Андрей и Тихон тоже разделились, чтобы быстрее. Андрей быстро открыл дверь номера и вошел в комнату. Тут же пришлось закрыть глаза. Свет ослепил его. Когда парень глаза открыл то за ним не было двери. И стоял он не в номере отеля, а в коридоре между библиотечных стеллажей. Приглушенный свет падал откуда-то сверху, под ногами был мягкий ковер, а в воздухе ощущался запах книг. Андрей посмотрел назад. Книжные полки тянулись достаточно далеко, а потом ходили за угол. Его ослепили и перенесли сюда? Но как? Парень попробовал потрогать стеллажи. Не удержался и взял книгу. Синяя обложка, на ней серебряная звезда и название серебром же «Песни несбывшихся». Андрей хмыкнул. Какие-то стихи наверняка. Но книгу все же открыл И….
Да, это были стихи. Причем воспринимал их парень странно. Он и видел их глазами и слышал, правда иное, не то, что было написано. Это действительно были стихи. А еще - жизни, шепотки, песни, монологи о том, о попытках, о промахах и падениях, о стремлении и умении подняться, о повторных падениях и о том, как сдавались судьбе. О том, что не сбылось и никогда не может уже сбыться. И о том, что этой книги, этих стихов на самом деле не существует в реальности и никогда не существовала. Андрей молча поставил книгу на полку. Он чувствовал себя странно. Ему было жаль тех, чьи ненаписанные стихи попали в эту книгу, хотя он понимал, что этих существ уже давно нет в мире. Есть может другие, с их душой, но другие и у них другие и падения и взлеты и стихи. И он был рад, что не обнаружил своих стихов. А еще он знал, что сам он уже не стоит в доме на улице Двух Роз. А ….неизвестно где находится. Но это не пугало, не смущало и даже не вызывало желания вызвать психиатрическую помощь.
-Тебе….тебе разве можно здесь находиться? - послышался тихий голос.
Андрей обернулся и увидел девушку может чуть младше себя. Обычная худенькая в черном «готическо-подростковом « прикиде. Джинсы, майка, куртка. Без тонны украшений и кружева. Необычными и запоминающимися была разве что глаза девушки – они казались чуть больше обычных. И Андрей мог поклясться, что гони иногда вспыхивали ярким зеленым светом.
-Как ты сюда попал? – голос девушки выдавал хозяйку этого места.
-Через дверь.
-Учитывая, что окон тут нет – это логично.
-Я сам не знаю. Даже не знаю – куда.
-В библиотеку моего отца.
-И кто твой отец?
Девушка помедлила, внимательно вглядываясь в Андрея, словно пытаясь понять, правду ли он говорит. Потом сказала
-Мой отец - принц Гоэтии.
-Это мне ни о чем не говорит, - пожал плечами Андрей
Девушка оторопела на время, а потом рассмеялась.
-И ты же не врешь, Ты реально не знаешь , где ты?
-И где.
-В аду…Ты в аду , и ты очень странный. Сюда может попасть человек, но он уж точно будет знать, кто такие демоны Гоэтии
-э…
-Все, что можешь сказать?
-Нет. Не знаю. Не то, чтобы я тебе верил, но я бы хотел уйти отсюда.
-Тогда тут только отец поможет. Ты не грешник, ты не мертв. И ты не маг. Значит, ты действительно попал сюда случайно. Я слышала, что так бывает. Увы, чаще всего такие души пропадают в аду не в силах выбраться. Тебе лучше держаться меня. Пока отец не вернется.
-И когда…
-Скоро. Он обещал скоро.
-И что мне пока делать?
-Ну….тебе лучше не выходить отсюда. Кто знает, как среагируют другие помещения на тебя. Вообще-то считается что ад максимально недружелюбен для таких как ты. Побудь здесь. Если хочешь, я буду с тобой. Ты же любишь книги, да? А у моего отца одна из лучших библиотек в аду. Он сам говорит, даже у Люцифера не такая!
Андрей схватился руками за голову. Есть ад, в аду есть библиотеки, в аду есть принцы с библиотеками. И у Люцифера тоже есть библиотека. Он невольно представил себе красного рогатого и копытного дьявола, трепетно выбирающего себе чтиво на вечер. Девушка рассмеялась
-Ты перепутал Люцифера с Сатаной.
-А это что разные персоны?
-Вообще-то…да. И скажу тебе по секрету. Сатана ненавидит, когда его путают с Люцифером. А вот Люциферу пофиг.
Андрей вздохнул и осел на пол. Потом улыбнулся и сказал.
-Ладно. Если я сейчас сижу в психушке, то ничего уже не поможет. Покажешь, какие тут книги?
-Вот это хороший подход! – одобрительно сказала девушка.
-Столас! – палвинообразный демон еле сдерживал смех, - ты как-то мне говорил, что в твою библиотеку даже Пеймон без разрешения войти не может. И…как?
-Сам не очень пока понимаю. Но я сейчас попросил дочь придержать этого горе-путешественника там. Потом выведу его. И посмотрю, что к чему.
-А пока ты тут будешь смотреть, еще гостей не наберется?
-Нет. Я делал портал только сюда. Да и…кажется я понял, почему он туда попал.
-Понял…
-Потом объясню. Когда уже окончательно разберусь
Миша разбирался с баром. Ничего необычного – пустой бар. И что тут адского? Парень проверял стойку, и случайно уронил бутылку. Она не разбилась, но такое впечатление что закрыта не была. Алая жидкость вылилась из нее на пол. И разлилась в виде сигилы. Миша оторопел. То, что это именно сигила, он знал точно. Не помнил, чья. И даже если тут пол посыпан чем-то, и бутылки без крышек. Они предполагали, что кто-то уронит бутылку? Впрочем, наверное, не такой уж необычный фокус с сигилой. Хотя забавно.
Только Миша никак не мог вспомнить чья сигила, хотя в свое время изучал их все.
Миша вообще достаточно рано начал задумываться о том, что просто книги ему знания не дадут. Пытался обращаться к разным учениям, но это все показалось подростку скучным и нудным. Хотелось быстро и просто. И ради этого быстро и просто, Миша стал экспериментировать. В его характере была одна черта. Миша не был отшельником или одиночкой, были люди, которые что-то для него значили. Но ко всем остальным существам он относился как «есть и есть, нет и нет». Парень не испытывал никаких чувств к ним. Поэтому, когда намаявшись с ритуалами, не обрел ни намека на результат, без терзаний связался с ребятами, что приносили в жертву демонам кошек и собак. Он и сам резал и кропил кровью, но только опять все без толку.
Потом он увлекся Гоэтией. Там, по крайней мере было не так грязно. Хотя также бесполезно. Пока однажды Миша не встретил одного человека, который мог делать совершенно необычайные вещи. Например заставить не видеть себя и Мишу. Они вместе прошли на кухню шикарного ресторана и полакомились дорогущим блюдом. Каждый раз когда Миша приходил к этому человеку, у того была очередная красотка, которая вела себя с ним как с султаном.
-И как? – все время спрашивал Миша, давясь завистью и злобой. С такой силой этот парень мог бы столько всего узнать и добиться. А он просто растрачивает эту силу.
-А что ты делал? Песенки пел? Но этого мало.
-И что нужно?
-Сильно жаждешь чего-то – далеко должен быть готов пойти. Принеси человеческую жертву.
-Это им и надо? Человеческая жертва?
-Разумеется, нет. Им надо увидеть, на что ты готов. Для тебя убить не так уж и далеко, конечно.
-Ты серьезно?
-Серьезнее некуда. Но вот страх наказания. Это тебе не кошке глотку перерезать.
-Издеваешься?
-Немного….Но тебе решать.
И Миша решил, через пару месяцев. Случай представился. Он просто в толпе толкнул кого-то под вагон метро. Даже не разобрался, кто это. Вроде была девушка. И опять….ничего. Миша чувствовал себя обманутым.
И сейчас, когда он видел, как вино расплывается знаком сигилы, он снова ощутил гнев и обиду.
Обернувшись, Миша увидел тряпку на барной стойке. В гневе схватил ее, но когда вновь повернулся, сигила уже светилась и свечение пошло вверх, а вместе с ним нарастал гул, который исходил от стен и из центра сигилы.
-Ну-ну, - начал было Миша, когда услышал позади рык. Он быстро обернулся и отпрыгнул, задев свет из сигилы. Спину обожгло огнем, а с барной стойки к нему тянулись призрачные руки. Миша инстинктивно бросился вперед и попал прямо в объятия, которые тоже обожгли, но на этот раз льдом. Руки облепили его, оставляя на коже вполне реальные ожоги. Миша закричал. Ему вторил гул от стен.
Парень с трудом вырвался и побежал вперед, но все изменилось и он оказался в коридоре, который петлял и казалось, тянулся бесконечно, а из его стен все лезли и лезли руки. Это было страшно, Миша словно обезумел и когда ворвался в чистую светлую комнату, даже не поверил поначалу. А вновь обретя способность соображать, увидел перед собой двух…нет, это точно не были люди. Таких глаз у людей не бывает. И когтей, и…еще чего-то непонятного.
-Вы….
-Ну ты же так жаждал познакомиться.
Миша покачал головой. На спинках кресел, с которых встали мужчины, виднелись сигилы. Теперь он их узнал. Он обратился к одному из мужчин
-Столас….Принц Столас.
-А я князь Андреалфус, если тебе это интересно, - павлинообразхного демона, кажется, обидело, что обратились не к нему.
Миша продолжал зачарованно смотреть на демонов.
-Я ведь звал тебя. Вас обоих.. Рисовал сигилы. Я умею….Почему ты не пришел? Ты должен был!
-Я? Должен? Тебе? – Столас тихо рассмеялся. – откуда у людей такая уверенность, что демоны - это сказочные джинны на побегушках? Что ты можешь мне дать? Почему ты решил, что я вообще тебя услышу?
-Но я же все сделал по книгам.
-Скажи, - внезапно полюбопытствовал Андреалфус, - если ты купишь крутой тренировочный костюм и придешь в зал. Сможешь ли ты поднять штангу весом в сотню килограмм.
-Причем тут это?
-При том. Так сможешь?
-Конечно же нет! Откуда у меня столько силы?
-А крутой костюм? А твои знания о том, что гирю нужно именно поднимать…а не совать в зад, например?
-Андреалфус! – не выдержал Столас. Он пытался выглядеть гневно, но улыбка сама наползала на физиономию.
Павлинообразный демон и ухом не повел. Он всего лишь продолжил, обращаясь к Тихону
-Тут все то же самое. Если у тебя нет силы, что собирается годами, а то и десятилетиями, то рисовать ты можешь все что угодно. И петь любые заклинания. И даже кровью кропить. Своей или чужой. Демон нашего уровня к тебе не придет. И кстати, извини, про кровь – это ты голливудских фильмов пересмотрел. Я вообще больше по желе.
-Какому желе? – Миша уже ничего не соображал.
-Апельсиновому. Но клубничное тоже можно. Предложить или съесть самому, если нравиться. Ощущения удовольствия мага нас вызывающего, при поедании вкусной и нравящейся ему еды тоже неплохое подношение.
Миша сглотнул. Он, кажется, забыл как складывать звуки человеческого языка в слова. А Андреалфус продолжил
-Ну так вот. Большее, на что ты можешь рассчитывать – это на приход какого-нибудь мелкого беса, который пользуясь твоей слабостью, безграмотностью и бесчувственностью в плане магии и силы разыграет перед тобой хоть самого Люцифера.И сожрет тебя. А когда ты поймешь, что ошибся, ты уже будешь в аду рабом того, кто обычно сам привык служить. Либо если тебе повезет, он просто удовлетвориться твоей жизненной силой и тогда по крайней мере душа твоя будет свободна.
-Но как же…Мне сказал человек, у которого было все. Просто так
-Все….просто так, - Столас произнес эту фразу медленно, точно пробуя на вкус., - а ты уверен? Уверен, что там не было силы? Уверен, что в контракте не стоит в том числе заманивать таких идиотов, как ты на проработку в аду? Проверять их. Уверен, что это вообще человек?
Миша вздохнул. В голове вдруг стало ясно и ..смешно.
-Вы обманули меня. Ад меня обманул
Столас и Андреалфус захохотали одновременно.
-Это просто потрясающе!- сказал Столас, отсмеявшись, - обвинять ад в том, что сам лентяй, дурак и убийца. Все, что ты сделал, ты сделал сам
-Я ничего не сделал. – буркнул Миша, - Эта сучка сама упала
-Конечно, сама. Твоя помощь была просто минимальна, - улыбнулся Андреалфус, -Самое забавное, что тебе сейчас на самом деле так страшно, что ты сам готов поверить. Ты - мальчик без сердца. И с неразвитой душой, маленькой такой и уродливой. А это неправильно. Ты должен быть нам благодарен. Поживи ты подольше, твоя душа вообще бы преодолела все мыслимые пределы уродства. А так…
Андреалфус щелкнул пальцами. И длинные руки из стен вновь появились и схватили Мишу, на этот раз очень крепко. А потом потянули в стену
-У твоей души будет шанс вырасти. И раз она не смогла вырасти в теле того, кто имеет власть над другими. Пусть маленькую. То ей представиться шанс расти в теле того, над кем все имеют власть. Иногда…это помогает.
Миша открыл рот, чтобы что-то сказать, но одна из ладоней быстро обхватила все его лицо, причиняя невероятную боль раскаленного железа. Миша был готов упасть в обморок, но не упал. Он откуда-то знал, что теперь, на какое-то время, как бы ему не было больно, он не сможет впасть в спасительное забытье. И впервые в жизни знание пугало его.