Спидран по прочитанному с января:
1. Чужак в чужой стране, Хайнлайн - это одна из любимых книг Илона Маска, и это кое-что говорит о нем. И тот факт, что это одна из любимых книг Илона Маска кое-что говорит о ней. Симпатичный ретрофутуризм, с долей американского сарказма и парой живучих идей. Ну и очевидно, что книгу писал белый цисгендерный мужчина в 50х годах прошлого века. У меня особых эмоций не вызвала, разве что некоторую усталость - книга откровенно затянута и в конце автор улетает в какие-то совсем трешовые религиозные материи. Еще оказалось, что я читала в каком-то уебищном переводе, но перечитывать в оригинале или искать другой перевод чтобы сравнить желания не возникло.
2. Лето и дым, Теннеси Уильямс - пьеса в духе автора, только если сравнивать с шумными Кошкой и Трамваем более интимная и трогательная. Герои узнаваемые, живые и при этом архетипичные. Именно поэтому их образы и возвращаются снова и снова. Некоторые сцены вызывали искренний смех, хотя всё это разворачивается на фоне довольно грустных обстоятельств - в общем, фирменный Уильямс. Мне хочется написать, что очень узнаваемый образ юга Америки, но я его узнаю чисто по книгам и фильмам, так что вряд ли могу так выражаться.
3. Воскресение, Толстой - вот хорошо же пишет шельма! Настолько хорошо, что не сразу замечаешь, что тебе втирают какую-то дичь. Если вынести за скобки толстовское мировоззрение и видение морали, то можно увидеть очень точные и емкие человеческие портреты, живое и объемное описание общественного устройства. Кстати, меня внезапно поразила первая глава про тюрьму - как будто бы особо ничего в этом месте и не меняется.
4. Шум и ярость, Уильям Фолкнер - еще один гордый взгляд на потухший Юг (с). Мне очень понравился перевод Гуровой - мелодично, ярко, ритмично, цепко. В остальном - ноуп. Допускаю, что не попала в настроение, хотя лично я считаю, что сама история слишком сильно воспроизводит типичные для американской литературы того периода вещи - тип героя, обреченность семьи как метафора обреченности Юга, ностальгия по укладу, который и так был так себе. Да, поток сознания - прием нестандартный и сложный, автор его выполнил филигранно. Просто вне этого остается просто грустная история одной несчастной семьи.
5. Жизнь без свободы воли, Сапольски - я скандал такой учиню! Во-первых, автор начинает с того, что дает собственное определение свободы воли, в рамках которого все его аргументы действенны - при этом игнорируется все что есть вне обозначенных рамок. По сути он пытается обосновать отсутствие свободы воли тем, что эмпирический субъект полностью погружен в цепочку причинности, а трансцендентальный уровень игнорирует и называет это опровержением свободы воли вообще. Во-вторых, все грехи научпопа на месте — субъективность, упрощение, обобщение, и автора периодами заносит в далекие дали, в которых он сам не очень хорошо разбирается. Но мне понравилось, как хорошо книга наложилась на Воскресение (там даже был пример почти один-в-один) - оба в итоге приходят к состраданию как единственно разумному ответу, просто с разных сторон. В целом автор приводит интересные примеры исследований. Но все же лучше у него же брать Биологию добра и зла - там тоже очень близко, но угол подачи немного другой.
Процессы: Хладнокровное убийство, Искусство видеть
#про_книги
