В плену у невежества
Царство Небесное — это Сам Иисус Христос. Он идёт и сеет сыновей Своего Царства. Тот, кто нашёл Христа, уже находится в Царстве Небесном.
До Христа человечество ничего об этом не знало, потому что его сознание находилось — да и продолжает находиться — в плену у невежества.
Невежество — это дом и мир людей, в узах которого они родились и закоснели. Другого мира они никогда не знали, а многие, даже наслышавшись, не желают о нём знать.
Иисус Христос пришёл и оставил нам Евангелие Царства — этот великий Свет, провозглашающий: «Оставьте неразумие, и живите, и ходите путём разума», «Познайте истину, и истина сделает вас свободными».
И те немногие, бывшие соузники этого дома, которых освободил Свет Евангелия от уз невежества, пробившись к истинному Свету и желая донести своим бывшим сопленникам, что есть настоящая жизнь и настоящее Царство, часто подвергаются насмешкам и нападкам.
---
Чему уподобить духовное невежество?
Оно подобно глубокому сну. Поэтому Христос и говорит:
«Царство Небесное можно сравнить с человеком, который посеял на своём поле хорошие семена. Ночью, пока люди спали, пришёл его враг, посеял между пшеницей сорняки и ушёл. Когда пшеница взошла и дала колос, тогда показались и сорняки. Работники пришли к хозяину и сказали: „Господин, разве не хорошие семена ты сеял на своём поле? Откуда же взялись сорняки?“ Он ответил: „Это сделал враг“. Тогда работники спросили: „Хочешь, мы пойдём и выполем их?“ Но он сказал: „Нет. Потому что, выбирая сорняки, вы можете случайно вырвать вместе с ними и пшеницу. Оставьте их расти вместе до жатвы. А во время жатвы я скажу жнецам: соберите сначала сорняки и свяжите их в пучки, чтобы сжечь, а пшеницу соберите в моё хранилище“».
---
Если классифицировать все виды невежества по сферам, то духовное невежество заняло бы первое место по важности и значимости. Оно совершенно отличается от других форм незнания.
Обычное невежество решается просвещением плотского ума. Духовное же — просвещением ума духа. И это не под силу букве.
Обычное невежество сначала учится, а потом просвещается. Духовное же — сначала просвещается, а потом учится.
Как говорит апостол Павел: «Бог, повелевший из тьмы воссиять свету, озарил наши сердца, дабы просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа».
Чему ещё уподобить духовное невежество?
Оно подобно духовной смерти — хрустальному гробу из Пушкинской сказки, где голосом Христа, как голосом царевича, звучит повеление: «Встань, спящий, и воскресни из мёртвых, и осветит тебя Христос».
Оно подобно глубокой темнице Платона — пещере, в которой есть широкий просвет. С малых лет — говорит Платон — у людей на ногах и руках оковы (оковы невежества), так что они не могут двинуться с места и видят только то, что у них перед глазами, потому что голову повернуть не могут из-за этих оков.
Люди обращены спиной к свету, исходящему от огня (источника света), который горит далеко в вышине. А между огнём и узниками проходит верхняя дорога, ограждённая невысокой стеной — вроде ширмы, за которой фокусники помещают своих помощников, когда поверх ширмы показывают кукол.
Никакой темницы и пещеры, конечно же, не существует. Платон метафорически описывает состояние невежества, в котором находится сознание человечества. Интерпретировать это можно по-разному — хотя бы потому, что невежество бывает разным. Но мы говорим о духовном невежестве.
---
Узники темницы
Узниками этой темницы невежества являются люди — всё человечество. Как они там оказались? По причине грехопадения Адама. Вкусив от дерева познания добра и зла, они получили знание, но вместе с ним и забвение — забвение о Боге. С тех пор (и до встречи со Христом) люди видят только тени. Я намеренно говорю «видят» в настоящем времени: кто не познал Христа, тот и сегодня видит только тени.
Платон говорит об одном источнике света. Но источников, отбрасывающих тень (по крайней мере, в вопросах Богопознания), в истории человечества было больше.
Первый источник — сам просвет в эту пещеру, который пропускает лучи Божественного света и отбрасывает тени. О таких тенях пишет апостол Павел: «Невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы».
Просвет в пещере Платона — это и есть тот невидимый свет силы и Божества, о котором говорит апостол Павел. Он прорывается в тёмные пещеры, проецируя тени на стену сознания.
Вот первые тени Божественного света, которые столетиями рассматривало человечество: рассматривание творений. Умозрительно это дало людям понять причину этих теней — Бога Творца. Но: «познав Бога, не прославили Его, как Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих, и омрачилось несмысленное их сердце; называя себя мудрыми, обезумели и славу нетленного Бога изменили в образ, подобный тленному человеку, и птицам, и четвероногим, и пресмыкающимся».
Не о том же ли говорит и Платон?
«Если бы узники могли беседовать друг с другом — разве не считали бы они, что дают название именно тому, что видят? Если бы в их темнице отдавалось эхом всё, что произносит любой из проходящих мимо, — разве они не приписали бы эти звуки чему-нибудь иному, а не проходящей тени? Такие узники целиком и полностью принимали бы за истину тени проносимых мимо предметов. Это совершенно неизбежно».
Так и здесь. Рассматривая творения как тени, человечество осуетилось в умствованиях, и несмысленное сердце стало приписывать этим теням голоса Создателя и нарекать теням имена Божества.
Наблюдая за тенями, которые отбрасывают на стену пещеры Божьи создания, люди не могли не заметить ещё одну тень — тень собственной смерти. Она пугала узников, стала предметом жарких споров и заставила задуматься о причине своей кончины.
Если кто-то осмеливался оглянуться и посмотреть на источник этой тени, он замечал свет, исходящий от можжевелового куста, который горел, но не сгорал. Этот свет ярко освещал то, что отбрасывало тень смерти — грех. А источником этого света был закон Моисея, потому что закон открывает нам понимание греха.
Это стало причиной нового бурного обсуждения среди заключённых: кто же виновен в этом грехе и смерти? Они видели, как на стене время от времени появлялись надписи, напоминающие о библейских заповедях: «Не убий», «Не прелюбодействуй», «Не укради», «Не лжесвидетельствуй».
И, подобно зверям из басни Крылова, они начали искать, на кого возложить ответственность за эту трагедию.
Конечно же, виновника следовало искать среди узников. Посоветовавшись, решили приносить жертвы богам. Но поскольку они могли видеть лишь тени — а тени представлялись им то деревьями, то животными, то солнцем, то луной и звёздами, то страшными, то суровыми, — они решили: нужно приносить жертву теням как богам.
Так проходили столетия. Узники темницы приобрели «свою мудрость» и стали воздавать друг другу почести и похвалу. Они награждали тех, кто обладал наиболее острым зрением, лучше других замечал происходящие события и мог запомнить, что обычно появлялось первым, что — после, а что — одновременно. На основе этих наблюдений они предсказывали будущее.
---
Свет, который всё меняет
Однако произошло нечто, что полностью изменило представление пленников об их пещере. Внезапно их осветил яркий свет такой силы, что некоторые из них перестали различать тени и увидели только свет. На стенах пещеры не было никого. Ничто больше не пугало их. А то, что они считали божествами, оказалось лишь творениями. Глаза пленников открылись, и оковы спали с них сами собой.
Однако некоторые из освободившихся узников, осознав, что больше не связаны с тьмой, не сразу поняли, как выйти из пещеры. Они не спешили рассказывать другим о новом свете, опасаясь, что резкий переход может ослепить их, — ведь за долгие годы пребывания в темноте они привыкли только к теням.
Они решили использовать этот свет постепенно, показывая узникам лишь его отблески и тени, чтобы сохранить им зрение и уберечь от безумия.
Прошло много столетий. Тени стали восприниматься как традиции и заменили собой истинный Свет. Узники, заключённые в оковы невежества, по-прежнему сидят спиной к Свету, но теперь они утверждают, что тени и есть тот самый Свет.
Лишь немногие были освобождены Светом от пут невежества. Они указывали на истинный путь и выход из этой темницы, призывая отказаться от теней и обратиться к Свету. Но их слова вызывали лишь насмешки.
---
Кем вы себя видите?
– Узником, рассматривающим тени традиций, подменяющими Свет - Христа?
– Свободным от оков, но показывающим кукольный театр из теней?
– Человеком, которого Свет - Христос освободил от цепей и который теперь стремится к выходу?
---
P.S. Эта притча не против церкви, она за то, чтобы тени церковных традиций не заслонили Христа.