и как не стать одним из них
Март 2020 года. Мир входит в локдаун. Фондовый рынок США падает на 30% за три недели. S&P 500 теряет несколько лет роста.
Тысячи частных инвесторов делают одно и то же: открывают приложения брокеров и нажимают кнопку «продать». Они фиксируют убытки. Каждый — в размере от десятков тысяч до миллионов рублей.
В ноябре 2020 года рынок не только восстанавливается, но и обновляет исторические максимумы. Через год он выше на 40% относительно докризисного пика.
Те, кто продал в марте, остались в минусе. Те, кто ничего не делал, — заработали.
Почему рациональные, образованные люди принимают одинаково невыгодные решения?
Ответ лежит в особенностях работы мозга. Исследования в области поведенческой экономики (работы Канемана и Тверски, нобелевские лауреаты) показали: боль потери примерно в два раза сильнее, чем радость приобретения. Потеря 10 000 рублей переживается острее, чем находка 15 000 рублей.
Когда акции падают на 20%, мозг воспринимает это как катастрофу. Даже если компания отчиталась о рекордной прибыли. Даже если причины падения — внешние и временные. Страх перебивает анализ.
Второй фактор — неспособность отличить волатильность от реального риска.
Волатильность — это временные колебания цены. Компания продолжает зарабатывать деньги, выпускать продукцию, платить дивиденды. Ничего не изменилось, кроме настроений толпы.
Реальный риск — это необратимые изменения: банкротство, уголовное дело против менеджмента, технологическое устаревание бизнеса, запрет на деятельность со стороны регулятора.
Проблема в том, что на ценовом графике эти два явления выглядят одинаково. Акции падают — и в первом, и во втором случае. Отличить одно от другого можно только через анализ отчётности, новостей и бизнес-модели. Но в момент паники никто этим не занимается.
Статистика брокеров неумолима: 80% частных инвесторов продают активы при просадке более 20%. При этом 70% из них в течение следующих шести месяцев признают, что решение было ошибочным.
Есть ещё один фактор — издержки принятия решений.
Каждая продажа и покупка — это комиссия брокера, биржи, налоги. Частая смена позиций превращается в «комиссионный гамбургер»: инвестор работает в ноль или минус, а брокер стабильно зарабатывает.
Самый показательный пример — статистика фондового рынка за 50 лет. Среднегодовая доходность индекса S&P 500 — около 9–10% годовых. Но средняя доходность частного инвестора — около 3–4%. Разница в 6% ежегодно уходит на ошибки, панику и комиссии.
Те, кто просто покупает индексный фонд и не трогает его годами, обгоняют 80% активных трейдеров. Без специальных знаний. Без анализа графиков. Без прогнозов.
Просто за счёт одного качества — отсутствия реакции на панику.