Иногда достаточно одной трагедии, слухов и страха, чтобы обычную игру объявили угрозой для целого поколения. Именно это произошло с Dungeons & Dragons в Америке 1980-х. Игра про фантазию, героев и подземелья вдруг стала символом сатанизма, психических срывов и подростковых смертей.
Тревога началась не на пустом месте. В 1979 году исчез студент Джеймс Даллас Эгберт III. В прессе быстро появилась версия, что он якобы «заигрался» в D&D и ушел в университетские тоннели разыгрывать фантазии из игры. Эта история выглядела пугающе и идеально подходила для заголовков. Позже выяснилось, что у Эгберта были серьезные личные проблемы, которые спровоцировали трагедию, но для публики связь уже сложилась: D&D начали воспринимать как опасную вещь.
Настоящую волну паники подняла трагедия Патриции Пуллинг. В 1982 году ее 16-летний сын Ирвинг Ли Пуллинг покончил с собой. Незадолго до этого во время партии в D&D его персонажа «прокляли». Для матери это стало ключом к трагедии. Она решила, что игра стерла у подростка границу между вымыслом и реальностью, а эмоциональный удар в игре стал частью реального кризиса.
В 1983 году она создала организацию BADD — Bothered About Dungeons & Dragons. Организация собирала истории о самоубийствах, исчезновениях и насилии, где рядом упоминалась D&D, и подавала это как доказательство опасности игры. Пуллинг выступала в школах, церквях и на телевидении. Особый страх вызывали демоны, магия и заклинания: для многих это было уже не фэнтези, а «сатанизм под видом развлечения».
Большинство этих связей не выдерживали проверки. Позже исследования не нашли убедительных доказательств, что D&D вызывает суицид или насилие. За громкими историями чаще стояли депрессия, семейные кризисы и психические трудности, которые общество не хотело разбирать слишком глубоко.
Но паника успела сделать свое дело. Игру запрещали, боялись, обсуждали в ток-шоу и церковных проповедях. D&D стала символом угрозы, которой на самом деле не была.
История BADD показывает, как общество в моменты тревоги ищет не настоящую причину, а удобного виноватого.