В 1960-х годах советские геологи бурили скважины в Якутии и вытаскивали из мерзлоты странные вещи. Кусок мамонтового мяса, который пах как свежий. Комок земли с живыми бактериями внутри. Деревянную ложку возрастом в несколько тысяч лет.
А потом все это портилось за пару суток. Или оказывалось так опасно, что его возвращали обратно. Или рассыпалось в пыль от прикосновения.
Прошло шестьдесят лет. Бурильные установки стали точнее. Микроскопы видят отдельные атомы. Генетики расшифровывают ДНК мамонтов за неделю. Но три категории находок сибирская мерзлота по-прежнему держит крепко. И отдавать не собирается.
Разберем по порядку.
Древние вирусы, которые никто не хочет будить
В 2014 году команда микробиолога Жан-Мишеля Клавери из Университета Экс-Марсель вытащила из сибирской мерзлоты вирус возрастом 30 тысяч лет. Назвали его Pithovirus sibericum. В лаборатории он проснулся. Начал размножаться. К счастью, заражал только амеб.
В 2023 году та же группа опубликовала в журнале «Viruses» работу о девяти новых «зомби-вирусах», поднятых из тех же слоев. Самому старому оказалось 48 500 лет. Это рекорд возраста для живого вируса на планете.
А теперь представьте, сколько их там еще.
По оценкам Клавери, в верхних двадцати метрах якутской мерзлоты спит биомасса микроорганизмов, сопоставимая по объему с населением всех океанов. И среди них почти наверняка есть патогены, которые когда-то болели на мамонтах, шерстистых носорогах, первобытных людях.
Почему их не достают и не изучают массово? Потому что правила биобезопасности уровня BSL-4 требуют отдельной лаборатории размером с небольшой завод. Таких в мире около пятидесяти. Везти в них пробы через три часовых пояса, в замороженном виде, с соблюдением цепочки холода — логистический кошмар.
Но главное не это. Вирусолог Биргитта Эвенгорд из Университета Умео еще в 2021 году предупреждала: мерзлота тает сама. По данным Росгидромета, температура многолетнемерзлых пород в Якутии за последние 40 лет выросла на 1,5–2 градуса. То есть ученым не нужно ничего доставать. Мерзлота скоро достанет все сама.
Просто она не спрашивает, готовы ли мы.
Мясо мамонтов, которое нельзя ни съесть, ни нормально изучить
В 1901 году на Колыме нашли знаменитого Березовского мамонта. Его мясо, пролежавшее в земле сорок тысяч лет, выглядело свежим. Ездовые собаки ели его с аппетитом. Один из участников экспедиции, по легенде, попробовал на вкус. Сказал: «Жестко и пахнет землей».
С тех пор прошло больше ста лет, и правило одно: мамонтов находят регулярно, а нормально сохранить их мягкие ткани не удается почти никогда.
Вот парадокс. Пока мамонт лежит в мерзлоте при стабильной температуре около минус семи градусов, белки в его клетках сохраняются десятки тысяч лет. Как только его вытаскивают, начинается ад. Лед внутри тканей испаряется, клетки схлопываются, бактерии, дремавшие тысячелетиями, просыпаются и начинают пировать. За сутки мамонт превращается в лужу.
В 2013 году в Якутии нашли мамонтенка Юку. У него сохранились мышцы, кровь в сосудах, даже мозг внутри черепа. Сохранность уникальная, такого в мире еще не было. Российские и южнокорейские ученые из Sooam Biotech попытались извлечь живые ядра клеток, чтобы потом теоретически клонировать мамонта.
Знаете, что получили? Фрагменты ДНК. Разорванные на тысячи кусочков. Ни одной живой клетки за десять лет работы найти не удалось.
Причина физическая. Когда вода в клетке замерзает, она расширяется и разрывает мембраны изнутри. Это происходит независимо от того, как быстро наступил холод. Поэтому классический криосон, о котором пишут фантасты, для мамонта не сработал. Его ткани целы только на вид.
Я когда это узнал, сразу вспомнил замороженный пельмень, пролежавший в морозилке полгода. Выглядит нормально. Варится — разваливается. Мамонт примерно такая же история, только в масштабе тундры и на сорок тысячелетий длиннее.
А еще мясо мамонта нельзя хранить долго даже в лаборатории. Самый низкотемпературный промышленный холодильник держит минус восемьдесят. Мерзлота держит минус семь, но стабильно и десятки тысяч лет. Ученые пока не научились повторять этот режим искусственно.
Артефакты, которые рассыпаются на глазах
В 1993 году археолог Наталья Полосьмак из Новосибирского института археологии и этнографии СО РАН раскопала на плато Укок мумию, которую позже назвали Принцессой Укока. Ей около 2500 лет, пазырыкская культура. На теле татуировки, рядом шесть коней, одежда из шелка и войлока, деревянная посуда.
Мумию достали. И дальше началось то, что археологи называют «гонкой со временем».
Кожа начала темнеть через часы. Татуировки теряли контраст. Войлок крошился. Реставраторы в экстренном режиме заливали находку химическими растворами, часть предметов консервировали в Москве, часть в Новосибирске. В итоге Принцесса сохранилась, но ее одежда и деревянные артефакты дошли до нас с огромными потерями.
Почему? Дерево, кожа, ткань, войлок в мерзлоте консервируются за счет того, что в них нет свободной воды и нет кислорода. Как только эти два фактора возвращаются, начинается окисление и гниение. Бактерии, грибки, ультрафиолет — все включается одновременно.
По оценкам археолога Владимира Питулько (ИИМК РАН), в якутской и чукотской мерзлоте сейчас лежат сотни, если не тысячи стоянок древнего человека возрастом от 10 до 40 тысяч лет. Там могут быть деревянные орудия, кожаные изделия, одежда. Все это вещи, которые в обычной почве не сохраняются вообще никогда. Там они не дожили бы и до бронзового века.
Но у нас нет технологии, чтобы быстро вынуть артефакт, не дав ему контакта с воздухом, и доставить в климатическую камеру. Экспедиция в Якутии — это вертолет, полевой лагерь, генератор, ближайший город за триста километров. Вы не донесете находку в стерильной азотной атмосфере через тайгу.
И пока экспедиции спорят о логистике, мерзлота тает. На Ямале в 2023 году обвалился берег, и из обнажившегося среза посыпались кости, бивни, куски кожи. Никто не успел ничего задокументировать как следует. За две недели все унесло в реку.
Сейф с замком, от которого потеряли ключ
Сибирская мерзлота работает как идеальный биологический и археологический холодильник. Лучше любого музея, лучше любой лаборатории. Она хранит вирусы живыми, мамонтов мягкими, а деревянную ложку 2500-летней давности — целой.
Проблема в том, что этот холодильник открывается только на вход. На выход — почти не работает. Технологии, которая позволила бы достать оттуда что-то и сохранить в прежнем виде, у нас нет до сих пор.
И знаете, что самое грустное? Мерзлота решила этот вопрос за нас. К 2100 году, по прогнозам IPCC (шестой оценочный доклад, 2021 год), до четверти многолетнемерзлых пород Северного полушария просто оттает. Все, что она держала 60 тысяч лет, окажется на поверхности.
Вопрос только в том, успеем ли мы подставить ведро. И какого размера оно нам понадобится.
Если увидите где-нибудь в Якутии торчащий из земли бивень, не трогайте. Сфотографируйте, запишите координаты, напишите в местный институт. Серьезно, это не шутка. Даже ученые с тридцатилетним стажем иногда жалеют, что не оставили находку в земле.