Лето. Мне шесть лет. Все друзья разъехались кто в лагерь, кто к бабушкам в другие города. А я осталась одна в нашем посёлке городского типа. Скука смертная.
Но я же не из тех, кто будет сидеть и ныть. Я по духу путешественник. А раз компаньонов нет — отправлюсь в экспедицию сама.
И вот однажды я вышла за порог и пошла куда глаза глядят. Одна. Шестилетняя. Вокруг люди, дети, собаки — жизнь кипит, а у меня своя миссия.
Чтобы не потеряться, я придумала систему: запоминала ориентиры. Жёлтый дом, кривое дерево, столб с облупившейся краской. Шла, как по карте, только карта была у меня в голове.
Так я забредала всё дальше и дальше. Иногда оказывалась в таких местах, где вообще не понимала, нахожусь ли ещё в своём посёлке или уже в другом государстве. Но обратный путь находила всегда. И никому про свои путешествия не рассказывала — это была моя тайная жизнь.
Однажды я решила проверить, помню ли дорогу к одной бабушке. Она жила на другом конце посёлка. Я шла, мечтала о чём-то, разговаривала сама с собой. Шла и шла. И дошла.
Звоню в дверь. Бабушка открывает — и у неё глаза по пять копеек. Чуть инфаркт не случился.
— Юля! Ты что тут делаешь?! Одна?!
— Да вот, интересно было, помню ли я дорогу. Помню! — и стою такая довольная.
Бабушка затащила меня в квартиру, схватилась за телефон и звонит моей маме:
— Ты знаешь, где твоя дочь?
— Ну, гуляет где-то, — отвечает мама спокойно.
— Она сама дошла до меня! Через весь посёлок!
Бабушка отчитала маму за то, что за мной не следит. А меня не ругала, только попросила больше так далеко не ходить. Я, конечно, пообещала.
А на следующий день отправилась ко второй бабушке. Ну чтобы не обидно было — к одной сходила, а к другой нет. На другом конце посёлка. Там сценарий повторился один в один: шок, звонок маме, предынфарктное состояние.
Меня уже хотели привязывать к батарее, чтобы я не шастала где попало. Но разве можно удержать самостоятельную путешественницу?
Потом мы переехали в большой город. Омск. Огромный, шумный, незнакомый. Я смотрела на всё круглыми глазами: сколько дорог! Сколько мест, куда можно пойти!
Жили мы тогда у тёти с дядей и моим двоюродным братом. С братом мы были совершенно разными: я боевая, ничего не боюсь, а он трусишка.
И вот однажды, гуляя с ним, я увидела вдалеке высокую башню. Я тогда не знала, что это старая водонапорная башня. Для меня это была просто загадочная башня, которую непременно надо исследовать.
— Смотри! — говорю брату. — Нам туда!
— Нет-нет-нет! Мама убьёт! И вообще там страшно!
— Ничего она не узнает. Пошли!
Он ныл, упирался, но со мной спорить бесполезно. Вздохнул и поплёлся следом.
Мы шли долго. Башня вроде близко, а всё никак не приближается. Уже и район кончился, железнодорожные пути позади. Вокруг гаражи, какие-то заброшенные строения. Брату совсем жутко стало, да и мне, честно говоря, было не по себе. Но я вида не подавала.
Обошли гаражи, прошли через маленький запущенный лесок — и вот она, водонапорная башня. Старая, мрачная, но мы дошли! Я была счастлива. Брат — не очень.
Заходим внутрь. А там…
Сломанная лестница. Кучи мусора. Пакеты, бутылки, какие-то ржавые железки. Кто-то устроил здесь свалку. И всё.
Я стояла и смотрела на это безобразие, и внутри у меня всё кипело. Столько шли! Столько страха преодолели! Брата тащила через весь район! И ради чего? Ради кучи мусора?!
Моему гневу не было предела. Я так расстроилась, что аж засопела от злости. Никаких сокровищ. Никаких тайн. Только грязь, вонь и усталость в ногах. Любопытство я, конечно, удовлетворила — теперь я точно знала, что в этой башне ничего интересного нет. Но осадочек остался.
А обратная дорога была просто пыткой. Брат ныл без остановки:
— Ну зачем мы туда пошли? Я же говорил, что там ничего нет! Говорил, что опасно! Вот сейчас придём домой, и нас точно убьют! Мама всё узнает!
Я шла молча, сжав зубы. Во-первых, я и сама была разочарована до глубины души. Во-вторых, сил спорить с братом уже не было. Хотелось только одного — дойти до дома, упасть на кровать и забыть этот позорный поход как страшный сон.
После того случая брат начал от меня прятаться. Как только увидит, что у меня загорелись глаза и я куда-то смотрю, сразу понимает: сейчас опять потащит в какую-нибудь авантюру. И старался слиться с пейзажем.
А я продолжала исследовать мир. Одна или с невольными попутчиками. Потому что самостоятельную путешественницу не остановить.
И знаете что? С годами ничего не изменилось. Я всё та же: одна нога здесь, другая там. Иду куда глаза глядят. И плевать, что иногда в конце пути оказывается помойка. Главное — само путешествие.
Продолжение следует...