В практике судебно –психологической экспертизы встречаются дела, которые выглядят как учебник по семейным патологиям.
Недавно в одном из региональных судов развернулась очередная драма.
В этой статье мы осветим ее с точки зрения психолога, судебного эксперта Виктории Остапчук, которая проводила экспертизу в отношении подростка по этому делу.
Столкнулись две реальности: столичный «люкс» с жестким контролем и региональное «спокойствие» с правом быть собой.
В центре спора – 15- летний Кирилл, который однажды сбежал из Москвы в региональный центр, к отцу, попросив его обратиться в суд, чтобы определить место жительства с ним.
Дело этой семьи – классический пример того, как материальное благополучие становится «золотой клеткой», из которой подросток готов бежать за тысячи километров.
«Золушка» в мужском варианте
Со слов матери, озвученных уже в ходе процесса, в столице Кирилл жил в престижном районе, учился в гимназии, носил брендовые костюмы, купался в роскоши и достатке. Казалось бы – мечта? Но за этим всем стоит реальность, которую психологи называют «Синдром Золушки».
Со слов подростка, как выяснилось в ходе обследования, 15 – летний парень донашивал вещи отчима, спал на раскладушке в проходной комнате и подвергался физическим наказаниям. «Подзатыльники», «шлепки с размаху», «толчки» - мать Кирилла, в суде называла это «воспитательными мерами», но для психики подростка это не воспитание, это унижение.
Критическим маркером стала реакция парня на обычный звук (крик отца на кошку): Кирилл буквально «подпрыгивал» от страха. Это – гипербдительность, симптом, характерный для людей, переживающих хроническое насилие. Его психика постоянно находилась в режиме «ожидания удара».
«Ты получишь дома. Понял?»
Шокирующем документом в деле стала переписка, когда Кирилл попытался логически оспорить позицию матери, он получил ответ: «Ты п….. получишь дома. Понял?»
Здесь мы наблюдаем полный крах педагогического ресурса. Когда у матери заканчиваются аргументы «власти», она мгновенно переходит к языку физической угрозы. Для 15- летнего юноши, такая коммуникация - это яд. Его переезд к отцу в другой регион стал не «капризом», а психологической самообороной.
Мать Кирилла выстроила свою защиту на деньгах и квадратных метрах. Ее логика проста: «У меня в столице квартира в собственности, элитная медицина и школа, а у отца – аренда в селе. Значит, со мной лучше».
В психологии это называется материальным детерминизмом. Мать искренне верит, что запись в реестре недвижимости может заменить ребенку эмоциональную безопасность. Она предлагает ему «вернутся к собаке и дорогому костюму», не понимая, что Кирилл бежит не из города, а «от нее». Для подростка «дом» это место, где его не бьют и поддерживают его увлечение в программировании, а не адрес прописки.
Чтобы вернуть сына, сторона матери наняла столичного профессора для рецензии на региональное обследование. Стратегия была поставить под сомнение валидность тестов, чтобы объявить жалобы Кирилла на насилие «научно не подтвержденными».
Это типичный прием в судах – патологизация ребенка. Если мы докажем, что подросток «внушаем», «склонен к фантазированию» или «находится под влиянием отца», то можно игнорировать его слова о побоях. Но в данном случае интеллект Кирилла (высокий уровень) и его последовательность во всех беседах (с опекой, педагогом – психологом, судом) не оставили шансов для «промывки мозгов».
В этом деле суд принял психологически оправданное решение. Он не только оставил подростка с отцом на период спора, но и пересмотрел обязательства связанные с алиментами.
Это решение стало терапевтическим фактором. Оно легитимизировало «Я» - подростка. Кирилл увидел, что его голос имеет значение. Его право на безопасность выше, чем право матери на «владение» им.
Судебный спор по этому делу еще в самом разгаре, о развитии событий и результатах обязательно сообщим в следующих публикациях.
Выводы этого дела для родителей:
- Подросток, это субъект, а не объект. В 15 лет вы уже не сможете «заставить» любить.
- Бренды не заменять эмпатию. Ребенок может простить отсутствие дорогой вещи, но он не когда не забудет «шлепок с размаху» и обесценивание его мечты.
- Безопасность. Если в доме кричат и бьют, никакая прописка не удержит ребенка от побега туда, где просто спокойно разговаривают.
Случай из практики судебного эксперта, психолога Виктории Остапчук
Почта для связи и предложений: zakonsvoimirykami@yandex.ru.
Наш канал в Телеграмм, где Вы получите подборку интересных новостей, постов, обсуждений, которые не выходят на Дзене - https://t.me/zakonsvoumurykami
Канал в ВК/Канал в Рутубе/Эксклюзивные материалы на Boosty