В Саратовском тюзе Киселева искрометная пьеса Оскара Уайльда «Как важно быть серьезным» поставлена недавно московским режиссером, актером, педагогом Игорем ЯЦКО.
Пожалуй, это лучшая пьеса драматурга, которую хвалили его современники Бернард Шоу и Герберт Уэльс, на премьере которой его противники едва не устроили грандиозный скандал, и которая до сих пор в репертуаре театров мира. Легкий, насмешливый текст о богатых бездельниках, что путем сложных интриг женятся на хорошеньких и весьма практичных особах (или те их на себе женят), но написанный изящно и остроумно.
Для Игоря Владимировича Яцко эта постановка знаменательная. Ведь когда-то он был занят в дипломном спектакле своих учителей Юрия Киселева и Елены Росс, сыграл более серьезного, по сравнению с совсем уж легкомысленным Алджероном, Джона Уординга. Поставил наш земляк комедию Уайльда и в московском театре Школа драматического искусства (ШДИ), где он возглавляет творческую лабораторию. Москвичи привозили постановку на фестиваль Янковского в Саратовскую драму, демонстрируя блестящую игру в английские правила хорошего тона и .. их старательное нарушение. Актеры, облаченные в смокинги, курили трубки, вольготно рассевшись по сцене, и все действо напоминало историю, рассказанную джентльменами в лондонском светском салоне. Там были заняты замечательные актеры Сергей Ганин и Роман Долгушин – тоже бывшие наши люди.
Оглушительному успеху отнюдь не «легенького» для уха Уайльда способствовало то, что актриса, игравшая ключевую комическую роль, не долетела до Саратова из-за сгустившегося тумана (остальные заблаговременно приехали на поезде). Заслуженный артист России Игорь Яцко, блистательный комедийный актер, появившись на балконе, громогласно объявил о том публике и тут же безо всякого грима перевоплотился… в Леди Брэкнелл. Так наш город окончательно превратился в туманный Альбион, а «тетушка Августа» то и дело являлась, неотступная, как статуя Командора, вещала, как истинная леди, прописные истины. Образ получился невозможно смешным. Признаться, все опасались только одного: что «настоящая» тетушка все же долетит до нашего города. И напрасно: в ШДИ ее, оказывается, играет грандиозная актриса Нина Дребнёва. Кстати, в английских театрах эту роль традиционно исполняют мужчины.
В московском спектакле был и зеленый английский газон, и «настоящий» черный английский дог по кличке Верди, и шикарный белый рояль, на котором играли Шопена, Шумана и Россини, а в антракте – дуэты, арии, квартеты на стихи Уайльда. Зрители восхищенно внимали, уписывая сэндвичи с маслом, которым, за отсутствием свежих огурцов, намазывали батоны «настоящие» английские слуги. Но главное, что было в спектакле ШДИ — это невероятная легкость действия, в которое вплетались прихотливая словесная вязь и тонкий английский юмор, сквозящий в каждой фразе. Взять хотя бы непреложное высказывание Леди Брэкнелл, что мистеру Бенбери стоит уже определится, жить ему или умереть. Или как, узнав, что ее предполагаемый зять курит, она заявляла: «Каждому мужчине нужно какое-нибудь занятие. И так уж в Лондоне слишком много бездельников». В комедии Уайльда то, что скажут, важнее того, что сделают, подчеркивает режиссер Яцко. Диалоги-поединки, «постоянная конкуренция блестящего парадоксального слова» составляют ее неповторимую прелесть. Потому-то и в новой, тюзовской версии Игорь Владимирович дал текст без купюр. Чтобы не потерять ни слова, ни буквы из уайльдовских острых фраз и парадоксов-«перевертышей».
Модерново-красивые декорации, роскошные наряды светских дам, словно сошедшие с обложек журналов столетней давности (здесь художник — внучка великого Киселева Александра Шерман), живая музыка в исполнении джазового трио филармонии, танцевальные миниатюры от Алексея Кривеги (прелестно танго с тетей Августой или чарльстон с участием шикарной парочки: Дворецкий –Евгений Шикин, Лакей – Роман Мартынчев).
Здесь старые преданные слуги выходят на первый план и приобретают вес, какой они , видимо, имеют в аристократических английских домах. Лакей Лэйн и Дворецкий Мерримен как будто позаимствовали свои интонации у героя Вудхауса – непотопляемого Дживса. Но очень уж симпатично звучит это их всё понимающее, всё примиряющее «Да, сэр!». Слуги резвятся, доедая и допивая за господами, дразняще жонглируют портсигаром Уординга, даже семечки грызут почти в открытую (могли бы вы представить безупречного Дживса за этим предосудительным занятием?!) Мила парочка девически забывчивой мисс Призм (Ольга Кутина) и слегка в нее влюбленного каноника Чезюбла (Александр Федоров), трогателен их танец-выход с зонтиками. Леди Брэкнелл (Татьяна Лукина), с ее непререкаемыми правилами, некомично сурова.Лукина и Кутина – однокурсницы Игоря Яцко по Саратовскому театральному училищу. Режиссер сделал два состава, где талантливые актрисы меняются ролями (что уже интересно).
Длинные чопорные викторианские диалоги, искрящиеся иронией и двойным смыслом, произносить совсем нелегко. Правильную, артикулированную речь еще никто не отменял, даже с микрофоном (истинное бедствие театра XXI века, сводящее на нет все усилия педагогов по сценречи!) Когда слово важнее действия, главная задача — удержать внимание зрителя. Лучше всего это получается у Джона Уординга (Никита Матризаев – ученик Александра Галко). и учеников Юрия Киселева. Порой мешает неоправданный крик героев, в разы усиленный микрофонами. Актеры словно забывают, что они и так технически мощно вооружены.
Искренна Ксения Гецевич в роли своевольной воспитанницы, очаровательна Гвендолен Марии Рычковой. Но слишком уж хотят девушки замуж, иногда перебарщивая и… «заваливая» партнера. Не забудем, что текст написан эстетствующим аристократом Уайльдом, который нигде, даже в комедии с «рискованным» сюжетом, не мог выйти за рамки приличия. «Вы, кажется, слишком легкомысленны!» – с упреком бросает Леди Брэкнелл племяннику, хотя все концы запутанной интриги уже найдены, и влюбленные пары вот-вот воссоединятся .
Финал спектакля сыгран чудесно. Герои в ансамбле, ритмичны, «спеты», дружно поясняя, где был найден искомый саквояж. Буква V, показанная на пальцах, становится символом виктории, одержанной слабыми силами «бенберистов» в борьбе с «железной леди» по имени Брэкнелл. Хорошо бы в таком темпоритме, да с правильной сценречью, весь текст …
Ирина Крайнова