В прокат выходит драма братьев Кравчуков, поставленная по мотивам романа экс-бизнесмена Андрея Рубанова о злоключениях джентльмена удачи в 90-е. Ужасы СИЗО режиссерам, безусловно, удались, но в остальном авторы фильма заметно подсластили пилюлю исповедальной прозы, считает Алёна Солнцева.
Алёна Солнцева
Кинокритик, театровед, журналист
Хрясь! Удар ногой под ребра, и герой корчится на цементном полу тюремного коридора. А еще недавно он рассекал по Москве на красном мерседесе, богатый и удачливый. Историю молодого авантюриста из 90-х, мутившего серые финансовые схемы под прикрытием подпольного частного банка, показывают Фёдор и Никита Кравчуки — а рассказана она была в 2006-м Андреем Рубановым в автобиографическом романе «Сажайте, и вырастет». Рубанов писал книгу «для себя» и напечатал тираж за свой счет — издатели брать рукопись не хотели. Но критики — которые тогда были еще авторитетны, — заметив необычного героя и исповедальную, в духе Эдуарда Лимонова, интонацию, отметили дебютанта.
Роман попал в шорт-лист радикальной литературной премии «Национальный бестселлер», правда, ее не получил (четырехкратный полуфиналист «Нацбеста», Рубанов добился успеха только в 2019 году с фэнтези «Финист — ясный сокол»). Его оценили за реалистические детали, за смелость и резкость оценок происходящего в стране, за очевидный пессимизм по отношению к устройству мира и личную стойкость персонажа: «У нас — совдеповских бастардов — была надежда, что человек — это звучит гордо. Как только рухнул СССР, выяснилось: нет, не звучит. Я верю, что мы до сих пор оплакиваем крах проекта „улучшенного“ человека», — говорил герой, пытавшийся осознать, как из ребенка, читавшего книги Стругацких, получился он сам, Андрюха-нувориш, уверовавший в силу денег в пустом пространстве насилия и беззакония, сотканного автором как из собственного опыта, так и из клише тогдашних жанровых образцов.
Кто такой Андрей Рубанов
Андрей Рубанов, журналист, бизнесмен, получил срок за неуплату налогов, отсидел с 1996-го по 1998-й в СИЗО, выпущен из зала суда как отбывший срок. В 1999–2000-х работал пресс-секретарем первого заместителя полномочного представителя Правительства РФ в Чеченской Республике Бислана Гантамирова.
С дебютным романом «Сажайте, и вырастет» появился в шорт-листе литературной премии «Национальный бестселлер» в 2006 году. Во второй раз — в 2011-м с «Психоделом». В третий — в 2017-м с романом «Патриот». Получила «Нацбест» книга «Финист — ясный сокол» в 2019 году.
Теперь Рубанов — сценарист, автор сценария в таких фильмах, как «Вратарь Галактики», «София», «Мурка».
Братья Кравчуки — начинающие режиссеры из нового поколения, сыновья Андрея Кравчука — сразу догадались, что целиком перенести роман на экран будет сложно, и пошли по характерному пути российских экранизаций: взяли яркие детали, перетасовали их в другом порядке, изменили начало и финал истории и сделали из горькой исповеди динамичный экшен.
Наибольшим изменениям подвергся характер главного героя, того самого банкира, которого Рубанов мизантропически писал с себя. Извлеченный из своих злоключений урок писатель сформулировал так: «Мы обнаружили, что пороки неискоренимы, что… без насилия, без тяги к разрушению себя и окружающего мира, без водки, азартных игр и так далее мы не можем». В фильме — благодаря обаянию Александра Петрова — герой превратился в изначально честного и верного друзьям человека, который, свернув с пути добродетели, находит силы вновь выйти к правильным ценностям.
У фильма три основные части. В первой на фоне свойственного 90-м цинизма герой демонстрирует готовность обойти собственные принципы ради быстрого обогащения, во второй — основной — части, погружается в ад российской тюрьмы с ее жесткими законами выживания, в третьей — понимает смысл своих злоключений.
Смотреть фильм стоит ради второй части. В ней есть свой самостоятельный и интересный сюжет, более убедительный и сложный, чем в прологе и эпилоге, которые на деле являются скороговоркой рассказанными завязкой и развязкой. Сцены в «Матросской Тишине» действительно заставляют содрогнуться, и как раз они ближе к тексту романа, в котором быт камеры, где сутки за сутками в смраде и духоте вплотную друг к другу стоят 137 человек, описан с большой внимательностью к деталям. Братьям Кравчукам удалось снять этот быт, но в то же время не потерять героя, его ужас и желание не только выстоять, приспособиться, выжить, но и сохранить самоуважение. Подтянув в приключенческий фильм почти реалистическую обстановку, авторы смогли создать кинематографически интересную, даже живописную картинку отвратительного места (отличная работа оператора Семёна Кретова).
Братья Кравчуки рассказывают, что для создания сцен тюремного периода им пришлось изучить много материала и построить декорации в павильоне, поскольку в реальных тюрьмах снимать нельзя, да и изменилось многое за двадцать с лишним лет. В российских фильмах и сериалах тюрьма довольно часто является одной из локаций, но редко когда она становится центральным местом действия (чаще события разворачиваются на зоне, в колонии), и еще реже тюрьма рассматривается с точки зрения заключенного. Этим материалом для молодых режиссеров стали, помимо романа Рубанова, мемуары и худлит; они честно признаются, что читали всё, что смогли найти, — от Шаламова до «Графа Монте-Кристо». В результате образ российской тюрьмы получился впечатляющим, но довольно традиционным; иногда кажется, что основным визуальным референсом тут послужила известная сцена из фильма «Джентльмены удачи», конечно, сильно драматизированная.
Временная дистанция — речь в картине идет о прошлом, о «лихих 90-х», в которых по общему консенсусу «чего только не случалось», — позволяет усилить эффект: тюрьма в фильме является царством тотального ужаса, где нет места гуманности, законам права, но есть вынужденное взаимодействие, позволяющее создать тяжелый и душный социум. Тысячи узников, лишенных человеческих условий, сопротивляются тюремным порядкам, обходя запреты с упорством пробивающегося сквозь асфальт ростка. Герой оказывается безоружен перед жесткими законами криминального общежития, построенного на подавлении слабых, но, как Робинзон, выброшенный на необитаемый остров, вынужден их постигать ради выживания. По счастливой случайности ему в тюрьме попадается молодой, но относительно справедливый смотрящий Слава (которого играет рэпер Хаски), своего рода Пятница, с помощью которого Андрею удается уберечь свою личность от деградации.
Впрочем, последняя сцена тюремной части призвана лишить иллюзии, что в тюрьме можно сохранить внутреннюю свободу и независимость, — логика пропитанного страхом сообщества искореженных людей приводит только к насилию. Тюрьма проникает в поры и поражает сознание всех узников — этот вывод автора романа в фильме проговаривается словами. Но действие противоречит этому выводу. Герой в финале показан перерожденным и помудревшим. Таков нынешний тренд — любой ценой привести события к хеппи-энду, оптимизировав все проблемы, создав иллюзию возрождения.
Когда вышла книга Рубанова, литературный критик Лев Данилкин, очень одобрительно о ней отозвавшийся, написал: «За рубановской историей стоит классический сюжет — как под давлением обстоятельств графит превращается в алмаз: кристаллическая решетка личности уплотняется у нас на глазах». Герой фильма «Коммерсант», на первый взгляд, тоже тверд, но скорее как кубик рафинада: достаточно малой толики сентиментальной влаги, чтобы он расплылся сахарной лужицей. И сладость эта мила и обаятельна.
Купите билеты на этот фильм на Кинопоискеatomic:embed 0
Вернем до 30% баллами Плюса за покупку билетов с Яндекс Пэй. Акция до 31.12.26, условия.