Что такого мог сказать Жуков, что его интервью спрятали на 44 года?
Ответ — в нескольких фразах, которые полностью меняют привычное представление о битве за Москву.
В 1966 году, к 25-летию битвы за Москву, Константин Симонов записал большое интервью с Георгием Жуковым. Казалось бы — событие масштабное, Маршал Победы, ключевая фигура войны, прямой разговор о самых тяжёлых днях 1941 года. Но советские зрители этого интервью так и не увидели. Более того — было принято решение уничтожить плёнку. Почему?
Эту статью я решил написать к важной дате — уже завтра исполнится 130 лет со дня рождения выдающегося маршала. В этом году этой дате уделено особое внимание: ей посвящён «Диктант Победы» — акция Единой России, которая пройдёт уже в восьмой раз. Она приурочена к юбилею Маршала Победы Георгия Жукова, охватит около 36 тысяч площадок по всей стране и состоится более чем в 75 государствах. Задания будут переведены на 10 языков.
Если вы читали «Воспоминания и размышления» Жукова, то наверняка сможете ответить на многие вопросы, связанные с ним и с событиями 1941 года. Он подробно писал и о начале войны, и о боях под Москвой. Но даже в своих мемуарах он рассказал далеко не всё.
История получила неожиданное продолжение спустя десятилетия. По словам Владимира Познера, запись сохранил его отец. И только в 2010 году, накануне 9 мая, это интервью впервые показали по телевидению. Почти через полвека после съёмки. Возникает закономерный вопрос: что же такого сказал Жуков, что это решили скрыть?
Первый момент касается самой острой темы — обороны Москвы. В интервью маршал прямо признал: в октябре 1941 года ситуация была критической. По его словам, судьба столицы буквально висела на волоске, и исход мог быть любым. Самым опасным периодом он назвал дни с 6 по 13 октября. Именно тогда, по его оценке, Можайская линия обороны не могла считаться надёжной преградой.
Жуков говорил об этом без обиняков. На линии находились небольшие силы, которые вряд ли смогли бы остановить противника, если бы он решился на решающий бросок. Фактически маршал признавал: путь к Москве в тот момент был открыт.
И вот здесь появляется важная деталь, о которой редко говорят. Спасение столицы во многом обеспечили части, оказавшиеся в окружении западнее Вязьмы. Они сковали значительные силы противника, выиграли время и дали возможность укрепить оборону.
Историческая справка: Вяземское сражение стало одним из самых тяжёлых эпизодов начала войны — в окружение попали крупные силы Красной армии, но их сопротивление сыграло важную роль в обороне Москвы.
Но на этом откровения не закончились.
Жуков затронул тему, которая звучала ещё более жёстко.
Речь шла о варианте, который официально никогда не обсуждался публично. В интервью Жуков признал: на высшем уровне допускалась возможность сдачи Москвы. Более того, по его словам, командующим были разосланы секретные приказы с указаниями, как действовать в случае, если удержать столицу не удастся.
Это заявление шло вразрез с привычным представлением о событиях. В официальной версии тех лет Москва изображалась как крепость, которую с самого начала намеревались удержать любой ценой. Но слова Жукова показывали другую сторону — руководство готовилось и к самому тяжёлому сценарию.
Ещё один важный момент касался московского ополчения. Отвечая на вопрос Симонова, маршал прямо сказал: среди ополченцев было много людей, которых по своему профилю следовало бы использовать в тылу — учёные, инженеры, представители культуры, уже немолодые люди. Они не имели боевого опыта и осваивали войну прямо на передовой.
Но при этом Жуков подчеркнул: это был их сознательный выбор. Несмотря на недостаток подготовки, они внесли свой вклад в оборону столицы.
Далее разговор коснулся темы контрнаступления под Москвой. И здесь маршал снова разрушил привычный миф. По его словам, изначально Ставка не планировала масштабного наступления. Главной задачей было остановить противника, измотать его и отбросить от города.
И только когда стало ясно, что немецкие войска истощены и не способны продолжать наступление, было принято решение перейти в контрнаступление. То есть оно стало не заранее спланированным шагом, а результатом сложившейся обстановки.
Жуков также отметил огромные потери противника под Москвой. По его словам, именно там Германия лишилась значительной части наиболее опытных кадров, потеряла большое количество техники, включая танки и авиацию. Это был удар, последствия которого вермахт ощущал ещё долго.
Историческая справка: битва за Москву стала первым крупным поражением вермахта во Второй мировой войне и окончательно сорвала план молниеносной войны против СССР.
Интересны и его слова о немецком командовании. По мнению Жукова, такие генералы, как Гёпнер и Гудериан, одними из первых поняли, что наступление захлебнулось. Уже в начале декабря они начали отводить войска, пытаясь избежать полного разгрома. За это Гёпнер был разжалован и лишён наград.
И в завершение Жуков сделал личное признание. Он назвал битву за Москву самым тяжёлым испытанием за всю войну и самым памятным делом своей жизни.
Если вы хотите проверить свои знания, поучаствовать в диктанте можно здесь. Для самых бесстрашных диктант будет проходить на нефтяных платформах и военных короблях.
И вот здесь возникает главный вопрос: если эти слова были сказаны открыто, без попытки что-то скрыть или приукрасить — почему их решили не показывать?
Ответ лежит на поверхности.
Слишком многое из сказанного не совпадало с официальной картиной войны. И именно поэтому это интервью увидели только через 44 года.
Это Владимир «Две Войны». У меня есть Одноклассники, Телеграмм. Пишите своё мнение! Порадуйте меня лайком👍
А Вы читали мемуары Жукова?