Я всю жизнь читала и огромную часть своего свободного времени я проводила в библиотеках.
Я подлизывалась к школьным библиотекаршам, я навязывалась к ним с услугами. В младших классах очень строгая библиотекарша давала мне поручения по раскладке книжек на полки и еще что-то, но особых привилегий не давала.
В 9 и 10 классах в школе была библиотекарь молодая, симпатичная девушка, я часто сидела у нее на задворках библиотеки за книжными полками. В работе я ей тоже помогала. Я просто обожала копаться к книгах, а тогда еще не во всех библиотеках допускали к полкам с книгами.
В младших классах я самостоятельно записалась в районную библиотеку и часто ходила туда, потому что больше двух книг в руки не давали.
В старших классах мне школьной библиотеки было мало и я ходила в библиотеку им. Маяковского на Фонтанке.
Отступление мое обосновано тем, что единственным человеком, который встал на мою защиту была библиотекарь.
Классная подготовилась к собранию. Она пригласила кого-то из дружины школы, какую-то пионервожатую из моей предыдущей школы. которая вообще ничего не знала о моем существовании.
Собрание было вроде как нашего класса. Классная объявила, что надо осудить мое поведение на уроке химии.
Меня дружно осудили. Осудила хорошенькая девочка, которая уже имела сексуальные отношения с мальчиками (это обсуждалось с ее подругами без всякого стеснения), ее мама регулярно заносила конфеты и букеты и девочка слыла отличницей. Осудила та прыщавая, страхолюдная девица, которая регулярно прогуливала школу, училась на тройки, а ее мама покупала ей фальшивые справки-освобождения от школы.
Кто-то то-то говорил, я была в некотором недоумении. Чего им всем было надо, зачем? Откуда такая куча лицемерия, пошлого вранья? Мне вынесли какое-то порицание.
Может быть от меня хотели какого-то покаяния. но я была так удивлена, что не поняла. Собрание закончилось, я не расстроилась ни капли, зато классная была похоже недовольна. Она, наверное, ждала, что я буду бить себя пяткой в грудь, каяться, а я молча все выслушала и ушла с Зайцем гулять.
На уроки химии я продолжала ходить, но училка больше ко мне не обратилась ни разу.
На последней фотографии этого класса меня нет. Я не стала с ними фотографироваться и больше никогда и ни с кем не встречалась после окончания школы. Я не ходила на последний вечер, а просто забрала аттестат.
Я четко понимала, что с такой стаей малолетних шакалов мне не пути.
Я закончила эту школу с чувством некоторой ненависти к советской школе. В школу к дочери чаще ходил муж. Я была не часто и думаю, что каждое мое посещение учителя этой школы некоторое время помнили. Я их "ставила в угол" за каждую ошибку в отношении моей дочери.
Классная написала мне ужасную характеристику для поступления в институт, но я потом подошла к ней и четко попросила переписать эту ерунду и она переписала. Может быть ей стало стыдно немного? История умалчивает.
Лето прокатилось весело. Мы ездили в ЦПКИО, Петропавловскую крепость, купались, загорали, бездельничали. Мне было рекомендовано поступать в гуманитарный ВУЗ и я подала документы в библиотечный институт, но не на хоровое-дирижерское - шутка.
Конечно, после такой школы, в которой учителя русского языка занимались травлей учеников, надо было заниматься с репетиторами, но никто мне не подсказал, я недобрала одного балла из-за сниженной оценки по иностранному языку (сильно волновалась) и не поступила.
Заяц, разумеется, никуда не поступил и его забрали в армию в Германию!
Я про него еще напишу, но больше я его никогда не видела.