Почему я, собственно, решила написать о пеларгонии Фрутеторум, об этой таинственной незнакомке в мире цветов? Просто узнала, что одна из пеларгоний моей коллекции относится к этому виду.
Узнала я об этом давно, но всё не решалась написать, потому что о пеларгонии Фрутеторум слышала многое, но по‑настоящему разобраться в её истории было мне непросто. В этой статье и хочу приоткрыть завесу тайны над таким удивительным по-своему растением!
История с загадкой.
Считается, что пеларгонию Фрутеторум привезли в Европу больше двух веков назад - примерно в то же время, что и другие видовые пеларгонии. Но вот незадача - никаких чётких следов того периода не сохранилось. Возможно, растение тогда знали под другим именем ( в ботанике такое случается нередко).
Представляете - пеларгония Фрутеторум уже много лет живёт в европейских садах, радует глаз своими нежными цветами, а а у неё до сих пор нет «паспорта»! Ботаники как будто не замечали её, пока в 1932 году на сцену не вышел R.A. Dyer. Этот учёный взял на себя почётную миссию - впервые описал растение и внёс его в официальные каталоги.
Благодаря ему пеларгония, наконец, получила законное имя с почётной приставкой в честь первооткрывателя. И именно с этой даты стартует отсчёт истории всех известных нам гибридов Фрутеторум. Как будто после долгого сна растение проснулось и начало покорять мир.
Так почему «Фрутеторум»?
Любопытнейшая деталь - название растения часто пытаются перевести (и я в том числе) с английского (frutetorum - «фруктовая»), и это ошибка. Правильный вариант латинский: frutetorum означает «кустовая». Это идеально ей подходит - в природе пеларгония представляет собой большой раскидистый куст.
А её поведение зависит от условий - если рядом опора, растение тянется вверх. Если опоры нет - может «ползти» по земле.
Как выглядит пеларгония Фрутеторум?
У этого вида есть ряд характерных черт, которые выделяют его на фоне других пеларгоний: стебли: длинные, красновато‑коричневые, ветвятся не слишком активно. Листья: некрупные, сидят на коротких черешках (а порой и прямо на стебле), их много. По сравнению с зональной пеларгонией у них более чёткие зубчики и доли, они чуть жёстче и менее опушены.
Зональность: здесь разнообразие поражает - от едва заметной тонкой полосы до яркой широкой зоны в центре листа. Цветки: простые, на длинных цветоносах. Лепестки узкие, обратно‑яйцевидные, бледного лососево‑розового оттенка. При этом верхние два лепестка обычно окрашены более насыщенно.
Роль Фрутеторум в селекции.
Пеларгония Фрутеторум сыграла важную роль в создании зональных сортов. Благодаря ей селекционеры получили разнообразие сортов с привлекательной листвой, с редкой для рода толерантностью к затенению. Среди пеларгоний Фрутеторум выделяются несколько групп:
Классические сорта - их отличают «тонкость и звонкость» и узколепестковые цветы. Это вертикальный рост, а иногда даже «палкастость», пышность при компактных размерах (карликовость), небольшие листья; крупные цветы с удлинёнными яйцевидными лепестками; рыхлые цветочные шапки на длинных цветоносах.
Самый известный представитель - Honeywood Suzanne.
Сорта с типичным цветением - их можно узнать по характерным цветкам. Примеры - Asarnas Särimner. Steffens Blackie. Odensjö Nocturne.
Современные сорта - здесь и зарубежные новинки, и достижения российской селекции: Elnarid’s Froken Flora, ЕлКа Августчанка, Ода Калужанка, Saga.
Благодаря пеларгонии Saga, которая много лет в моей коллекции, я как раз и заинтересовалась этим видом Фрутеторум. Все её характерные признаки – на лицо! Это и карликовый размер, и хорошая кустистость, и наклонённые тонкие веточки. Листья – типичные для этого вида пеларгонии – с выраженной зоной более тёмного оттенка в центре листа .
Одна из главных «изюминок» сорта – обильное и почти беспрерывное цветение. А форма лепестков - простая и изящная как у многих Фрутеторумов.
Так что, друзья, пеларгония Фрутеторум – это не просто растение, это настоящий цветочный детектив с загадками прошлого, суперспособностями в виде уникальных особенностей и целой командой селекционеров‑супергероев за спиной! А их изящные цветочки так и шепчут: «Эй, цветовод, давай веселиться - любуйся нами!»