Советско-финляндская война 1939–40 годов – довольно тяжелая тема для нашей страны. Да, СССР в этой войне одержал победу, вынудив финские власти подписать крайне невыгодный для них мирный договор. Однако эта победа далась чудовищной ценой. По официальным данным Министерства Обороны РФ, приведенным в статистическом сборнике «Россия и СССР в войнах и конфликтах ХХ века», за 105 дней боев только безвозвратные потери составили более 126 тысяч командиров и красноармейцев. Отдельные исследователи, например профессор ПетрГУ Ю. М. Килин, ссылаясь на ведущуюся им поименную базу данных потерь, говорят уже о минимум 138 тысячах погибших (возможно, сюда попали и военнопленные, возвращенные после окончания боевых действий). Финская сторона утверждает, что потеряла в войне 23,5 тысячи убитыми, умершими от ран и пропавшими без вести. Таким образом, соотношение безвозвратных потерь Красной Армии в войне с не самой современной и не самой многочисленной армией составило минимум 5 к 1.
Конечно же, это кажется совершенно невероятным и порождает разного рода спекуляции как на тему «трупами завалили», так и на тему «финские власти до сих пор держат свои потери под грифом «секретно», а общественности представляют сильно заниженные пропагандистские данные». Попробуем разобраться, действительно ли.
Впервые размеры финских потерь были озвучены в выступлении на VI сессии Верховного Совета СССР Наркома иностранных дел и по совместительству председателя Совета Народных Комиссаров В. М. Молотова 29 марта 1940 года:
«С финской стороны делаются попытки преуменьшить их жертвы, но жертвы финнов значительно больше наших. По минимальным подсчетам нашего Генерального Штаба у финнов количество убитых достигает не менее 60 тысяч, не считая умерших от ран, а количество раненых не менее 250.000 человек. Таким образом, исходя из того, что численность финской армии составляла не менее 600 тысяч человек, нужно признать, что финская армия потеряла убитыми и ранеными более половины своего состава».
Министерство Обороны РФ в упомянутом выше справочнике «Россия и СССР в войнах…» приводит данные о 48,3 погибших финских солдатах и офицерах, а председатель Российского Военно-исторического общества доктор исторических наук В. Р. Мединский в своей книге «Война» уточняет, что речь идет именно о военнослужащих:
«Подчеркну, именно солдат – в армии. А в боевых действиях принимали участие также бойцы военизированных организаций – чисто финский феномен. Так что на самом деле реальные потери финнов еще выше».
Однако максимальную планку для безвозвратных потерь Вооруженных сил Финляндии установил кандидат исторических наук генерал-полковник Л. Г. Ивашов в своей публикации в «Военно-историческом журнале» №4 за 1993 год, где сказано:
«Потери финской стороны, по официальным данным, составили 95 тыс. убитыми и 45 тыс. ранеными».
Таким образом, в работах отечественных историков, оспаривающих финские данные, безвозвратные потери Вооруженных сил Финляндии зимой 1939–40 годов колеблются в диапазоне от 48 до 95 тысяч человек. Давайте попробуем разобраться, откуда взялись эти цифры.
Начнем с максимальных данных, представленных генералом Ивашовым. Чьи это официальные данные (очевидно, что не финские) и откуда они вообще взялись в публикации никак не поясняется. Также удивляет, что у профессионального военного не вызвало подозрений соотношение убитых к раненым, где первая цифра вдвое превышает вторую. Возможно, генерал попытался привести действительно официальные финские данные о погибших – 25 тысяч убито (в том числе гражданских) и 45 ранено. Однако на каком-то этапе, не исключено, что в результате банальной опечатки, 25 тысяч превратились в 95.
Эти же данные приводит В. П. Галицкий в своей книге, изданной еще в 1997 году «Финские военнопленные в лагерях НКВД». На него в основном и ссылаются, когда приводят эти цифры. Они содержатся в таблице потерь, которую иначе как странной не назовешь. Достаточно сказать, что автор сообщает о попадании в финский плен более 18 тысяч человек, из которых по финским данным умерло 13 тысяч! Чтобы понять, насколько несуразны эти цифры, можно привести сравнение: в 1941–44 годах при гораздо худших условиях содержания в финском плену погибло около 19 тысяч советских пленных. В 1939–40, по данным известного исследователя Д. Д. Фролова, в плену умерло 113 советских военнопленных.
В качестве источника данных таблицы Галицкий приводит ссылки на различные документы о статусе и содержании военнопленных из Центра хранения историко-документальных коллекций, ныне являющегося составной частью коллекции документов Российского Государственного Военного Архива (РГВА), но данные об убитых и раненых однозначно взяты из статьи Ивашова. Ссылка на «Военно-исторический журнал» там тоже имеется, правда, на №1 за 1993 год, где на указанной странице в номере находится статья А. И. Грибкова о… Карибском кризисе! Нужно ли говорить, что ровным счетом ни слова о финских потерях и о Финляндии вообще в этой статье нет? То есть в данном случае речь однозначно идет об опечатке в номере журнала, а данные Галицкого взяты у Ивашова.
Таким образом, цифра в 95 тысяч погибших финских солдат не имеет под собой никакого серьезного основания, источник её происхождения непонятен, и с большой долей вероятности можно предполагать, что она явилась следствием банальной опечатки.
Тем не менее данные о финских потерях в 95 тысяч человек продолжают курсировать по вполне себе официальным изданиям, в том числе они приведены в упомянутом статсборнике МО РФ в качестве альтернативы цифре в 48,3 тысяч финских потерь. В первом случае никаких загадок нет, ссылка ведет на статью Ивашова, а вот происхождение второй цифры требует объяснений.
Авторы отсылают нас к статье финского подполковника Х. Сеппяля, опубликованной к годовщине «зимней войны» на русском языке в еженедельнике «За рубежом» за 1989 год. В переводе сказано:
«Финляндия потеряла в “зимней войне” более 23 000 человек убитыми, более 43 000 человек ранеными. При бомбёжках, в том числе торговых кораблей, были убиты 25 243 человека».
Тут опять возникают вопросы: почему для столь серьезной работы используются не документы или исследования по теме, а какая-то газетная статья? Почему такая существенная разница с «официальными данными» Ивашова? И с чего вдруг финский подполковник вдвое увеличивает действительно официальные финские данные о потерях?
К сожалению, ответы на эти вопросы авторов сборника не заинтересовали. Зато они заинтересовали исследователя-любителя И. Пыхалова, который без особого труда нашел оригинал статьи, опубликованной в журнале «Maailma ja me» №9 за 1989 год. Оригинальный текст гласит:
«Suomi menetti talvisodassa yli 23 000 miesta kaatuneina ja yli 43 000 miesta haavoittuneina. Pommituksissa ja kauppalaivastossa mukaan luetut huomioon ottaen kuolleita oli kaikkiaan 25 243».
Современные технологии вполне позволяют нам без труда перевести данный текст, в результате мы получаем следующее:
«Финляндия потеряла более 23 000 человек убитыми и более 43 000 ранеными в Зимней войне. С учетом погибших в результате бомбардировок и в торговом флоте общее число погибших составило 25 243 человека».
Таким образом, мы имеем банальную ошибку в переводе, в результате которой общие потери с учетом погибших при бомбардировках и на торговых кораблях превратились просто в число погибших при бомбардировках и на торговых кораблях. Далее коллектив авторов «России и СССР в войнах…», не утруждая себя разбирательствами с противоречивыми числами и обращениями к действительно официальным финским данным, произвел несложные математические вычисления, сложив 23000 и 25243, получив те самые 48,3 тысяч погибших. Вышесказанное давно не является секретом, что не мешает до сих пор использовать данные цифры в разного рода научных и околонаучных статьях и книгах.
Озвученные Молотовым данные о потере «не менее 60 тысяч» также вряд ли стоит воспринимать всерьез. К этому моменту даже финны еще не успели толком сосчитать свои потери и объявят их только в конце мая 40-го, когда Министерство обороны Финляндии выпустило официальное сообщение о количестве потерь в войне, учтя умерших от ран и вернувшихся из плена (об этом ниже). Было бы наивно всерьез полагать, что Генштаб Красной Армии каким-то образом умудрился посчитать финские потери быстрее самих финнов. Кроме того, вопреки озвученному Молотовым мнению Генштаба, численность финских вооруженных сил даже в пике не превышала 350 тысяч человек. На большую численность у них банально не хватало оружия. Если мы допустим, что финская армия потеряла 250 тысяч ранеными и еще более 60 тысяч убитыми (тем более 95 тысяч), она просто прекратила бы свое существование. Тем не менее до самой последней минуты Красная Армия продолжала с кем-то воевать. Генштаб, вольно или нет, существенно завысил потери противника, и к реальности они отношения не имеют. Точно также УВВС Красной Армии в своем отчете сообщило, что только от действий нашей авиации финские ВВС потеряли 381 самолет, а еще 98 были ими потеряны по небоевым причинам. Сегодня совершенно точно известно (судьба каждого самолета финских ВВС подробно описана), что безвозвратные потери ВВС Финляндии за время войны составили 83 самолета, включая шесть разбитых/пропавших при перелете в Финляндию и два уничтоженных на аэродроме Вяртсиля при отходе оттуда уже после окончания войны. То есть потери финских самолетов были завышены почти в шесть (!) раз. Заявленные финские потери в личном составе также к официальным финским данным относятся минимум как 4,5 к 1.
Таким образом, можно отметить, что ни одну из кочующих по советским и российским исследованиям «альтернативных» цифр финских потерь всерьез рассматривать нельзя. Даже опубликованные в статистическом сборнике МО РФ данные являются либо результатом ошибки перевода, либо вообще имеют непонятное происхождение...