Маня была актрисой молодой, перспективной и малооплачиваемой. Семья верила в ее звезду, но чтобы быть сытым, веры было недостаточно. Вера — это, знаете ли, не котлета, ею не накормишь. Маньке приходилось крутиться. Утром — тренером на пилоне, днем — Мухой-Цокотухой для маленьких зрителей в театре, вечером — стервой в антрепризном спектакле. С таким графиком время на перекус выпадало только в тот момент, когда Маня доставала «Тройку» для оплаты проезда в метро или проверяла ноль на балансе. В принципе, она особенно и не страдала: времени не было, пожрать — тоже. С женихами было так же перспективно, как с деньгами. Кавалеры водились, но крайне малобюджетные. Ни в тарелочницы к такими не податься, ни замуж не выйти. Что с ними делать было непонятно, поэтому оставался вариант дружить до лучших времен. Маня не любила красивых мужчин. Не потому что считала, что в паре павлин с красивым хвостом — это она, а потому что ей нравился типаж типа «два дня полежавший после срока годности» или «чуть