Для посторонних наша семья была идеальной. Отец служил в полиции офицером. Город наш небольшой в Подмосковье. Единственное место в нашем городе — это молочный завод. В нём работали большинство трудоспособного населения. Мама занималась домом и собою. Я же рос самостоятельным мальчиком без материнской ласки и опеки. Папа меня любил, и свободное время мы проводили вместе. Это фотоохота, рыбалка. В сезон сбор в лесу земляники, малины и грибов.
Мы с папой сами варили варенье из лесных ягод. Грибы обрабатывали и складывали в морозильную камеру. Варили из них супчик и жарёху. У дома на участке у нас только клумбы с цветами, деревья и кусты. Этим занималась мама, но была против огорода.
На маленьких грядках мы с отцом весной сеяли редиску и зелень. Сажали лучок и чесночок.
Родители в своей спальне часто ссорились, а я всё слышал. Всегда был на стороне отца, так как он пытался сглаживать отношения с мамой.
В школе я дружил с одноклассницей Светочкой. Она дочка директрисы молочного завода. Я понимал, что мы не ровня, и дом у них трёхэтажный коттедж. Поэтому я мечтал добиться обеспеченности сам и жениться на Светлане.
У нас дома было много книг по юридическому праву. Я их постепенно изучал. Моя цель в жизни — это стать юристом, как мой отец.
Мы с родителями решили отмечать моё тринадцатилетие дома. Блюда готовили сами, а мама ещё с утра уехала в Москву в салон красоты. Вернулась к ужину.
На другой день мама за завтраком объявила:
— У меня в Москве есть мужчина. Этот дом, в котором вы живёте, мне достался от покойных родителей. Я его выставила на продажу и уезжаю от вас. Наша семья давно разделилась. Я одна, а вы вдвоём.
Я не сдержался:
— Мама, а мы где будем жить? Я несовершеннолетний, и ты юридически не можешь продать дом. Я же в нём прописан.
— Уже нет, Саша. Наша соседка, тётя Галя, согласилась тебя зарегистрировать в своём доме. Я ей заплатила за аренду старенького домика за год вперёд, который они собирались сносить. Поживёте там, а папе пора самому позаботиться о собственном жилье. Пусть оформляет ипотечный кредит. Нечего жить за счёт меня.
— Мама, сколько я помню, ты никогда не работала, а папа тебе ни в чём не отказывал. Так кто жил за счёт кого-то?
— Саша, ты ещё маленький так рассуждать. Папа меня содержал в счёт аренды моего дома. Мы с ним квиты. А содержал — это громко сказано. С его зарплатой?
Наконец вмешался мой отец:
— Саша, эту женщину не вразумить. Её поступки противоречат морали. Не было бы меня, то она сама тебя не воспитывала, а доверила детскому дому. Давай собирать вещи, сынок.
— Папа, у бабушки Гали этот домик без удобств. Будем печку топить и воду из колодца носить. Удобства на улице. У тебя есть сбережения?
— Прости, сын. Мама обещала купить тебе дорогой подарок, и всё, что у меня было на карте, ей перевёл. Теперь только понял, что это за подарок. Прости ещё раз, сынок, за мою наивность.
Отец взглянул на мать, а она усмехнулась.
На заводе узнали о наших семейных переменах, и через неделю мы переехали в дом директрисы Тамары Васильевны. У нас с папой были отдельные комнаты с санузлом и душевой кабиной. Я был счастлив тем, что рядом моя Светочка.
У Тамары Васильевны никогда не было мужа. Никто не знал, от кого она Светочку родила. Училась в Москве, а приехала оттуда беременной. Завод принадлежал её деду, который давно скончался от смертельной болезни.
Не сразу, но папа перебрался в спальню Тамары Васильевны. Нас со Светой это даже обрадовало. Она первая у меня спросила:
— Саша, а ты теперь мой брат?
— По сути, да, но ты моя невеста.
— А ты мой жених, а когда повзрослеем, то поженимся.
***
Всё было неплохо до определённого случая. А произошло примерно через четыре года. Я на своей личной территории перед сном мылся в душе и напевал песенку. Шумела вода, и я не заметил, как вошла Тамара Васильевна, лишь услышал её голос:
— Удивительно, Сашок, как ты похож на своего отца. И лицом, и фигурой.
От неожиданности я задвинул створки душевой кабины, которые она открыла.
С тех пор я был не рад, что живу у Тамары Васильевны, но отцу боялся об этом рассказать. Не хотел рушить семью из-за маленького братика Серёжи, которого мачеха родила от моего отца. А ему было три годика.
Когда отец дежурил, мачеха ночью приходила ко мне. Я убегал к сестре.
В этот раз она заперла мою дверь. Я даже не заметил, что в моей двери появился замок.
— Тамара Васильевна, что Вы от меня хотите?
— А ты не догадался? Того же, что и от твоего папы. Скучаю, когда он на дежурстве. Он у тебя такой замечательный мужчина. Ты, как я предполагаю, такой же.
— Да Вы больны на всю голову. Отоприте дверь, иначе папа всё узнает.
— Не спеши, Саша. Давай просто пообщаемся.
— Ночью не хочу, и не в моей комнате. Уходите, иначе Светочку позову.
— Раз так, то оставим это на потом.
На потом не получилось. Я окончил школу. Не стал поступать в институт, никому об этом не сообщил. Мне принесли повестку в армию, и получил её сам. Мне необходимо срочно покинуть дом мачехи на этот год, чтобы она не сверлила меня своими взглядами, облизывая сухие губы.
ГОД В АРМИИ ДЛЯ МЕНЯ ПРОШЁЛ В ТОСКЕ ПО СВЕТЛАНЕ.
Она училась в Москве в институте и приезжала ко мне на зимних каникулах. В городке около части она поселилась в гостинице. Я во время увольнительной приехал к ней.
Когда вернулся домой, то моя Светочка была уже беременной. Мы поженились и переехали в Москву. Тамара Васильевна не знала о наших со Светой отношениях, и когда Светочка поступила в институт, то купила ей в Москве квартиру.
***
У нас со Светой всё замечательно. Я учусь заочно и работаю помощником юриста в фирме. У нас подрастает сынок, а моя Светочка опять беременная.
К родителям мы приезжаем в гости. Мачеха смотрит на меня с сожалением. Её поезд давно ушёл, как я думаю. Есть же отец, и он её очень любит.
ЧТО ЖЕНЩИНАМ НЕ ХВАТАЕТ?