Картина Ильи Репина «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года» - одно из самых эмоционально сильных и противоречивых полотен в истории русского искусства. Выполненная маслом на холсте размером 199,5 × 254 см, она иллюстрирует драматический и исторически дискуссионный эпизод, а также становится глубоким размышлением о природе власти, насилия и необратимости содеянного.
Об авторе картины.
Илья Ефимович Репин (1844–1930) - один из крупнейших живописцев русского реализма, мастер портрета и исторической картины. Родившийся на Харьковщине в семье военного поселянина, он прошёл путь от иконописной мастерской до Императорской Академии художеств и всемирной
славы. Репин никогда не был бесстрастным наблюдателем и всегда остро реагировал на радости и травмы современности. Именно эта чуткость к общественным событиям и редкое умение переводить эмоцию в живописную форму сделали его летописцем русской жизни во всём её драматизме.
Что же побудило Репина взяться за эту тему?
Замысел полотна родился из личных потрясений художника. В марте 1881 года
бомба народовольца убила императора Александра II, а спустя месяц на глазах
Репина были казнены организаторы покушения. Он вспоминал, что «чувства были переполнены ужасами современности». Так что именно террор, казни,
общественный страх стали эмоциональным фоном для обращения к этой
трагедии.
Другим толчком послужила музыка. Осенью 1881 года в Москве Репин слушал
симфоническую сюиту Николая Римского-Корсакова «Антар» — особенно вторую часть, посвящённую мести. Позже художник говорил, что именно под
воздействием этих звуков перед ним мгновенно возникла сцена с Иваном
Грозным. Летом 1883 года, путешествуя по Европе, он наблюдал корриду. Как
отмечал сам художник, увиденное им там и на выставках современной европейской живописи, где сцены насилия не были редкостью, добавило ему
решимости в работе над «кровавой сценой».
Работа над полотном.
Первый карандашный набросок датируется 1882 годом — на нём лишь общие
очертания двух фигур. Масляный эскиз уже близок к итоговой композиции. На
нём найдены общее композиционное и колористическое решение, схожи
конфигурация пространства, узнаваемы предметы быта: перевёрнутый стул,
ковёр, жезл. Однако есть и отличия: на этюде голова царя отвернута от царевича, глаза опущены, в руке он ещё держит жезл, а в окончательном варианте жезл отброшен к краю холста. Вся сцена на эскизе шокирует, но не вызывает такого ужасающего впечатления, как финальное полотно. Перед продажей И.С. Остроухову в 1899 году Репин доработал эскиз. По словам художника Г.Г. Мясоедова, Репин не допускал создания образов «из головы» и писал подготовительные этюды со знакомых. Для царя Ивана Грозного позировали сам Мясоедов и композитор П.И. Бларамберг. Для царевича Ивана - художник и педагог В.К. Менк и писатель с трагической судьбой В.М. Гаршин. Выбор его в роли сына Ивана Грозного был не случаен. Репин говорил: «В лице Гаршина есть нечто обречённое, словно он предназначен к гибели. Именно это мне и требовалось для царевича». Трагическая интуиция оказалась пророческой, ведь через три года после окончания картины Гаршин покончил с собой. Костюмы для картины автор кроил сам, для Грозного - чёрный, напоминающий подрясник, для царевича - розовый с серебристым переливом, синие бархатные штаны с цветочным узором и сапоги с загнутыми носками, расписанные вручную. Трон, зеркало, кафтан и другие предметы обстановки он зарисовывал в Оружейной палате Кремля осенью 1884 года, проведя там больше месяца. Сам процесс живописи давался тяжело. Художник признавался: «Я писал в слезах, мучился, исправлял написанное, прятал картину в разочаровании, стирал. Но что-то толкало меня обратно к холсту». Завершил он работу в Петербурге в начале 1885 года.
Композиция, сюжет и символика.
В мрачной комнате с ромбовидным узором на стенах находятся две фигуры,
выделяющиеся на фоне полутьмы. Вокруг видны следы борьбы: перевёрнутый
стул, скомканные персидские ковры, окровавленный посох, являющийся орудием убийства. Свет выхватывает персонажей из мрака, придавая сцене почти театральный драматизм. Репин опирался на сведения историка Н.М. Карамзина, заподозрив сына в предательстве, взбешённый царь ударил царевича по голове острым жезлом. Но художник изобразил не кульминационный момент гнева царя, а последовавший за ним самый психологически накалённый момент осознания содеянного. В трактовке Карамзина: «Исчезла ярость Иоаннова. Побледнев от ужаса, в трепете и исступлении он воскликнул: „Я убил сына!“ — и кинулся обнимать, целовать его…»
Отец обнимает и поддерживает сына за пояс, левой ладонью прижимая рану на
виске, но кровь всё равно просачивается между пальцев. Глаза Грозного
расширены, в них животный ужас. Царевич, напротив, спокоен, по его щеке
катится слеза, а слабый жест руки словно пытается утешить отца. Композиционно фигуры противопоставлены: мёртвое тело царевича и пока живой, но духовно омертвевший царь. Костлявые руки, трупная желтизна лица Грозного говорят о его внутренней опустошённости.
Символизм картины раскрывается в противоречии между властью и
человечностью. Иван Грозный, как символ абсолютной власти, оказывается в
момент слабости и отчаяния. Утяжеляет картину и обстановка: красные ковры,
опрокинутое кресло, красноватые стены, создаётся впечатление, что кровь везде. Едва заметна тень свидетеля преступления в дверном проёме. Ещё мгновение, и в покоях появятся люди, чтобы скрыть следы убийства.
Также интересной деталью становится рама на стене. В сумерках покоев её
невозможно разглядеть. Скорее всего, это зеркало, которое не отражает
происходящего, а по древним славянским поверьям, в зеркале не отражается
нежить.
Техника и стиль.
Репин использует реалистическую технику, сочетая элементы романтизма и
реализма, что делает картину особенно выразительной. Колористическое решение построено на нескольких оттенках красного: алая кровь из раны, розоватый кафтан сына, тёмно-красная лужа на ковре. Разнообразие этого оттенка прерывается зелёным цветом сапог царевича и глубоким синим его штанов. Чёрное одеяние Грозного усиливает контраст. Холодный белый свет,
проникающий через узкий проём, смягчает насыщенность палитры и
одновременно нагнетает напряжение. Художники-современники говорили, что в картине Репина натуралистично изображена кровь, даже преувеличенно (в то время велись дискуссии о том, как именно кровь течёт и может ли она течь так, как показано). Автора обвиняли прежде всего в том, что при всей натуралистичности смерти в картине отсутствует катарсис — то просветление через сострадание, о котором писал Аристотель в связи с античной трагедией. Зритель видит ужас, но не получает нравственного разрешения.
Исследователи также отмечали в позе Грозного сходство с жестами персонажей
Рембрандта, в частности, с «Возвращением блудного сына».
Таким образом, тщательная проработка деталей в произведении создаёт эффект
присутствия и погружает зрителя в атмосферу времени. Цветом, светом и
фактурой И. Е. Репин создал трагедию, которая и по сей день пробирает до
мурашек.