Знаете, есть у нас в стране один фундаментальный принцип. На нём, как на трёх китах, стоит всё: от ссоры с соседом из-за неправильно припаркованного ведра до многомиллионных споров с банком. Принцип этот настолько прост, что от его простоты у обычного человека случается культурный шок, плавно переходящий в нервный тик.
Звучит он, согласно небезызвестной статье 56-й Гражданского процессуального кодекса, примерно так: «Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений».
Казалось бы — ну что тут такого? Элементарно же! Это вам не квантовая физика и не устройство женской сумочки, где без карты местности и фонарика делать нечего. Это понятно: если ты говоришь, что я тебе должен — будь любезен, предъяви расписку. Если говоришь, что моя собака съела твою пенсию — покажи справку от ветеринара с анализом содержимого желудка. Всё по-честному.
Но! Но… У нас в стране этот принцип носит заявительный характер. А это, друзья мои, меняет дело кардинально. Заявительный характер — это как касса в поликлинике в понедельник утром. Вы пришли, вы заявили о своей проблеме. Дальше — тишина. Вас не будут искать, чтобы вылечить. Вы должны сами найти врача, кабинет, взять талончик (если он есть, а его нет) и доказать, что ваша болезнь — это именно болезнь, а не попытка прогулять работу.
Так вот, время доказывания чьей-то там неправоты лежит на заинтересованной стороне. А кто у нас самая заинтересованная сторона? Конечно, тот, кому нужны ваши деньги. И эти ребята, они не дремлют. У них нет выходных. У них вместо сердца — платёжный терминал, а вместо совести — методичка «10 способов достучаться до должника, когда он в ванной».
Явление коллектора народу. Беспомощность как искусство
И вот, представьте себе картину. Звонит вам телефон. Номер незнакомый. Вы, полный надежд и веры в человечество, поднимаете трубку. И слышите. Голос. Он не просто говорит, он, вещает. Как Левитан во время войны. Только Левитан сообщал о взятии Берлина, а этот сообщает о взятии вас в финансовый плен.
«Здравствуйте, э-э… Иван Иванович? Вас беспокоит Служба Взыскания. Вам удобно сейчас говорить?»
Внимание! Это ловушка. Если вы скажете «Да, удобно», вы распишитесь в получении повестки прямо в трубку. Если скажете «Нет, не удобно» — он всё равно продолжит, потому что ваш ответ его интересует примерно так же, как прошлогодний курс доллара. Ему важно не ваше удобство, ему важно, чтобы вы выслушали, какая вы аморальная личность, раз не отдаёте долг по кредиту, который вы, возможно, в глаза не видели.
И начинается… беспомощность досудебного взыскания. Точнее, даже не досудебного. До суда эти люди очень редко доходят ногами. Им проще получить судебный приказ. Это такой документ, который мировой судья, перегруженный делами о разводах хомячков и спорах о границе грядки, выносит за три секунды, не глядя. Ему приносят бумажку с вашей фамилией и суммой, он ставит печать, зевает и идёт пить чай.
А вы узнаёте о том, что вы теперь должник, когда пытаетесь заплатить за проезд в метро, а ваша зарплатная карта вдруг издаёт звук «Пи-и-и-ип. Отказ. Недостаточно средств. На вас наложен арест. Улыбнитесь, вас снимают скрытой камерой.
И вот тут у нормального человека, у простого, понимаете, человека, который работает на заводе, учит детей в школе или печёт булочки, случается столкновение с беспомощностью. Причём беспомощность эта двоякая. С одной стороны — вы. Вы беспомощны перед этой машиной, потому что вы не знаете, что делать. Вы не знаете, что такое «отмена судебного приказа», вы не знаете, что такое «срок исковой давности», вы даже не знаете, где территориально находится тот самый мировой суд, который так ловко вас «осудил».
С другой стороны — беспомощность самих коллекторов и служб взыскания. Ирония, сарказм, насмешка и издевательство — да, это всё про них. Потому что стоит копнуть чуть глубже, и оказывается, что вся их грозная «сила» держится на трёх соплях и одном ксерокопированном листочке, который они выдают за договор цессии.
Вот они звонят вам… Грозные, как эскадрилья бомбардировщиков. «У вас задолженность! Пять лет назад! Мы купили ваш долг у банка «Рога и Копыта»!». Вы им: «Позвольте! А где оригинал договора? А где уведомление о уступке прав требования? А почему сумма в три раза больше, чем я вообще помню, что брал?».
И тут они делают паузу. Паузу, которую можно сравнить с молчанием актёра, забывшего текст на сцене Большого театра. Они не могут ответить. Потому что доказывать должны они. А у них — ничего. У них — Excel-таблица, купленная на чёрном рынке персональных данных, и желание быстро наварить двести процентов с испуганной бабушки.
56-я статья ГПК РФ, как анекдот с философским подтекстом
В этом и заключается главная шутка нашего законодательства. Шутка, которую, к сожалению, понимают далеко не все. Статья 56-я — это не просто буквы в толстой книжке. Это… меч-кладенец. Но чтобы он заработал, его надо уметь из ножен достать. А просто так размахивать им в воздухе и кричать: «Я не должен!» — это, знаете ли, не метод. Это сценарий для комедии абсурда, где вы — главный герой с печальным концом.
Мы, простые люди, привыкли доказывать свою невиновность. Это в нас вбито с детства: «Оправдывайся!». А 56-я статья говорит нам другое. Она, как строгая учительница математики: «Милок, ты сказал, что я тебе должна? Сел. Два. Доказательства неси».
И когда на вас наезжает вся эта финансовая братия, главное — перевернуть стол. Не в прямом смысле, конечно, у нас тут не драка в салуне, хотя иногда очень хочется. Перевернуть стол — значит, заставить их работать. Заставить их тащить в суд оригиналы документов, скреплённые печатями, а не мутные скриншоты переписки двух роботов в мессенджере. Заставить их доказывать, что именно этот долг, именно в этой сумме, именно за этим человеком числится на законных основаниях.
И вот тут, дорогие мои, открывается удивительный пейзаж. Оказывается, что 90% этих грозных требований рассыпаются в прах быстрее, чем песочный замок под ногой слона. Рассыпаются, потому что истекли все мыслимые и немыслимые сроки исковой давности. Рассыпаются, потому что договор уступки оформлен с нарушением, которое видно невооружённым глазом. Рассыпаются, потому что нет ни одной живой подписи, а есть только страх, нагнетаемый телефонным спамом.
Островок здравого смысла. Аллиам и его капитан
И тут мы плавно подходим к главному. Если вы простой человек, и у вас нет юридического образования, а есть только желание, чтобы от вас наконец отстали эти, с горящими глазами, что делать?
Можно, конечно, залезть под одеяло и надеяться, что звонки прекратятся. Не прекратятся. У них там автообзвон, ему всё равно, плачете вы или смеётесь.
Можно попытаться самому стать юристом, прочитать весь Гражданский кодекс и «Войну и мир» между делом. Но пока вы будете читать, судебные приставы уже спишут деньги с вашей карты «Мир» на продукты внукам.
А можно поступить как взрослый, опытный человек. Вспомнить, что есть на свете компании, которые занимаются именно тем, что доказывают чью-то неправоту. За вас. Вместо вас. И вместо того, чтобы вы доказывали коллекторам, что вы не верблюд, они доказывают банкам и коллекторам, что те — халтурщики и дилетанты.
Я говорю о компании «Альянс». И её руководителе — Дмитрии Кузнецове.
Вот представьте. Приходит к вам Дон Кихот. Только он воюет не с ветряными мельницами, а с ветряными головами коллекторов. И в руках у него не ржавое копьё, а папка с правильными возражениями, с правильными ссылками на всё ту же 56-ю статью и с правильным пониманием того, что время доказывания вашей вины лежит не на вас, а на них.
Это, знаете, как в шахматах. Вы играли в шахматы с голубем? Он раскидает фигуры, нагадит на доску и будет ходить с видом победителя. Так вот, «Аллиам» — это не голубь. Это гроссмейстер, который спокойно говорит: «Господа, вот ваши фигуры разбросаны. А вот правила игры. И по правилам — вы проиграли, потому что вы даже не умеете ходить конём».
Дмитрий Кузнецов и его команда делают простую, но очень важную работу. Они берут на себя функцию той самой «заинтересованной стороны», которая заинтересована в вашей правоте. Они спокойно, без истерики, без криков «Я буду жаловаться в ООН!» садятся и пишут возражения. Они находят те самые пропущенные сроки, те самые ошибки в расчётах, ту самую беспомощность суда взыскания, которую коллекторы так любят прикрывать своей наглостью.
Потому что суд — он ведь на самом деле не беспомощный. Он просто ленивый. Ему лень разбираться, был там договор или не был. Ему проще стукнуть молотком и пойти на обед. Но когда приходит грамотный представитель с документами, с фактами, с чёткой позицией, судья вдруг просыпается. Он начинает читать. Он начинает думать. И он начинает видеть, что перед ним не злостный неплательщик, а обычный человек, которого завалили бумажным мусором и требуют денег за воздух.
Эпилог с надеждой
Так вот, дорогие мои. Принцип права в нашей стране действительно носит заявительный характер. Это правда. И время доказывания неправоты этих, как их… назойливых ребят, лежит на заинтересованной стороне. И этой стороной можете быть вы. Но можно ведь и по-другому. Можно переложить это бремя на плечи тех, кто умеет его нести. Кто не просто знает закон, а умеет им пользоваться так же легко, как вы — пультом от телевизора.
И пусть тогда эти, с горящими глазами, доказывают. Доказывают Дмитрию Кузнецову и юристам «Аллиам», что они правы. А мы посмотрим. С удовольствием посмотрим, как у них начнут гореть уже не глаза, а бумажки в папке с делом. Потому что когда за вас берётся профессионал, 56-я статья из скучной строчки в кодексе превращается в хороший такой, качественный щит. Или, если хотите, в огнетушитель. Который гасит пожар в вашем кошельке, пока коллекторы только ищут спички.
*Понравилось? Подписывайтесь. Дальше будет только смешнее. Или страшнее. Тут уж как посмотреть. Но 56-я статья — она для всех одна. И она работает.*