На первый взгляд, судебная тяжба жителя Шурышкарского района, которого обязали выплатить 2,3 миллиона рублей за металлолом, не вызвала бы интереса у широкой аудитории. Однако детали этой истории заставляют усомниться в справедливости судебной системы: ржавые останки барж и теплоходов, которые мужчина складировал на своей земле, были частью официальной экологической акции. Этот хлам вывезли с берегов реки Малая Обь по заказу местных властей, оплатив работы из бюджета.
«Абсурд» по-шурышкарски: позиция ответчика
Виктор Бондаренко, бывший предприниматель из села Мужи, называет происходящее трагикомедией и намерен предать ситуацию широкой огласке. По его убеждению, в действиях властей отсутствует логика: десятилетиями проржавевшие баржи, проволока и обломки судов мирно лежали в прибрежной зоне, не причиняя, как он считает, вреда природе.
«Я помог организовать расчистку берега, — объясняет Бондаренко. — Как только этот хлам перекочевал ко мне на участок для временного хранения (потому что больше складывать было негде), он вдруг волшебным образом превратился в источник загрязнения почвы».
Суть финансового конфликта
В 2023 году администрация заключила госконтракт с местным жителем Владимиром Пуховым на очистку побережья Малой Оби. Стоимость работ составила 590 тысяч рублей. Согласно документации, подрядчик получал право распоряжаться отходами по своему усмотрению. Поскольку в селах Мужи и Восяхово нет специально оборудованных полигонов для приема такого мусора, Пухов договорился со знакомым Бондаренко разместить фрагменты старых судов на его частной территории.
Планы на переработку и обещания чиновников
Виктор владеет небольшой площадкой с бетонными плитами, сварочным оборудованием и спецтехникой. Изначально он выдвинул условие: необходимо устное согласование с администрацией. По словам сельчанина, представители муниципалитета дали «зеленый свет» на организацию временного склада металла. Позднее в суде чиновники от этих слов отказались.
Бондаренко и Пухов планировали пустить вторсырье в дело: изготовить септики, урны и другие полезные предметы. Процесс уборки занял три месяца, к работе привлекали односельчан. Однако спустя несколько месяцев те же самые чиновники явились к Бондаренко с претензией об организации несанкционированной свалки.
Хроника давления и проверок
Весь 2024 год представители муниципалитета требовали вывезти лом. Бондаренко возражал: утиль ждала вторичная переработка, а отправить его за пределы района можно было только зимой по сезонной дороге. В 2025 году администрация обратилась в суд с требованием убрать мусор в двухнедельный срок.
Параллельно информация о захламлении участка ушла в Росприроднадзор. Бондаренко утверждает, что к лету 2025 года основную часть материала удалось вывезти и сдать на утилизацию, после чего районные чиновники отозвали свои претензии. Но федеральные экологи продолжили атаку.
Методика расчета ущерба под вопросом
Представители ведомства прибыли на место, сделали замеры и забрали пробы. При этом, как отмечает Бондаренко, пробы почвы никто не брал — специалисты ограничились сбором поверхностного мусора (перчатки, бутылка из-под масла, пачка сигарет). Судья не принял во внимание аргумент защиты о том, что металл лежал на бетонных плитах, а не на голой земле.
Более того, Бондаренко заявляет о подлоге: по данным GPS, экологи измеряли территорию за пределами его участка, в лесном массиве. По мнению ответчика, это было сделано намеренно, чтобы искусственно увеличить площадь «загрязнения». Тем не менее суд встал на сторону Росприроднадзора, постановив взыскать с жителя Мужей 2,3 млн рублей в качестве компенсации вреда экологии.
Официальная версия муниципалитета
В ответ на запрос СМИ в администрации Шурышкарского района пояснили, что подрядчик Пухов обязан был самостоятельно решить вопрос со складированием. Чиновники отрицают наличие каких-либо договоренностей с Бондаренко. При этом в мэрии признают: специальных площадок для хранения металлолома в районе действительно нет. Вся ответственность за утилизацию или переработку ложилась на исполнителя контракта, который стал собственником отходов.
Также в администрации утверждают, что Бондаренко нарушил правила временного хранения: занял соседний надел, не обеспечил твердое покрытие по всей площади и не укрыл металл тентом. Сам факт передачи информации в Росприроднадзор в мэрии подтверждают, называя это своей обязанностью.
Апелляция и риторический вопрос
Виктор Бондаренко готовит апелляционную жалобу. Он настаивает на несправедливости решения: десятилетиями этот металл лежал на открытом берегу в воде и песке без всяких навесов, но штрафов за это не было. «Если бы я сам был источником отходов — вопросов нет, — рассуждает мужчина. — Но реальный вред природе наносят те, кто сливает септики в тундру или организует дикие свалки».
Финальным аккордом абсурда, по мнению Бондаренко, стало заявление представителей Росприроднадзора в суде: взысканная сумма пойдет в бюджет муниципалитета. «Выходит, казну пополняют за счет таких пенсионеров, как я?» — задает риторический вопрос ответчик, надеясь переломить ход дела в вышестоящей инстанции