Владимир Путин подписал указ: отныне Академия ФСБ официально носит имя Феликса Эдмундовича Дзержинского. Документ выложен на портале правовых актов. В обосновании — вклад учебного заведения в подготовку кадров и личные заслуги самого Дзержинского перед государственной безопасностью.
А мы вот припоминаем не столь давний эпизод. Когда Служба внешней разведки водрузила у себя во дворе памятник Железному Феликсу, один наш «правый» товарищ, единоросс и весьма крупная шишка (сам из семьи советского генерала — совпадение? не думаем) тиснул возмущённую колонку. Суть претензии: в СВР, дескать, поставили Дзержинского и тем самым «плюнули на три столетия истории русского сыска». Обидно ему стало за Тайный приказ и жандармов.
Очень хочется узнать, рискнёт ли он сегодня ляпнуть нечто похожее. Что-нибудь в духе: «Президент тоже запамятовал про триста лет славных традиций». Давай, коллега, смелее! У вас ведь «принципы». Покажите им всем, где раки зимуют. Или всё же погодите?
И напоследок — фрагмент из письма, которое 24-летний Дзержинский отправил сестре Альдоне после знакомства с Евангелием. Он тогда уже считал себя социалистом. От этих строк Феликс Эдмундович не открещивался до конца жизни.
«Сегодня для меня нет ничего выше Евангелия Христова... Его единственная заповедь — деятельная любовь. Вера без дел — пустой звук. Ближним своим я почитаю всякого человека: будь то поляк, литовец, русский, еврей, немец, француз, турок, татарин, негр, индеец, китаец, папуас — без разницы».
Такой вот парадоксальный «Железный Феликс». Для одних — неудобная фигура, для других — загадка. А табличка с его именем снова красуется на главной чекистской альма-матер.
💬 А вы как относитесь к возвращению имени Дзержинского на фасад академии? И что думаете о его юношеском письме — удивились? Пишите в комментариях, обсудим.