За счёт чего вооружённым силам (ВС) США удаётся осуществлять захват господства в воздухе?
Например, можно предположить, что США грамотно выбирают себе противников и способны захватить господство в воздухе только над теми странами, которые не обладают современными вооружёнными силами, в частности, боевой авиацией и средствами противовоздушной обороны (ПВО).
Это очень удобный ответ — дескать просто нам достаются сильные противники типа Украины или Грузии, вот были «бармалеи» в Сирии — было и господство в воздухе, так что и делать ничего не надо — всё у нас и так хорошо.
Но, правдив ли такой ответ?
Возможно, что способность военно-воздушных сил (ВВС) США, совместно с авиацией военно-морских сил (ВМС) США, захватывать господство в воздухе кроется не в слабости их противников, а в чём-то ином?
Попробуем рассмотреть этот вопрос поподробнее.
Учитывая, что задача это непростая, мы разобьём её на три части, выделив, соответственно:
- вскрытие;
- подавление и поражение;
- поддержка и обеспечение.
Средства ПВО – это цели, которые необходимо подавить, а затем и уничтожить.
Для того, чтобы цели уничтожить – необходимо их обнаружить, то есть вскрыть их местоположение.
Спутниковая разведка
Имея огромный массив разведданных от спутников оптической, радиолокационной и радиотехнической разведки, ВС США могут заранее, задолго до начала атаки, находить позиции зенитных ракетных комплексов (ЗРК), определять периоды их работы и технического обслуживания, диаграмму направленности и сектора работы радиолокационных станций (РЛС), места отдыха экипажей и многое другое.
Кто-то может сказать, что в наше время большинство ЗРК являются мобильными и могут оперативно менять свою позицию — от единиц минут для комплексов малой дальности, до получаса-часа для ЗРК большой дальности?
Да, это так, но, будем реалистами, как часто это происходит, особенно до момента начала боевых действий?
Это ведь только кажется просто — свернулись, отъехали, развернулись, а по факту это целый комплекс мероприятий, да и привязка к прикрываемому объекту играет роль, так что зачастую мобильные ЗРК фактически становятся квазистационарными, кроме того, если их местоположение уточняется с орбиты несколько раз в сутки, то изменение местоположения на пару километров никакой роли не играет.
Недостаточно разведывательных спутников или разрешение их средств разведки слишком низкое — и значительная часть позиций ЗРК будет упущена, или не будут распознаны ложные цели, а это значит, что эффективность первого — самого важного удара значительно снизится.
Самолёты РТР
Самолёты радиотехнической разведки (РТР), например, F-18G Growler — эти машины и их аналоги предназначены для того, чтобы (в части РТР) осуществлять обнаружение любых источников электромагнитных сигналов, соответственно, любая РЛС, которую не уничтожили по данным спутниковой разведки, в минимальное время обнаруживается, классифицируется и уничтожается.
Нельзя просто подвесить контейнер РТР под истребитель-бомбардировщик, пусть даже и двухместный, и думать, что он решит все задачи специализированного самолёта РТР, поскольку анализ электромагнитных сигналов — это сложная задача, и наивно думать, что с ней справится обычный штурман. В США на борту каждого F-18G Growler имеется квалифицированный специалист, который именно для решения этих задач и обучается.
Нет высокоэффективных самолётов РТР с грамотными операторами — это значит, что РЛС ЗРК не будут своевременно запеленгованы, особенно если противник включает их на короткий период времени, а это значит, что ЗРК, работающие в засадном режиме, смогут уйти от возмездия и нанести новый удар.
Самолёты ДРЛОиУ
Самолёты дальнего радиолокационного обнаружения и управления (ДРЛОиУ) — это ещё один важный элемент паззла. Они осуществляют обнаружение любых воздушных целей в радиусе досягаемости и наведение на них соответствующих вооружений.
Соответственно, массовое применение самолётов ДРЛОиУ, с ротацией для обеспечения круглосуточного наблюдения, не только не позволяет сколь либо эффективно работать авиации противника, но и засекать точки запуска зенитных управляемых ракет (ЗУР), что может быть крайне полезно в том случае, если ЗРК работает в пассивном режиме, с обнаружением целей с помощью оптико-электронных станций (ОЭС), без использования РЛС.
Стоит также отметить, что самолёты ДРЛОиУ вносят важную лепту в перехват низколетящих целей — в ходе конфликта между США/Израилем и Ираном скорее всего именно они наводили боевые вертолёты АН-64 Apache и штурмовики А-10 Thunderbolt II на иранские БПЛА-камикадзе типа «Shahed».
Если нет самолётов ДРЛОиУ, или их слишком мало, так что они не могут обеспечить постоянный контроль территории на основе ротации, или их РЛС неэффективны, то противник сможет осуществлять полёты своей боевой авиации на предельно малых высотах, а ЗРК, работающие в засадном режиме, и использующие только пассивные средства обнаружения и сопровождения целей, например, многоспектральные ОЭС, смогут наносить болезненные уколы, после чего перемещаться и маскироваться для нанесения следующего удара.
Высотные и средневысотные БПЛА
Дополняют разведывательную картину высотные и средневысотные БПЛА. На удалении, для минимизации рисков, работают высотные разведывательные БПЛА RQ-4 Global Hawk — даже не заходя в воздушное пространство противника они могут «видеть» на сотни километров вглубь его территории.
Им на смену должны прийти новые разведывательные БПЛА RQ-180 «Белая летучая мышь», которые, предположительно, смогут работать и над территорией противника, в условиях действующие ПВО, за счёт реализации экстремальной малозаметности — по некоторым сведениям эти машины уже испытываются в небе Ирана.
Средневысотные БПЛА MQ-9 Reaper осуществляют поиск и распознавание целей — в Иране американцы потеряли около двух десятков этих машин (а, по некоторым сведениям, и больше), однако, судя по всему, ВС США относятся к этим машинам, как к «расходникам».
Наверное, могут себе позволить, в конечном итоге, если БПЛА МО-9 Reaper внесли (и вносят) весомый вклад в захват господства в воздухе, за счёт оперативного обнаружения и распознавания наземных средств ПВО, то это не такая уж и большая жертва. Кроме того, средневысотные БПЛА могут осуществлять не только обнаружение, но и поражение целей, что сводит время реакции разведывательно-ударного контура к минимуму.
Многие сейчас «приговорили» средневысотные БПЛА из-за их потерь на Украине и в Иране, но, вопрос в том, что эти БПЛА успели сделать и какой ущерб нанесли противнику до того, как их сбили — если они выследили хотя бы один ЗРК или пусковую установку оперативно-тактического ракетного комплекта (OTPK), то их потеря не напрасна.
Также, судя по всему, на территории Ирана активно работает агентура, в первую очередь израильская, так что многие позиции ЗРК скорее всего были «слиты» благодаря предательству или разгильдяйству.
После того, как цели вскрыты, необходимо перейти к их подавлению и поражению, но, об этом мы поговорим в следующем материале.