На Московском международном кинофестивале прошла премьера камерной драмы Виктора Шамирова ("Упражнения в прекрасном", "Игра в правду", "Большая секунда") "Температура Вселенной", посвященной жизни ученых в поселке астрономов. Он назван лучшим в фестивальной программе "Русские премьеры".
Фильм "вырос" из реального места - Нижнего Архыза в Карачаево-Черкесии, где расположена крупнейшая обсерватория Евразии. Сюжет укладывается буквально в пару строк - в поселок приезжает мужчина на день рождения к своему другу юности. Героиня - астрофизик, мама двоих детей - приглашает друга мужа на день рождения супруга. Гость должен стать сюрпризом, но сюрпризом для героини оборачивается новость: муж не вернется из командировки. И только что рассказывающая экскурсантам, что все наши беды меркнут на фоне космоса, героиня Дарьи Семеновой переживает свой "Большой взрыв".
Название фильма "Температура Вселенной" не случайно - так называется реликтовое излучение, которое заполнило космос после Большого взрыва. Но новый фильм Виктора Шамирова - не про науку, а про чувства на фоне бесконечности. Об этом мы и поговорили.
Виктор, я знаю, что точка отсчета этой истории - в чужом сценарии, который вам не пригодился…
Читайте "Российскую газету" в Max - подписаться
Виктор Шамиров: Да, это был совершенно посторонний сценарий, не имеющий ко мне никакого отношения. Я узнал из него о существовании места - и только. Сам автор, насколько я понял, ничего о нем не знал и упомянул его случайно, потому что продюсеры попросили. Мне стало интересно: а реально ли оно существует? Оказалось - да. И я поехал. Снял номер в гостинице и прожил там неделю. Знакомился с людьми, те приводили к другим людям. Мне было интересно, как астрономы живут свою обычную жизнь.
Читайте также:
Успехи и разочарования Московского кинофестиваля
Как там вообще живется?
Виктор Шамиров: Поселок крошечный - всего четыре жилых дома, в которых живет человек шестьсот. Институт, школа, детский сад, общежитие для аспирантов. И все. Люди попадают туда обычно аспирантами - физиками-астрономами. Если повезет закрепиться при обсерватории, что считается престижным, то остаются на всю жизнь.
В самом поселке два крошечных магазина дачного типа на первых этажах, сетевые магазины в соседней станице, туда ехать полчаса. До Черкесска полтора часа, до аэропорта - три. Но там все это неважно - я про магазины. Люди, которые туда попадают, живут другими интересами. Жизнь небогатая, но очень сконцентрированная, собранная, там мало что может отвлечь от дела.
Вообще эволюционно человек привык жить в племени, зная не больше полутора сотен человек - и это не мешало ему быть счастливым. А в большом городе, если твоя профессия не связана с общением, ты видишь каждый день семью дома, 5-10 человек на работе, а в метро - сотни, но они тебе никто. Получается, круг общения не так уж отличается от поселка, там даже с большим числом можно за день поздороваться.
В фильме есть эпизод, когда герои на природе отмечают день рождения - уютно, спокойно, и под треск костра идут разговоры о том о сем. Вспомнилась похожая сцена в картине "Москва слезам не верит" - такая же уютная компания своих, такие же неспешные разговоры…
Виктор Шамиров: Наш фильм еще иногда сравнивают с картиной "Девять дней одного года". И понятно, почему - и там, и там герои - ученые. Но я сознательно отказался от темы научного прорыва, о чем говорится в фильме Михаила Ромма. В астрономии прорывы не случаются вдруг. Ученые десятилетиями собирают материал, потом публикуют статью, которую заметит только их сообщество, но они гордятся этим всю жизнь. Наука здесь - не передний край, а просто образ жизни.
Мне интересна человеческая неуверенность на фоне вечности. Масштаб космоса и пугает, и завораживает
Большая редкость, когда на экране герои - не врачи, не учителя, не полицейские. Как-то все забывают, что не только документальное, но и художественное кино остается "окном в мир".
Виктор Шамиров: Проблема в том, что весь опыт сценаристов - это кресло перед компьютером год за годом. О какой правде других профессий можно написать? Что-то придумывают, пытаясь угадать, что будет близко большой аудитории, или, о чем будет проще написать. Как правило, они выбирают безопасную территорию, не углубляясь в миллион нюансов, которые свойственны любой профессии. Я считаю, что это неправильный подход, но сценаристам надо писать много, чтобы прокормиться. У меня старый, почти советский подход, и без него я не представляю себе работу…
Читайте также:
На ММКФ вручили первые призы: Зрители отдали победу фильму об отце, что ищет сына на войне
Вспоминается писатель Илья Штемлер, который для работы над романом про общественный транспорт устраивался в таксопарк, а если о работниках торговли, то в универмаг…
Виктор Шамиров: Да, либо ты идешь в профессию вглубь, либо остаешься на безопасной территории отношений, где профессия не важна. Но мне легче, для меня кино - не поточное производство. Поэтому, когда писал про учителей музыкальной школы, мог позволить себе потратить много времени на общение с педагогами, чтобы понять, как они живут. А сериал "Вне игры" я писал с Русланом Хачмамуком, который работал в детском футболе в ЦСКА, так что он знал тему изнутри.
После съемок в Нижнем Архызе не было мысли, как у героя Григория Сиятвинды, там остаться?
Виктор Шамиров: Мог бы. Мне было там очень хорошо. Я ведь учился в университете на мехмате, и с тех пор у меня сохранилось уважение к ученым. Хотя, безусловно, они тоже люди, и ничто человеческое им не чуждо. Извечный вопрос о нравственной ответственности ученых становится все острее.
Но астрономы, - по крайней мере сегодня, пока нам не пришлось переселяться на другие планеты, - воспринимаются как какая-то особая "каста", что ли. В конце концов, кому как не им задавать вопросы про инопланетян.
Виктор Шамиров: Да, и нашей героине, когда она ведет экскурсию по обсерватории, задают этот вопрос. Астрономы говорят, что об этом спрашивают постоянно, и многие посетители искренне верят, что инопланетяне есть, просто ученые их скрывают. Но вопрос в фильме про инопланетян возник не случайно - эта "инопланетная" тема с самого начала была связана с героем Григория Сиятвинды.
Тема "иного"?
Виктор Шамиров: Да, он воплощает эту "постороннесть", оставаясь абсолютно русским человеком по воспитанию и культуре. За ним всегда тянется этот шлейф: он вроде свой, но многие его своим не считают. Мы со сценаристом Ольгой Мотиной-Супоневой и писали сценарий, имея в виду именно Григория. Мне нужна была его неприкаянность, которая считывается в мгновение.
Ваш фильм - это камерная человеческая драма, не связанная с наукой. Но все же обсерватория, поселок астрономов - больше, чем просто интригующий сеттинг. Как, кстати, и демонстративный фокус на трех местных храмах, когда на экране появляется и православная церковь XIX века, и мечеть, и древний аланский храм. Это о том, что мы едины перед бесконечностью Вселенной?
Виктор Шамиров: Это история разрушения уверенности. В начале фильма героиня Дарьи Семеновой твердо знает, кто она и как живет. Но она рассыпается в течение одного дня из-за ухода мужа. Герой Григория Сиятвинды тоже не понимает, что ему делать со своей жизнью. Он историк, но в институте не работает, полтора года назад развелся. Мне интересна человеческая неуверенность на фоне вечности. Масштаб космоса и пугает, и завораживает. Для астрономов все миллиарды лет жизни и умирания солнца, разговоры о темной материи, о сингулярности, реликтовом излучении так же просты, как для обычных людей разговор, что на ужин приготовить. Так что, если бы эта история происходила в городе среди суеты, она вызвала бы другую эмоцию. А так получилась камерная история на фоне вечности.
Читайте также:
Но фильм вы завершаете историей не Дарьи, а ее коллеги, пожилого ученого, который произносит замечательный монолог - с нотой печали утраты, но и вдохновляюще: "Я, крошечная пылинка, в своих мыслях отражаю бесконечность космоса и бесконечность любимого человека, даже если его уже нет рядом…".
Виктор Шамиров: Да, замечательный питерский актер Андрей Шарков играет пожилого ученого, который уже и потерял многих, и жить ему осталось не так долго. Но это не вгоняет его в печаль и депрессию, наоборот. Его восхищению жизнью можно только завидовать. Я завидую.
Автор: Елена Боброва