1927. «С научной целью».
— Я, брат, хожу в это кабаре не без умысла. Хочу видеть Европу во всей её неприглядной наготе!»
23 апреля — день рождения Владимира Козлинского (1891—1967). Художника, карикатуриста, работавшего в своей профессии добрых полвека — но всё-таки ярче всего отразившего эпоху нэпа, 1920-е годы. Надо сказать, что в СССР до последних лет существовала стойкая «нэповская легенда», которая очень помогла реставрации капитализма в 1990-е годы. Что нэп — это было время счастливого рыночного изобилия на прилавках. Все тени этой эпохи — массовая бедность, беспризорность, проституция, криминал... оставались за кадром. А вот в творчестве Козлинского они — тут как тут. Например, «чубаровщина», то есть попросту говоря, уличные изн*силования. Вот его рисунок, посвящённый нашумевшему «чубаровскому» делу — групповому изн*силованию, случившемуся в Чубаровом переулке в Ленинграде 21 августа 1926 года.
1926. «К сожалению, не сказка. Тысяча и одна. Ночь»
Сюжет происшествия был такой: 20-летняя работница пуговичной фабрики Любовь Белова шла в гости к своей знакомой. В 10 часов вечера в Чубаровом переулке на неё набросились неизвестные, накинули тряпку на голову и подвергли насилию в близлежащем сквере «Сан-Галли». Затем они вдобавок решили «заработать» на девушке и, превратив её в с*кс-рабыню, продавали случайным прохожим по 20 копеек. Всего, по её словам, с ней против воли совершили половой акт около 30 человек. Дело широко освещалось в советской прессе и закончилось сурово: 5 расстрелами (!) и 19 приговорами к лишению свободы (ещё двоих из этих 19 тоже вначале приговорили к высшей мере, но потом помиловали).
Могут сказать: но ведь нэп не исчерпывался «чубаровщиной»? Ну да, конечно... были и другие стороны. Например, уличная беспризорность, а рядом с ней — разряженные в пух и прах нэпманши:
1926. Изображает двух нэпманш и беспризорную. «Сострадание.
— Девочка! Не трогай, пожалуйста, собачку! Ты ещё можешь заразить её чем-нибудь!»
Типичная жанровая сценка 1920-х «В кафе». Крутится граммофон, валяются бутылки, скучают и курят дамы явно нетяжёлого поведения. Чем они отличаются от Любови Беловой? Ну, разве что тем, что под давлением нужды согласились каждый день исполнять то, к чему её однажды принудили силой.
1920-е. «В кафе»
1920-е. «Вечеринка нэпмана»
И что, всегда так будет? Нет, как ни удивительно, но появляется и растёт посреди всего этого нечто новое, прежде небывалое.
Вот, например, как в старину, как с незапамятных времён повелось, сидят деревенские бабы и мужичок на лавочке, усердно перемывают косточки соседкам. На заднем плане — церковь с куполами, дымящие печки в избах — всё, как раньше... Но между тем наступает новая, небывалая прежде реальность, когда женщин выдвигают на руководящую работу, что было немыслимо в старой России.
1929. Из журнала «Чудак». «Дым без огня.
– Машу-то на лучшую работу выдвинули.
– Не удивительно. С секретарём ячейки живёт.
– Но, ведь, секретарь-то женщина.
– Ну, значит, с директором живёт...
– Директор – тоже женщина!
– Ну, значит, Маша – мужчина!»
Важно шествует по своим делам, как и прежде, поп, вот только смотрят на него уже не так, как раньше.
1929. «Переоценка ценностей. — Посмотри-ка! Волос — долог, а ум — короток!»
1925. Из журнала «Бузотёр». «Нэп на курорте.
— Глядите, — рваная шушера, а на самый дорогой курорт прётся!
— А потому он и дорогой для нас, что для них он дешёвый»
Наступают 1930-е годы. Нэповская стихия, которую с такой иронией и сарказмом изображал художник, постепенно мелеет и исчезает. Новое время — новые песни.
Октябрь 1932. Ко вводу в строй Днепрогэса. «В суете Парижа.
— Читали, ваше превосходительство, они Днепрогэс пустили!..
— Мне сейчас не до этих мелочей — мне бы франков пять на обед достать!..»
А на Западе наступает новая напасть — фашизм...
1933. Тема М. Глушкова. «Фашизм и наука. — Я думал, что вы профессор, а вы, оказывается, еврей»
Ещё некоторые рисунки художника:
1921. К подавлению Кронштадтского мятежа. Плакат «Кронштадтская карта бита!» из серии «Окна РОСТа». Любопытно отметить, что сам Владимир Козлинский родился в Кронштадте, в семье морского офицера
1924. Карикатура на папу римского.
«– Ваше Святейшество, неужели вы собираетесь признать большевиков, ведь они безбожники?
– Ну, что ж что безбожники – зато у них нефти много...
В итальянских газетах появилось множество статей, в которых говорится о возможном признании римским папой СССР»
Зарисовки из времени революции 1917 года:
1927. «Господа офицеры. Февраль 1917 года»
Эк перекосило их благородия в Феврале 1917-го от услышанной речи революционного оратора на митинге перед безропотной прежде «серой солдатской скотинкой»!..
1927. «Улица в октябре 1917 года»
Новые хозяева страны – революционный матрос и красногвардейцы.
1927. «Трудовая повинность. Очистка снега»
Не всё коту масленица, настанет и великий пост. Посылали-посылали рабочих и крестьян в мясорубку на германский фронт, не спрашивая их желания и согласия – придётся теперь, после Октября, и самим господам буржуям немножечко потрудиться, пусть и не под пулями-бомбами, как они других заставляли, но хотя бы снежок почистить своими белыми, холёными ручками!
1927. «Попы (священнослужители) на трудовой повинности»
Трудовая повинность попов, если приглядеться, заключается в том, что они поднимают на уровень крыши какой-то красный транспарант. Возможно, вот этот:
1927. «Первая годовщина Октября»
1924. Из журнала «Смехач». «Симферополь, 3. На Севастопольской ул. появились пять совершенно нагих мужчин и женщин. Через плечо у них была переброшена лента с надписью: «долой стыд». (Телеграмма)». «Добрый грабитель: Мишка, подай мадамочке ярлык: пущай идёт в исподнем, без сумления...»
А это отрывки из шутливой биографии художника в сатирическом журнале «Бегемот» (1928):
«Хороший вкус
Козлинский обладает хорошим вкусом. В детстве у него была француженка. Она страстно любила одного полковника. Желая ему нравиться, она изощрялась в костюме и больше следила за собой, чем за мальчиком. Мальчик же следил за нею, и немудрено, что с детства у него хороший вкус».
«Когда он немного подрос (это было на курорте в Карлсбаде), он уже имел любимое занятие: протянув ниточку от дерева к дереву в аллее парка, и, прячась за деревом, он, затаив дыхание, следил, как проходящие лейтенанты теряли свои головные уборы. Так как нитку нужно было протянуть на высоте человеческого роста, то ему приходилось подтягиваться. От этого он так вытянулся, что Мих. Мих. Зощенко может позавидовать его росту. Хотя Зощенко сам не из маленьких.
Живёт Козлинский в Москве. Человек он рослый, а квартирка у него маленькая. Но не жалуется».
Владимир Козлинский