Вы сидите в зале. Герой обезоружен, оглушён, стоит на коленях. Главный злодей медленно поднимает пистолет. Дуло смотрит герою прямо в переносицу. Короткая пауза. Злодей ухмыляется. Опускает пистолет на пять сантиметров вниз. Стреляет в плечо. Герой падает, но жив. Через десять минут он уже снова бегает с перемотанным бинтом. Вопрос, который терзает человечество уже полвека: Почему? Почему не в голову? Ответ проще и страшнее, чем вы думаете. Виноваты не злодеи. Виноваты сценаристы, которые их ненавидят. Начнём с того, что умный злодей — это конец фильма. Серьёзно. Если бы в конце «Крепкого орешка» Ханс Грубер не болтал, а просто выстрелил Джону Макклейну в затылок — фильм длился бы час сорок и назывался «Скучная казнь в башне». Никто не хочет умного злодея. Все хотят болтливого дурака с комплексом бога. Поэтому сценаристы придумали для антагонистов жёсткие, почти издевательские правила: Был в 90-х один малоизвестный боевик «Сукин сын» (я выдумал название, но суть реальна). Там злодей в