Америка любит говорить о принципах. Но бомбит она не по принципам, а по расчету. И если сравнить Иран и Северную Корею, становится очевидно: дело не в угрозах, а в цене.
В американской внешней политике есть негласное правило: угрозы измеряются не громкостью заявлений, а стоимостью ответа. Именно поэтому Иран сегодня оказывается под ударами, а Северная Корея — нет, хотя логика «превентивной войны», на которую ссылаются в Вашингтоне, формально применима к обеим странам.
Администрация Дональда Трампа предлагает на выбор сразу несколько объяснений ударов по Ирану: от защиты союзников до предотвращения ядерной программы и обеспечения свободы судоходства в Ормузском проливе. Чем больше аргументов, тем слабее звучит каждый из них. Наиболее правдоподобным остается классический мотив — попытка остановить потенциального ядерного игрока до того, как он станет недосягаемым.
В стратегической теории это называется превентивной войной — ударом по угрозе, которая еще не стала непосредственной, но уже выглядит неизбежной.
Проблема в том, что такая логика легко превращается в универсальное оправдание любой агрессии. Вспомним хотя бы войну в Ираке 2003 года, инициированную администрацией Джорджа Буша-младшего: угроза оказалась несуществующей, но последствия — вполне реальными.
С Ираном ситуация выглядит удобнее. Он еще не обладает ядерным оружием, его ПВО уступает американским возможностям, а география позволяет наносить удары без мгновенной угрозы катастрофического ответа. Но главное — политическая среда. Израиль и страны Персидского залива не просто не возражают против давления на Тегеран, они его поощряют. В такой конфигурации США действуют не в одиночку, а как координатор регионального запроса.
Северная Корея — противоположный случай. Теоретически Вашингтон мог нанести превентивный удар еще в 1994 году, при администрации Билла Клинтона, когда у Пхеньяна не было ядерного оружия. Более того, военная инфраструктура для этого уже была развернута. Но позиция Сеула остановила процесс.
Южная Корея прекрасно понимала простую вещь: в случае войны основная цена будет уплачена не в Вашингтоне, а в Сеуле. Миллионы людей, плотная городская застройка и близость к границе превращали любой конфликт в потенциальную катастрофу. Поэтому Сеул фактически наложил негласное вето на американскую инициативу.
Этот механизм — неформальный, но эффективный. США могут игнорировать международное право, но игнорировать союзников им куда сложнее. Удар по Северной Корее без согласия Южной Кореи означал бы не только войну, но и разрушение альянса.
К 2017 году ситуация стала еще жестче: КНДР уже обладала ядерным оружием. Любой удар, даже ограниченный, мог спровоцировать ответ с непредсказуемыми последствиями. Превентивная война потеряла смысл: слишком поздно.
И вот здесь возникает неудобный вывод. США не бомбят Северную Корею не потому, что придерживаются принципов, а потому что риск слишком велик. И наоборот — Иран становится целью именно потому, что риск выглядит управляемым, пишет 19Fortyfive.com.
Парадокс в том, что поддержка союзников на Ближнем Востоке может обернуться проблемой для самого Вашингтона. Если регион заинтересован в продолжении давления, а Белый дом — в выходе из конфликта, возникает классическая ловушка: начать легко, закончить сложно.
История с Северной Кореей показывает, что иногда сдержанность союзников спасает от большой войны. История с Ираном — что их энтузиазм может, наоборот, в нее втянуть.
В итоге ответ на исходный вопрос оказывается прозаичным. Америка бомбит не там, где опаснее, а там, где проще. И это, пожалуй, самая честная формула современной геополитики.
Подписывайтесь и высказывайте своё мнение. В следующих публикациях ещё больше интересного!