Заведующая сектором археологии Нижегородского музея-заповедника Анастасия Швецова рассказала в интервью NewsNN, где будут вестись раскопки в 2026 году, а также какие ценные находки уже удалось обнаружить и какие важные для науки открытия сделать.
— Как археологи находят места, где нужно вести раскопки: сверяются со старыми документами, опрашивают население или ищут какие-то признаки на местности?
— Бывают разные сценарии начала полевых работ. Основных — три. Первый — это научно-исследовательская работа, когда главной целью является получение новых сведений о нашем прошлом. Такая работа начинается с кабинета: изучаются работы предшественников, письменные источники, если они имеются, проводится изучение топографических карт.
Если специалист планирует археологическую разведку с целью обнаружения новых памятников археологии, то он заранее намечает ее маршрут с посещением мест наиболее перспективных для проживания и ведения хозяйства. В ходе разведочных маршрутов как раз часто опрашивают местных жителей: находили ли они предметы старины, какие и где, существуют ли местные легенды?
Второй сценарий — это так называемые охранные полевые работы на участках, где планируется строительство, которое приведет к разрушению памятника археологии. В этом случае специалист действует в рамках уже существующего проекта — изучает ту часть памятника, которая будет уничтожена.
И третий сценарий — когда археолог выезжает на место, где побывали кладоискатели или грабители. Здесь важнее всего оценить масштаб разрушений, определить, существует ли на этом месте памятник археологии, если да — то провести его первичную фиксацию, атрибутировать и поставить на государственную охрану.
— Как долго можно проводить раскопки в условиях погоды средней полосы?
— В настоящее время археологические исследования могут быть круглогодичными, но к работам в холодное время прибегают только при сильной необходимости. В этом случае над раскопом сооружают павильон с искусственным освещением, который прогревают изнутри.
Чаще всего полевые работы ограничиваются теплым временем года: грунт должен быть мягким, не мерзлым, световой день — продолжительным, температура — комфортной. В основном это период с мая по сентябрь.
— Что вы изучаете сейчас?
— Экспедиция Нижегородского музея-заповедника последние пять лет занимается изучением финно-угорского племени мурома, проживавшего на территории Окского правобережья в VII–XI веках — до прихода сюда славянского населения. Это коренные жители юго-западных районов нашей области, которым, к сожалению, было суждено остаться в истории. Более мощное в политическом и культурном плане Древнерусское государство вобрало в себя земли муромы, и постепенно их культура угасла, утратив свою самобытность.
Мы работаем совместно со специалистами Института археологии РАН, проводим раскопки древнего некрополя в Вачском округе Нижегородской области.
— Какой была ваша самая интересная находка?
— Для археолога каждая находка интересна по-своему. Если говорить о прошлом сезоне, то меня больше всего удивили вырезанные из кости фигурки мифических животных, которые были на тонких шнурках привязаны к женскому шейному украшению. Это так называемые уткокони — животные с туловищем утки и головой коня. Многие из них украшены тонким орнаментом.
Увидеть эти и другие находки нашей экспедиции можно на выставке «Мурома: когда молчат летописи» (6+) в Никольской башне нижегородского кремля.
— В чем особенности археологии в Нижегородской области?
— Все мы прекрасно знаем, какими событиями исторического прошлого знаменита нижегородская земля. Но при этом часто забываем, что дописьменный период истории человечества намного длиннее письменного, а информации о нем нам известно в разы меньше. Археологи как раз и занимаются тем, что восстанавливают вехи истории, которые не нашли отражения в записях современников.
И здесь на территории Нижегородской области есть, что изучать: стоянки каменного века, поселения и могильники эпохи бронзы, городища раннего железного века, археологические памятники финно-угорского и славянского населения.
— Что важного для науки вы обнаружили за последние годы? О чем свидетельствуют эти находки?
— Тут нужно оговориться, что результаты археологических исследований измеряются не числом и уникальностью находок, а совокупностью самых разных признаков, которое далеко не всегда можно взять в руки и увидеть невооруженным взглядом. Остатки деревянных конструкций или каменного фундамента, фрагменты сгоревшей древесины, кости животных, семена растений или пыльца.
Но и здесь важен не сам факт обнаружения, а совокупность артефактов и экофактов, их расположение в стратиграфических слоях или остатках каких-то древних объектов. Только все это вместе позволяет археологам реконструировать жизнь человека в прошлом, например, восстановить планировку древнего поселения, определить места, где человек жил и работал, где располагались мастерские и что там изготавливали.
Если говорить об изучении муромы, то самое главное, что удалось установить работами экспедиции, — судьба племен после прихода на их земли славян. Представители муромы не исчезли в одночасье с занимаемых ими территорий в X веке, как это считалось ранее, а вступили в контакт с древнерусским населением. Мы видим, как меняется на протяжении столетий традиционный женский костюм — в нем все большее место занимают славянские украшения, постепенно замещая муромские.
Мурома не была завоевана, не переселилась на новые земли, она стала жить вместе со славянами.
— Что вы собираетесь искать летом 2026 года? Где будут вестись раскопки?
— Этим летом мы продолжим раскопки могильника муромы вблизи села Чулково в Вачском округе. Нам предстоит доисследовать территорию могильника.
— Что может находиться под Нижним Новгородом? Есть ли у археологов какие-то предположения на этот счет?
— С точки зрения археологии, на территории центральной части города фиксируются культурные слои, начиная с XIII века, что соответствует дате основания Нижнего Новгорода. Далее мы видим более поздние напластования, показывающие, как территория расширялась и перестраивалась.
Конечно, если мы рассматриваем территорию в границах современного города, а это очень обширная область, то здесь известны и стоянки каменного века и места поселений эпохи бронзы, раннего железного века, древнерусские селища и более поздние сельские поселения.
— Как вы думаете, правда ли, что под Нижним Новгородом существует целая система подземных тоннелей и тайных ходов между домами?
— Никаких археологических доказательств этому в настоящее время нет, а все остальное — домыслы, фантазии и городские легенды.
— Какой город Нижегородской области наиболее интересен, с точки зрения археологии?
— Все зависит от задач исследования. Каждый археологический памятник, и город в том числе, несет информацию о прошлом. Это уникальный элемент большой картины, которая складывается в конечном итоге в историю народа.
Поэтому нельзя говорить, что один город для исследования интереснее другого. Например, для изучения Древнерусского периода важен Городец и его округа, для периода Ордынского владычества — Нижний Новгород, для истории Московского государства — Арзамас и Балахна.
— Сталкивались ли вы с черными копателями?
— Да, мы периодически сталкиваемся с черными копателями. Чаще всего в виде поступающих в музей сообщений от местных жителей о том, что они видели людей с металлоискателями и оставшиеся после них ямы. Кроме того, каждый год, возвращаясь на исследуемый нами муромский могильник, мы находим свежие углубления, вырытые грабителями.
Напомню, что в Уголовном кодексе РФ есть статья 243.2, которая предусматривает ответственность за незаконные поиск и изъятие археологических предметов из мест залегания. Она подразумевает наказание в том числе и в виде лишения свободы на срок до шести лет.
— Существует ли «черный рынок» исторических артефактов в Нижегородской области?
— К сожалению, да. Убедиться в этом можно, посетив один из сайтов интернет-аукционов и введя соответствующий запрос. Это общемировая проблема.
— Часто ли бывает, что строители или простые люди ненароком разрушают объект, который могли бы изучить археологи?
— Такое может произойти по незнанию, но, как правило, в какой-то момент становится известным. И тогда подключаются археологи и правоохранительные органы. Существующее законодательство защищает от разрушения как известные памятники археологии, так и потенциально возможные.
Любое вмешательство в земельные напластования предваряет проведение историко-культурной экспертизы, которая предусматривает обеспечение сохранности объекта культурного наследия, находящегося на участке освоения. Это означает, что перед строителями на место придут археологи.
— Может ли простой обыватель случайно обнаружить что-то ценное? Что делать с такими находками?
— Да, конечно, древний артефакт может найти любой из нас, это дело случая. Нередко бывает, например, что место древнего поселения или некрополя, находящегося у реки, размывается водой. Тогда находки можно обнаружить на берегу. Бывает, что они оказываются на распаханном поле или приусадебном участке.
Свои находки лучше всего показать специалисту из местного музея, описав обстоятельства обнаружения и указав место обнаружения. Вполне вероятно, что вы окажетесь первооткрывателем нового памятника археологии, а ваш артефакт займет место в выставочной витрине.