Мы с Настей, постоянно озираясь по сторонам, пробирались сквозь сосновый лес. Я держал наготове сапёрную лопатку, а Настя сверялась с прошлогодними фотографиями на телефоне.
Холодный ветер доносил до нас запах гари и едкий смог от сильного лесного пожара. Огнём было охвачено более двух гектаров.
Несколькими часами ранее на платформе имени Валерия Грушина камеры зафиксировали дым на склоне. Оказалось, что какой-то безумец-пироман решил устроить огненную забаву.
Группировка из 32 огнеборцев с 10 единицами техники уже боролась с возгоранием, а виновник был задержан и передан в руки полиции.
Ветер раздувал пламя всё сильнее. Алчная стихия огня пожирала всё на своём пути.
Могильная тишина окутывала лес. Не было слышно привычного лесного щебетания птиц. Только вершины сосен таинственно перешёптывались на ветру, а их стоны заставляли стыть кровь в жилах.
— Он зарыт здесь, под упавшим бревном, — уверенно произнесла Настя, указывая на большую корягу.
Я сбросил рюкзак на прелые листья и взял лопату на изготовку. Торопливо начал рыть песчано-земляной грунт.
Ровно год назад мы закопали его здесь. Всё было спланировано заранее, чтобы не оставить следов. Место было выбрано неслучайно — его легко и незаметно можно было пронести со станции имени Валерия Грушина. Да и с зарыванием проблем не было – земля мягкая и податливая.
Целый год нас не покидала мысль о нашей общей тайне. Мы редко говорили об этом вслух, но сны о том дне не давали покоя. Мысленно я снова и снова возвращался сюда.
И вот сегодня всё должно было вернуться на круги своя.
Ветер изменился, дым начал рассеиваться. Несмотря на холод, я обливался потом, орудуя лопатой. Яма становилась больше и глубже. Глухой стук заставил нас переглянуться.
Из ямы показался увесистый пластиковый контейнер, завёрнутый в полиэтиленовую плёнку и перемотанный скотчем. Настя постаралась на славу, упаковывая нашу закладку прошлой весной.
С нетерпением мы сняли плёнку и открыли крышку. Всё было в целости и сохранности.
Я аккуратно закопал яму, прикрыл её дёрном и спрятал контейнер в рюкзак. Мы вернулись на платформу имени Валерия Грушина.
Пожар начал утихать, дым становился всё реже. На склоне пожарные устраняли последние очаги возгорания.
Грушинская поляна была затоплена. Пик сброса воды с Жигулёвской ГЭС затопил многие постройки. Знаменитая гитара выглядывала из воды, а понтонный мост плавал по течению.
Мы хотели остановиться на обрыве, но сильный ветер заставил нас изменить планы. Пришлось устроиться на пеньках у рельсов.
Настало время раскрыть миру нашу тайну и провести инвентаризацию. Из контейнера я достал упаковку рамена и банку тушёнки. Из Настиного рюкзака появились специи и всё необходимое для кофе.
Обедали мы под шум проходящих мимо людей. Одни шли поглазеть на пожар, другие, поняв, что поляна затоплена, разочарованно брели в сторону станции.
Сегодня как никогда мы ощутили, что наш мир — один на двоих. Он больше, глубже, ярче и разнообразнее, чем окружающая реальность.
Сегодня ровно год, как мы поняли, что мы — две соседних детали пазла в картине вселенной. Сегодня ровно год, как мы вместе.
И пусть на склоне полыхает пожар, где-то по окрестностям бегают пироманы-шизофреники, а вода уносит мосты и постройки…
Сейчас самое время посмотреть друг другу в глаза и сказать три важных слова. А потом сделать памятное селфи и выпить ароматного кофе, приготовленного на горелке.
Мы пережили долгую зиму. Всё остальное — вчера…