В период правления Горбачева ко мне подходит замполит и спрашивает:
— На сколько процентов ты перестроился за эту неделю?
Оказывается, по каждому офицеру замполит вёл график перестраивания. Я говорю:
— На пятнадцать процентов.
Замполит пришел в ужас:
— Ты что, это очень много, никто в это не поверит.
— Ну тогда пять процентов.
— Это очень мало.
— Ну давай десять процентов.
В итоге разошлись с замполитом довольные друг другом...
Автор Игорь Денисов
Голландец и полковник
Мой двоюродный брат жил в Питере, и когда я приезжал в Питер, я останавливался у него. В один мой приезд к брату нагрянуло много гостей:
кроме меня, ещё племянница жены и ее парень, голландец, который совершенно не говорил и не понимал по-русски.
Вечером за ужином голландец, глядя на меня, спросил у племянницы жены брата:
— Кто это?
В голландской армии нет звания подполковник, а назвать меня майором — значит меня обидеть, и она сказала, что я полковник.
Вероятно, на всю Голландию один генерал и два полковника, поскольку голландец тут же вскочил из-за стола и замер по стойке «смирно».
Утром я пошёл в туалет, передо мной шёл голландец, увидев меня, он замер по стойке «смирно» и пропустил меня без очереди.
Племянница пожаловалась, что они не смогли попасть в Эрмитаж:
поскольку билеты для граждан России стоили дёшево, а для иностранцев в 10 раз дороже…
И на входе в Эрмитаж сразу вычислили голландца по его иностранной роже и по одежде.
Тогда я предложил аферу, которая сработала.
Я поменялся с голландцем одеждой, а в очереди в Эрмитаж вначале стоял я, а за мной стояли племянница с голландцем, переодетым в мою одежду и в солнцезащитных очках.
Я протянул контролерам дешёвый билет для русских и начал говорить по-литовски. И пока мне на разных языках объясняли, что я должен купить билет для иностранцев, а я по-литовски бурно возмущался, племянница со своим «глухонемым» спутником проскочили в Эрмитаж.
При этом племянница что-то говорила голландцу по-русски, а он красноречиво с умным видом кивал.
После того как они проскочили контроль, я, как «опомнившийся Киса Воробьянинов, вспомнивший, что он русский», перешёл на русский язык:
показал свой паспорт, а свой «иностранный язык» я объяснил тем, что думал, что к иностранцам особое отношение, и поэтому я хотел заделаться иностранцем.
"Театралы"
Принято считать людей, которые не только регулярно посещают театр, но и знают определенные традиции театра. Одна из таких традиций:
если на сцену вышел народный артист, то публика встречает его аплодисментами.
Во время обучения в академии [в Питере] я часто ходил в театр. В театре имени Комиссаржевской шел спектакль по произведению Куприна «Яма».
Сцена спектакля была оборудована следующим образом: в центре сцены гостиная, которая была окружена полукруглой стеной, а в стене множество дверей.
По сценарию за этими многочисленными дверями находились комнаты, в которых жили "простихосподи".
В самом начале спектакля из одной двери выходит "простихосподи" и одновременно с ней на сцену выходит народный артист.
В зрительном зале сидел один «театрал», и он, естественно, похлопал в ладоши этому народному артисту.
Вся остальная публика, сидевшая в зрительном зале, вероятно, были люди из других городов, приехавшие в Питер на экскурсию, то есть «неискушенная публика». Вся эта неискушенная зрительская аудитория аплодисменты театрала поняла так:
у "простихосподи" тяжёлая жизнь и поэтому им надо аплодировать.
Естественно, все зрители подхватили аплодисменты театрала.
С этого момента, как только на сцену выходила "простихосподи", которая не была народной артисткой, весь зрительный зал ей аплодировал, но когда на сцену вышел народный артист Ландграф, ему никто не аплодировал, ведь он же не "простихосподи".
"Яма" в ДОФ
В Питере в 90-е годы в Доме Офицеров в полуподвальном помещении устраивали дискотеку.
Те, кто был на этой дискотеке, знают, что эту дискотеку называли «Яма».
У моего товарища и сослуживца Саши была машина «Москвич» грузового варианта, именуемая в народе «каблучек». Рядом с водителем было пассажирское сидение, а в грузовом отсеке не было ни окон, ни дверей, за исключением одной двери сзади.
Саша, его товарищ и две их подруги каждую субботу вначале «принимали на грудь», потом Саша говорил традиционную фразу:
— Детки, одевайтесь по развязней, едем в «Яму».
Впереди садились в машину Саша и его товарищ, а подруги ехали в грузовом отсеке.
В тему: