Уважаемые читатели! Мой канал НЕ МОНЕТИЗИРОВАН, поэтому ВАША МАТЕРИАЛЬНАЯ ПОМОЩЬ - ЕДИНСТВЕННЫЙ СПОСОБ ПОДДЕРЖАТЬ ТРУД АВТОРА. Каждый желающий поддержать канал и труд автора подписчик или читатель может перевести любую сумму, за которую я буду сердечно благодарен.
Сбербанк номер карты: 2202200798448732
С уважением, извинениями за просьбу и наилучшими пожеланиями, мои дорогие читатели!
ЭПИГРАФ
"Я умру без злобы в моей душе, передайте это всем моим близким. Но простить тех, кто меня убьёт не смогу, хоть это и не по-христиански."
(Записка графа Чиано, адресованная из тюрьмы жене Эдде)
"А что это у меня шумит в ушах, у вас тоже? Или только я один слышу эти жуткие помехи и треск. Ах да, это грядёт наше непременное возмездие!"
(Из речи Геббельса о тотальной войне 18 февраля 1943 года)
"А коль скоро в стране произошло озадачение, то следом за ним непременно начинаются метания, перебегания, предательства, позор."
(Михаил Евграфович Салтыков‑Щедрин,"Современная идиллия")
Начиная с ноября 1943 года Итальянская социальная республика, находившаяся на севере страны и полностью управлявшаяся из Берлина, переживала период "торжества правосудия." Бенито Муссолини, президент этой марионеточно-вассальной республики, обратился к ультра-фашистам, которые вели следствие по измене на Великом/Большом фашистском совете:
"...В своих решениях трибуналу следует руководствоваться не только справедливостью, а также высшими интересами страны, находящейся в состоянии войны."
Самому сеньору президенту этот суд был не нужен, но немецкий друг и партнёр Адольф Гитлер настаивал на "публичном наказании предателей."
К ответственности привлекли шестерых злодеев-заговорщиков, которых удалось разыскать. Остальных тринадцать из девятнадцати человек, проголосовавших против Муссолини на Большом/Великом фашистском совете, решили судить заочно. В числе попавшихся был Галеаццо Чиано, бывший министр иностранных дел Италии, зять Муссолини и отец его внуков. Его доставили в Италию из Германии, куда он бежал в поисках "спасения и в надежде обрести покой и защиту." Фюрер встретил его с распростёртыми объятиями и сразу посадил под домашний арест, назвав его слизняком и Иудой. А потом выдал его итальянцам на расправу, призвав судить показательно и безжалостно. Жена Чиано Эдда, дочь Муссолини, начала бороться за его жизнь. Прямые переговоры с Дуче и фюрером о помиловании положительного результата не принесли, и тогда она решила действовать в обход.
В Германии многие в верхушке уже поняли, что Рейх войну проиграл и капитуляция лишь вопрос времени. Среди нацистских элит разгоралась подковёрная война - искали козлов отпущения и отыскивали пути спасения. Осенью 43-го примеров, что Рейху существовать осталось недолго, накопилось более, чем достаточно. Во-первых, в Рейх стали просачиваться слухи о поведении взятых в плен после Сталинграда и Курской дуги немецких генералов и солдат - многие стали охотно и добровольно сотрудничать с советскими спецорганами и вываливать важнейшую информацию, проклиная Гитлера и нацизм. Во-вторых, наметился крен в поведении сателлитов Германии - они (Словакия, Болгария, Румыния, Венгрия и другие), не слишком утаивая, стали проводить сепаратные переговоры со странами-союзниками по антигитлеровской коалиции. Не говоря уже об Италии, которая ещё недавно представлялась союзником надёжным и идеологически близким. В-третьих, в самой Германии активизировались протестные и заговорщицкие настроения.
(От автора - Когда что-то идёт не так, тоталитарная власть начинает закручивать гайки. По логике властей, если у них что-либо не получается, то виноват народ, который следует примерно наказать.
После Сталинградской битвы в Рейхе решили за разгром Вермахта наказать местных евреев и заодно недобитых масонов. Власти решили, что именно они виноваты во всех поражениях на суше, на море и в воздухе. Благо виновники находились под рукой - прямо в Берлине и его окрестностях. 18 февраля 1943 года в Берлинском дворце спорта Геббельс выступил с обращением к народу и спросил его о том, хочет ли славный немецкий народ тотальной войны? (Wollt ihr den totalen Krieg?) С помощью тотальной войны, сказал Геббельс, можно приструнить порхатые большевистские орды и достойно ответить на налёты авиации еврейских англо-американских плутократов. Славный немецкий народ, тщательно отобранный для мероприятия и на 80 % состоявший из особ женского пола - медсестёр и нацистских активисток, ответил дружно: "Мы хотим тотальной войны! (Wir wollen einen totalen Krieg!)" Геббельс просиял и взревел:"Воспрянь, народ, и пусть грянет буря! (Nun, Volk, steh auf und Sturm brich los!)"
В тот же вечер он отправил гестапо собирать выживших к тому времени евреев и мифических масонов по Берлину и окрестностям. Схватили более чем 8000 человек, среди которых большинство находилось в немецко-еврейских смешанных браках. Их разместили в здании бывшей еврейской богадельни на Розенштрассе. Уже через пару часов перед зданием стихийно образовалась толпа, в основном состоявшая из жён, мужей и близких. И не только. Были и просто возмущённые очередным беспределом властей. Толпа начала требовать освобождения задержанных, причём число протестующих нарастало. Полиция грозила им адскими муками и даже угрожала пустить в ход дубинки. Не помогло. Толпа всё возрастала и стали появляться экстремисты - в полицию полетели камни и бутылки.
И власть дрогнула - через пять дней освободили 2000 человек, которые отправились по домам, а оставшихся зарегистрировали в Трудовой службе и обязали участвовать на принудительных работах под руководством Имперского объединения евреев в Германии (было и такое). Некоторых позже отправили в транзитные лагеря, но в целом протестная акция удалась - режим понял, что закручиванию гаек есть предел, резьба может не выдержать. Приказ дать заднюю отдал сам неистовый Геббельс, который был по совместительству и комендантом Берлина. )
Эдда Чиано-Муссолини через посредников обратилась в Главное управление имперской безопасности (РСХА) и предложила совершить обмен: она отдаёт дневники Чиано с компроматом на Риббентропа, министра иностранных дел Рейха, а РСХА, используя свой мощный аппарат, устраивает её любимому мужу графу Чиано побег из узилища.
Узилищем для предателей служил старинный замок-крепость Кастельвеккио в Вероне, который в разные периоды служил герцогским дворцом, тюрьмой и местом собраний фашистов разных мастей. Эдда передала в РСХА подробный план замка и передала несколько копий страниц, где Риббентроп выглядел совсем в дурном свете. В Главном управлении имперской безопасности лучше всех понимали, что дела в Рейхе идут хуже некуда, то они начали искать козлов отпущения и лучшей кандидатурой на это место был Риббентроп, которого винили во всех тяжких грехах, включая капитуляцию Италии .
(От автора - Схематично план РСХА выглядел следующим образом: из верхушки Рейха удаляются наиболее одиозные фигуры, режим смягчается, пересмотру подлежит даже "еврейский вопрос", в власть постепенно переходит к силовикам, людям, как известно, разумным, справедливым и миролюбивым. Параллельно можно проводить переговоры с союзниками, причём с англосаксами отдельно, а с Советами (через Стокгольм) отдельно. Кто первым образумится и поймёт, как выгодно сотрудничать с миролюбивым РСХА, тот получит все преференции после перемирия.)
27 декабря 1943 года началась операция "Граф." Эдда встретилась с недавней выпускницей "Союза германских девушек" двадцатидвухлетней блондинкой фрау Хильдегард Беец, личным секретарём оберштурмбаннфюрера Вильгельма Хёттля. Хёттль был начальником отдела разведки и контрразведки Ausland-SD в Центральной и Юго-Восточной Европе и конкретно занимался дневниками Чиано для дискредитации Иоахима фон Риббентропа. Он послал фрау Беец в Верону для поддержания тесного контакта с Эддой и графом. Когда контакт был установлен, Хёттль и Беец встретились и обсудили план побега с генералом Вильгельмом Харстером, начальником службы безопасности Вероны. Генерал, в свою очередь, встретился с начальником РСХА Эрнстом Кальтенбруннером в Инсбруке и тот дал отмашку на проведение операции "Граф" по освобождению Чиано и, что важно, без ведома Гитлера.
Согласно договорённости Эдда должна была сначала представить несколько подлинных страниц из дневников для ознакомления с ними высокого начальства - Кальтенбруннера и Гиммлера. Но за подлинниками надо было ехать в Рим, где дочери Муссолини, мягко говоря, были не рады и могли арестовать. В полиции Рима негатива на семейство Чиано накопилось более чем достаточно. Например, в коррупции и присвоении чужой собственности.
Закрутился детективный сюжет. Эдда отыскала старинного друга и галантного поклонника Эмилио Пуччи, авиатора и авантюриста. Она сообщили ему суть дела - надо прилететь в Рим, на их пригородной вилле вскрыть половицы и тайно доставить дневники в Верону. Галантный сеньор с радостью согласился. Ему выделили пару агентов службы безопасности, специально и конспиративно вызванных из Голландии, и компания отправилась в столицу. Всё получилось гладко и без приключений - дневники и другие документы Чиано изъяли под паркетом в детской комнате. Великолепно обмыв удачную операцию в немецком посольстве, на следующий день документы доставили Эдде в Верону.
В день открытия показательного суда над изменниками, главный Иуда граф Чиано, взбодрённый известием, что его скоро освободят, отправил жене оптимистическую записку:
"Судя по всему, остается ждать недолго. Постарайся, чтобы к моему возвращению был готов хороший ужин."
Немецкий план по освобождению графа был прост - под предлогом, что его хотят выкрасть партизаны и британские диверсанты-головорезы, отряд эсэсовцев занимает тюрьму. Если кто-то из итальянцев-охранников начинает протестовать (что маловероятно), их утихомиривают, не стесняясь в средствах. Потом вывозят Чиано из замка, и вручают его фрау Беец и спецагентам. В точке встречи Эдда передаёт дневники фрау Беец, взамен получает графа и вся компания отправляется на военный аэродром. Самолёт Люфтваффе доставляет бывшего узника и его жену в Будапешт, где находится штаб-квартира отдела разведки и контрразведки в Центральной и Юго-Восточной Европе. Там Чиано даёт показания, интересующие РСХА, но отсутствующие в дневниках. А потом всё семейство переправляют в Турцию с испанскими паспортами, где они наслаждаются жизнью и дожидаются победоносного окончания войны.
8 января 1944 года в 9.00 утра все негодяи-предатели предстали перед трибуналом. На суд пригласили немного публики для создания общенародного антуража, что превратило его в очередной балаган. Антураж был представлен турбофашистски настроенными зрителями, которых тщательно отбирали два месяца. Многие "именитые итальянцы" жаждали попасть на зрелище, возник даже определённый ажиотаж, с продажей приглашений по спекулятивным ценам. Все собравшиеся были в пальто, в одеялах, а дамы в шубах, шляпках, с биноклями и даже с собачками. Целый день свидетели, прокуроры и прочие (из публики) кричали, что изменников нужно немедленно казнить и чтобы мучались подольше.
В конце дня замёрзшему Чиано передали мокрую от слёз записку от Эдды с сообщением, что операция "Граф" отменяется по прямому приказу фюрера. Дело в том, что Кальтенбруннер, уверенный в успехе операции, зачем-то взял и позвонил фюреру с вопросом:"Что делать, если вдруг партизаны или британские диверсанты-головорезы выкрадут Чиано?" Одновременно Гитлеру сообщили, что РСХА готовит план побега графа. Сообщение пришло из Ватикана по каналам министерства иностранных дел, лишний раз доказав информированность ватиканских кругов. Гитлер немедленно вызвал к себе Гиммлера и Кальтенбруннера, потребовал от них признания и отчитал с суровостью и угрозами. Прямо из его кабинета связались с генералом Харстером и фюрер предупредил заговорщика:"Если Чиано удастся бежать, вы заплатите за это собственной головой." Эдда узнала об отмене операции от фрау Беец. Она тут же собралась и этой же ночью сбежала в Швейцарию, обвязавшись дневниками и прихватив драгоценности.
Суд над предателями продолжался три дня. Было шумно, все курили, спорили, кричали друг на друга, называли Иудами, судьи стучали молотками и "у всех изо рта шёл морозный пар." Наконец, зачитали приговор:
"...во время голосования, проводимого Великим советом фашизма 25 июля 1943 г. в Риме, они, путем сговора между собой, предприняли действия, направленные на подрыв государства...они расшатывали моральные устои нации и препятствовали таким образом ведению военных действий, тем самым оказывали помощь и содействие врагу...Приговорить к смертной казни (пять имён)... Туллио Чианетти приговорить к 30 годам тюремного заключения благодаря смягчающим обстоятельствам."
Смягчающим обстоятельством было то, что сеньор Чианетти назвался совершенно глухим и заявил, что ни черта не слышал из того, что происходило на Великом/Большом совете.
Вечером 10 января приговоренных посетил тюремный капеллан. Они попросили об исповеди и о причастии. Капеллан добросердечно оставался с ними всю ночь, выслушивая высокие размышления осуждённых о долге, чести, великолепии фашизма и осиротевших семьях. Вместе спели молитву "Ангел Господень." Маршал Де Боно, старейший фашист-ветеран, которому перевалило за восемьдесят, осведомился у падре, сможет ли он вскоре увидеть Богородицу. Капеллан заверил, что непременно.
Приговоренных посадили в полицейский фургон и отвезли за город. Утро было холодным и приговоренным выдали пальто. Потом их вывели в поле, завязали глаза, связали руки за спиной и велели сесть на стулья задом наперед. Расстрельная команда из 30 человек, собранная наспех и опыта не имевшая, выстроилась в две шеренги. После первого залпа никто не умер, поэтому дали второй. Чиано выжил после пяти попаданий и стал кричать:"Помогите!" Командир расстрельной команды добил его выстрелом в голову. "Это смахивало на забой свиней", - рапортовал в Берлин немецкий дипломат, присутствовавший при казни. Геббельс распорядился "во всех частях и подразделениях Вермахта" продемонстрировать заснятую на плёнку казнь.
P. S. У Чиано, как выяснилось, шансов уцелеть было совсем немного. После освобождения Рима в июне 1944 года в союзническую комендатуру добровольно заявился некий Пьетро Козмин, оголтелый фашист, болевший раком легких и на момент суда на Иудами находившийся на посту префекта Вероны. Он сообщил:
"...все военные сотрудники нашей префектуры, поклялись в том, что если Муссолини добьётся помилования зятя, то они графа непременно выследят и прикончат, где бы он не находился. Именно из-за таких подлецов и коррупционеров (canaglie e funzionari corrotti) фашистский режим может рухнуть. Таким гадам (bastardi), как Чиано, будет преподан соответствующий урок. А потом придёт очередь и самого Муссолини, который оказался ещё более гнусным предателем, чем те, которых расстреляли."
"14 января 1943 года. Премьер Черчилль президенту Рузвельту...
...Сегодня узнал из газет, что итальянцы расстреляли графа Чиано и ещё нескольких бывших руководителей фашистской партии. Сам я с ним не встречался, но мой предшественник (премьер-министр Чемберлен), признавался, что бывший министр произвёл на него приятное впечатление и, похоже, что Чиано искал с нами более тесные неформальные контакты по обмену конфиденциальной информацией." (Продолжение следует)
Поддержать канал и труд автора каждый подписчик или читатель может, если переведёт любую сумму по номеру карты Сбербанка
2202200798448732
ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ! НАПОМИНАЮ, ЧТО ВАШИ ЛАЙКИ И КОММЕНТАРИИ ПОМОГАЮТ ПРОДВИЖЕНИЮ СТАТЬИ.
- Ещё, ещё и ещё раз большущее СПАСИБО ЛЕОНИДУ МИХАЙЛОВИЧУ за оказанную помощь, человеческую душевность и поддержку в эти трудные времена!
Дорогие друзья! Канал существует ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО благодаря вашей финансовой поддержке.