Глава 4
Учебный год начался серо и холодно — так, по крайней мере, казалось, Кате. Она стояла у окна просторного, но чужого класса и смотрела, как за стеклом кружатся первые осенние листья. В этом году первый звонок прозвучал для неё не в родной школе, а в городе, где она раньше бывала лишь проездом. Теперь здесь был её новый дом — детский дом на окраине, с высокими окнами, скрипучими полами и запахом свежей краски, который так и не смог перебить ощущение пустоты.
Катя пошла в восьмой класс. Раньше она училась хорошо: твёрдые четвёрки по всем предметам, аккуратные тетради, похвалы учителей. Но сейчас волнение сковывало её с самого утра. Она ловила себя на том, что смотрит на дверь, будто ожидая, что вот-вот войдёт мама и скажет
-Пойдём домой.
Но дома больше не было.
Миша остался в младшем корпусе, и видеться с ним удавалось редко. Правила здесь были строгими: младшие и старшие жили раздельно, общались только в отведённые часы, да и то под присмотром воспитателей. Брат скучал — это было видно по его глазам, когда они встречались на прогулке. Он бежал к ней, хватал за руку и шептал
- Катя, давай убежим? Я не хочу тут оставаться.
Она гладила его по голове и отвечала
-Нельзя, Миш. Мы должны быть сильными.
Однажды после уроков Катя задержалась в классе. Учительница литературы, Ольга Сергеевна, заметила её задумчивость и подошла:
— Катя, что-то случилось? Ты в последнее время какая-то отстранённая.
Катя подняла глаза и вдруг, сама не ожидая от себя, выпалила
— Я просто… скучаю по брату. Его не пускают ко мне, а мне так нужно с ним поговорить, обнять его…
Ольга Сергеевна помолчала, потом села рядом:
— Знаешь, правила есть правила, но я могу поговорить с воспитателями младшего корпуса. Может, получится выделить вам время для встреч чуть чаще. А ещё… у нас в школе есть кружок театрального искусства. Там ребята ставят спектакли. Хочешь попробовать? Это поможет отвлечься.
Катя кивнула. Мысль о том, что она сможет хоть как-то помочь Мише, согрела её изнутри.
На следующий день после занятий она зашла за братом. Миша сидел на скамейке в беседке, сжимая в руках красивую машинку, которую Катя когда-то подарила ему на день рождения. Увидев сестру, он вскочил и бросился к ней:
— Катя!
Она присела на корточки, обняла его и прошептала:
— Миш, у меня есть идея. Давай ты тоже попробуешься в театральный кружок? Мы будем вместе репетировать, а потом сыграем какой‑нибудь спектакль. Представь: ты будешь принцем, а я — твоей сестрой-принцессой!
Миша заулыбался, и в его глазах впервые за долгое время вспыхнул огонёк:
— Правда? А нам разрешат?
— Разрешат, — уверенно сказала Катя. — Мы попросим Ольгу Сергеевну, и всё получится.
Она взяла его за руку, и они пошли вдоль забора, обсуждая, какой спектакль могли бы поставить. Ветер гнал листья им под ноги, но теперь он казался не холодным, а просто осенним — таким, каким и должен быть в начале нового пути.
******
Миша и Катя стали видеться чаще — школа готовилась к Новому году, и им выпало участвовать в постановке «Снежная королева». Для обоих это стало неожиданным поворотом: раньше они лишь кивали друг другу в коридоре, а теперь проводили вместе по несколько часов после уроков.
Миша получил роль Кая. Он поначалу волновался: боялся забыть текст, неправильно передать настроение героя. Но постепенно вживался в образ — особенно когда репетировали сцены с Гердой. Её играла белокурая девочка из его группы: она легко смеялась, энергично жестикулировала и заразительно верила в сказку. Её непосредственность невольно подстёгивала Мишу играть лучше.
Катю загримировали и дали роль бабушки. Худощавая, с тонкими чертами лица, она поначалу сомневалась, что получится передать теплоту и мудрость пожилой женщины. Но грим добавил седины в парик, подрисовали морщинки у глаз, и Катя вдруг почувствовала, как меняется её осанка, походка, интонации. Она ловила себя на том, что начинает говорить чуть медленнее, мягче, с особой интонацией, будто действительно прожила долгую жизнь. Разбойницу играла Лиза - ей эта роль очень шла, она даже не играла, а жила своей жизнью.
Снежной королевой стала старшеклассница — высокая, статная, с холодным, властным взглядом. Когда она появлялась на сцене, даже воздух будто становился морознее. Её величественные жесты и низкий голос завораживали всех, включая Мишу и Катю.
Репетиции шли полным ходом. В актовом зале пахло краской от декораций, скрипели половицы, звенел смех между сценами. Катя ловила себя на том, что на этих репетициях она немного отвлекается и даже забывает о своём горе. На час‑два она переставала думать о родителях, об их доме, который теперь казался таким далёким и нереальным. Вместо этого она погружалась в мир сказки: утешала «внука» Кая, тревожилась за него, когда он подпадать под власть Снежной королевы, и верила, что добро победит.
Но стоило остаться наедине, как память упорно возвращала её к прошлому. Она закрывала глаза и видела гостиную с большим диваном, на котором они все вместе смотрели фильмы по вечерам. Слышала мамин смех, папин голос, обсуждающий планы на выходные. Вспоминала, как мама пекла печенье по субботам, а папа учил её кататься на велосипеде во дворе. Эти образы накатывали внезапно — будто волна, которая подхватывает и уносит далеко от реальности.
Однажды после репетиции Катя задержалась в зале. Все уже разошлись, а она всё сидела на краю сцены, глядя в темноту зала. Миша заметил её и подошёл.
— Ты в порядке? — тихо спросил он.
Катя пожала плечами.
— Просто… иногда так сложно. Хочется забыть, отвлечься, а оно всё равно возвращается.
Миша помолчал, потом сел рядом.
— Знаешь, — сказал он, — когда я играю Кая, мне кажется, что я на самом деле там, в этой сказке. И пусть у него всё непросто, но Герда его не бросает. И бабушка верит, что он вернётся. Может, это глупо, но мне кажется, что если верить и не сдаваться, то всё наладится.
Катя посмотрела на него и впервые за долгое время улыбнулась по‑настоящему.
— Спасибо, — прошептала она.
Миша кивнул и протянул ей руку:
— Пойдём? Завтра новая репетиция. Надо ещё отработать финальную сцену.
Они вышли из зала вместе, и на этот раз тяжесть в душе Кати казалась чуть легче. Возможно, сказка действительно могла помочь — хотя бы немного. Перед тем как расстаться, они обнялись
- Я так люблю тебя, Кать - сказал Миша
- И я тебя, мы ведь вдвоём остались на всём белом свете.
- Да, ты меня никогда не бросишь?
- Ты что? Как тебе могли прийти такие ужасные мысли в голову. Всё будет хорошо.
- Бабушка тоже так говорила, а сама....
Катя поцеловала его в макушку -Давай внучек, до завтра
Мальчик засмеялся - Пока, бабуль!
Продолжение