Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
ПсихоЛогика

«У меня всё хорошо в сексе

Но что-то внутри не даёт покоя» С этих слов началась наша сессия. Молодая девушка. Головой она понимала, что всё нормально. Но внутри жужжала мысль, которую невозможно было игнорировать. Что-то было не так. И это «что-то» подталкивало её разобраться. Она решила прислушаться к себе. И пришла. Когда мы начали заглядывать в её первый сексуальный опыт — оказалось, что он вытеснен из памяти. Почти ничего не вспоминалось. Пришлось создавать состояние безопасности и маленькими шажочками, очень бережно пробираться туда. А воспоминания оказались болезненными. Мы начали с простого. Она вспомнила, как в подростковом возрасте спрашивала у матери: «Что такое секс?» Мать ответила: «Это любовь». Но что за любовь? Какая она? Подросток не понимал. Внутри росло любопытство, гуляли гормоны, поднималось лёгкое манящее возбуждение. Хотелось исследовать. Понять этот процесс. И в какой-то момент нашёлся тот самый человек. С которым, как ей казалось, можно было безопасно исследовать тему секса. Два п

«У меня всё хорошо в сексе. Но что-то внутри не даёт покоя»

С этих слов началась наша сессия.

Молодая девушка. Головой она понимала, что всё нормально. Но внутри жужжала мысль, которую невозможно было игнорировать. Что-то было не так. И это «что-то» подталкивало её разобраться.

Она решила прислушаться к себе. И пришла.

Когда мы начали заглядывать в её первый сексуальный опыт — оказалось, что он вытеснен из памяти. Почти ничего не вспоминалось. Пришлось создавать состояние безопасности и маленькими шажочками, очень бережно пробираться туда.

А воспоминания оказались болезненными.

Мы начали с простого. Она вспомнила, как в подростковом возрасте спрашивала у матери: «Что такое секс?» Мать ответила: «Это любовь».

Но что за любовь? Какая она? Подросток не понимал. Внутри росло любопытство, гуляли гормоны, поднималось лёгкое манящее возбуждение. Хотелось исследовать. Понять этот процесс.

И в какой-то момент нашёлся тот самый человек. С которым, как ей казалось, можно было безопасно исследовать тему секса.

Два подростка без опыта. Какие из них исследователи?

В процессе девушка испытала боль. И тут же поднялись страх и стыд. Захотелось встать и уйти. Закончить всё это. Но она побоялась обидеть партнёра.

И она просто замерла. Чтобы пережить этот процесс.

А внутри — отвращение.

И тут же начали складываться пазлы.

Почему, когда мужчина её хочет, у неё поднимается отвращение? Почему она начинает его отталкивать или впадает в истерику? Даже если мужчина ей очень нравится — реакция тела происходит автоматически.

В секс она может пойти, только когда физиология доходит до уровня «сорвало крышу».

Мы пошли дальше. К принятым решениям.

Я спросила: «Что ты подумала о себе в тот момент?»

— Я дно. Я натворила что-то очень страшное. И я не могу это остановить.

«Какое решение ты приняла в этот момент?»

— Я совершила огромную ошибку. И не буду этим заниматься. Я не хочу, чтобы до меня дотрагивались. Мне больно.

«Что ты подумала о мужчине?»

— Он убогий. Он всё подстроил. Я в ловушке.

«Что для тебя стал секс?»

— Секс — это пытка.

И самое мощное решение, которое она приняла в конце того процесса:

— Я не девственница. И меня не возьмут замуж.

После того как мы разобрали этот опыт, мы начали анализировать её сексуальные отношения с мужчинами.

Она максимально избегает секса. Пока не срывает крышу — пока физиология не бунтует. Как только она чувствует желание мужчины — поднимается отвращение. И её несёт: то в истерики, то в избегание, то в отталкивание.

Сам процесс секса удовольствия не приносит. Она просто терпит. Чтобы мужчина её не отверг, не оттолкнул, не бросил.

У неё есть ребёнок. Но замуж мужчина так и не позвал. Хотя периодически крутится рядом.

А ещё она пытается сделать всё, чтобы понравившийся мужчина от неё ушёл. Отказался. Потому что в отношениях придётся заниматься сексом. А для неё это — пытка.

Сессия началась со слов: «У меня всё хорошо в сексе, но что-то внутри не даёт покоя».

А не давало покоя — враньё самой себе. Иллюзия, которую она себе придумала. Но что-то внутри говорило: это неправда.

Дальше мы уже пошли работать не с иллюзией. А с неприятной, но реальной историей.

Которая, к счастью, может быть переписана.