильмах скандинавского мастера. … Брузати также не отрицает, что черпал вдохновение у Лукино Висконти в темах молодости и течения времени… Даже Феллини является одним из главных источников вдохновения для этого фильма, настоящего гимна молодости, силе памяти, старости как моменту, чтобы оглянуться назад и понаблюдать за тем, кем мы были. Фильм сумерек, над которым витает страх смерти и старения, желание не покидать мир детства, желание продолжать чувствовать себя живым, но не быть вынужденным возвращаться в молодость» (Lupi, 2020).
Джильда Синьоретти пишет, что «Забыть Венецию» — авторитетное и глубокое произведение. Брузати демонстрирует не только исключительный профессионализм как режиссер и сценарист, но и ощутимую чуткость. … Персонажи изображены с особой глубиной, все они очень глубоки и чрезвычайно меланхоличны. … Меланхолия — самая сильная эмоция, это особое состояние души, в которое погружаются герои фильма, стремясь вернуться в детство, во времена, когда жизнь не предстает в своей истинной реальности, и человек далек от ответственности и проблем взрослой жизни. … «Забыть Венецию» рассказывает о разочаровании в реальности со стороны четырех главных героев, которых объединяет определенная незрелость, вызванная именно этим отказом порвать с детством, отказом принять взрослую жизнь» (Signoretti, 2013).
По мнению Клаудии Глиубицци, «с самого начала фильм пронизан едва уловимой тревожной атмосферой, перенося зрителя, посредством временами несколько запутанных флэшбеков, в туманные воспоминания персонажей. … Воспоминания… подтверждают страх персонажей перед взрослением, ибо стать взрослым – это закрыть дверь в волшебство, сказки и красоту мира, где может произойти все что угодно. … Фильм, находящийся в вечном, похожем на сон состоянии, между безумием воспоминаний и ясностью настоящего момента, несущий в себе страх перед необходимостью окутать все одеялом разочарования» (Gliubizzi, 2011).
Луиджи Локателли считает, что «Забыть Венецию» – фильм «отполированный и изысканный, в соответствии с правилами хорошего авторского кино того времени, и в духе великой традиции качественного кино с вниманием к декорациям, операторской работе и костюмам в духе Висконти-Болоньини-Патрони Гриффи. Брузати затрагивает и выражает то, что, как мне кажется, было для него важно, … и делает это по-своему, в манере изысканного и утонченного джентльмена, намекая, но никогда не крича. Он не проповедует, не жалуется, не требует… Он демонстрирует и инсценирует небольшие экзистенциальные отклонения, внутренние и, возможно, непоправимые раны, страдания открытых, возможно, неразрешенных жизней. Этот фильм, постоянно обращаясь к северным традициям, явно отсылает к Бергману… В фильме мало что происходит, тон постоянно рискует скатиться в вычурность и претенциозность, но трудно избежать чувства искренности и подлинной боли, которые от него исходят. Честный фильм» (Locatelli, 2015).
Однако куда более трезвую оценку этой картине дает киновед Паоло Мерегетти: «Формально элегантная, с продуманным монтажом, утонченным саундтреком и замечательной командой актеров, эта картина позиционирует себя как фильм о памяти, об открытии сек*a, о страхе старения… [На деле] – искусственная и безжизненная атмосфера, вычурные и неправдоподобные диалоги, а также предсказуемое и в конечном итоге приторное повествование в виде флэшбеков» (Mereghetti, 2011).
Сам же Франко Брузати говорил о смысле своего фильма так: «Детство, юность и чувства нашей молодости могут быть прекрасными, и воспоминания о них могут заставить нас чувствовать себя как в раю; но горе тем, кто живет только в этих воспоминаниях и ради них, горе тем, кто цепляется за них, не желая отпускать; это ад, это смерть, тогда как вместо этого мы должны научиться забывать прошлое, чтобы любить настоящее, которое есть мы» (Il Tempo. 16.05.1979).
На мой взгляд, «Забыть Венецию» – один из самых необоснованно перехваленных итальянских фильмов. То, что многим кинокритикам кажется плюсом (влияние кинематографа Лукино Висконти, Ингмара Бергмана и Федерико Феллини), я, напротив, считаю основным минусом этого фильма.
На деле, увы, получилась примитивная карикатура на шедевры этих Мастеров. И если Эрланд Йозефсон (1923-2012) у Бергмана играл интеллектуально сдержанно и психологически тонко, то у Брузати он словно предоставлен самому себе, и вся его мимика состоит из сплошных «пережимов», утрированной «игры лицом», а сам характер персонажа выглядит фальшивым.
Режиссура Франко Брузати здесь навязчиво дидактична. Все символы и аллегории даны, что называется, «в лоб», без нюансов. Рой воспоминаний возникает на экране в какой-то слащавой слезливости. Все без исключения персонажи в фильме «Забыть Венецию» психологически решены примитивно и однобоко.
Вот почему у меня вызывает недоумение, как такая подражательная и фальшивая картина смогла получить в Италии приз «Давид ди Доналелло» за лучший фильм года, а Марианджела Мелато – награду за лучшую женскую роль. Скорее всего, всё это (как и номинацию этой ленты на «Оскар», можно объяснить одной, но решающей причиной – «нетрадиционностью» отношений между её персонажами…
Впрочем, возможно, именно этот «скандальный» шлейф «сарафанного радио» позволил фильму «Забыть Венецию» в прокатном сезоне 1978/1979 годов занять 53-е место по посещаемости (0,9 млн. зрителей), что было больше, чем у таких художественно качественных картин, как «Страх высоты» Мела Брукса, «Простая история» Клода Сотэ, «Дорогой папа» Дино Ризи и др.
Киновед Александр Федоров
Хороший солдат / Честный солдат / Il Buon soldato / Le bon soldat. Италия-Франция, 1982. Режиссер Франко Брузати. Сценаристы: Франко Брузати, Эннио Де Кончини. Актеры: Марианджела Мелато, Жерар Дарье, Карла Биццарри и др. Драма. Премьера: 6.09.1982.
Марта (Марианджела Мелато) встречает на вокзале Томмазо (Жерар Дарье), который направляется на военную службу…
В год выхода «Хорошего солдата» в итальянский прокат кинокритик Джованни Граццини (1925-2001) писал, что «несмотря на наличие некоторых диссонансных элементов и неразрешенных нюансов, этот фильм следует отнести к числу удивительно беспокойных работ сезона. Сарказм, нежность и сострадание объединяются в изображении безрассудной эпохи, в которой, по крайней мере, определенный тип женщин отказывается смириться с поражением» (Grazzini, 1983).
Драма «Хороший солдат» не имела успеха у массовой аудитории не только по причине своего печального финала. Картина была и в целом далека от развлекательности, и главный мужской персонаж, не способной примириться со злом, насилием или эгоизмом, был далек от стандартов счастливых мелодраматических сказок…
Киновед Александр Федоров
Непорядочный дядюшка / Гадкий дядя / Lo zio indegno. Италия, 1989. Режиссер Франко Брузати. Сценаристы: Франко Брузати, Пьеро Де Бернарди, Леонардо Бенвенути. Актеры: Витторио Гассман, Джанкарло Джаннини, Клелия Рондинелла, Андреа Ферреоль, Ким Росси Стюарт, Беатрис Пальм, Симона Каваллари, Стефания Сандрелли и др. Комедия. Премьера: 8.10.1989.
Весьма эксцентричный герой этой комедии уже далеко немолод, но ведет себя как несовершеннолетний проказник и безудержный анархист, доставляя массу хлопот окружающим…
Журналист и кинокритик Льетта Турнабуони (1931-2011) писала, что «Непорядочный дядюшка» - это «история о порядке, влюбляющемся в беспорядок, восхваление анархии. Франко Брузати, автор фильмов и комедий, которые никогда не бывают утешительными и всегда передают тонкое чувство тревоги, снова выбирает в качестве своего главного героя непримиримого изгоя» (Tornabuoni, 1989).
Михаил Иванов считал, что «это удачная комедия в форме, близкой к фарсу. Прекрасные актеры делают картину трогательной и претендующей на глубину» (Иванов, 2000).
Исполнитель главной роли в этой комедии – знаменитый актер Витторио Гассман (1922-2000) – был награжден премией «Серебряная лента».
Между тем, в итальянском кинопрокате «Непорядочного дядюшку» постиг оглушительный провал: в сезоне 1989/1990 годов он не смог войти даже в первую сотню фильмов по кассовым сборам.
Причина, полагаю, была в самом типе главного героя. Да, Витторио Гассман блестяще сыграл мерзкого и пакостного «дядюшку», досаждающего всем подряд с утра до вечера. Но именно из-за этого такую комедию и не захотели смотреть зрители. Главный герой вполне логично вызывал у массовой аудитории не сочувствие, а отвращение, и желающих тратить время на созерцание «анархистских» похождений старого и больного персонажа оказалось (как в Италии, так и в Европе в целом) очень мало…
Говорят, что режиссер и сценарист «Непорядочного дядюшки» Франко Брузати был настолько расстроен кассовым провалом своей ленты, что навсегда ушел из режиссуры.
Он скончался через 3,5 года после премьеры «Непорядочного дядюшки», оставшись, по сути, режиссером лишь одного выдающегося фильма – «Хлеб и шоколад» (1973)…
Киновед Александр Федоров