Севастополь. Весна. Бухта Карантинная. Немолодой, но очень сильный во всех смыслах самец белобочки лежит на мели.
Ah s..., here we go again
Вы на канале АНО "Лаборатория Афалина" - крупнейшем и первом современном научно-популярном ресурсе, посвящённом китообразным
Автор: Пётр Дёминов
Все представленные фото, если не указано иное: АНО "Лаборатория Афалина"
На этот раз мне выпала честь не быть пассивным наблюдателем происходящего: я оказался в эпицентре событий едва ли не с самого начала - спустя несколько часов после выброса, который вскоре стал не просто "выездом", а ещё одной попыткой спасти дикую белобочку в совершенно неприспособленных для этого условиях.
Впервые сообщение о белобочке, плавающей в самом конце Карантинной бухты - появились в пятницу, 17 апреля, около 9 утра. По счастливому стечению обстоятельств - к обеду я уже был на месте и принял вахту от примчавших первыми учредителей "Безмятежного моря" - те, как всегда, не отсиживались в "штабе", занимаясь "руководством и координацией" - а оказались на передовой почти моментально.
Почему он выбросился?
На тот момент дельфин ещё не выбросился. Он нарезал круги на относительном мелководье, и человеку "не в теме" вполне могло бы показаться, что с ним ничего страшного не происходит: подумаешь, плавает себе дельфин. Сам же плавает? Наверное, охотится или спит.
Но нам, как и тем, кто прочитал недавнюю статью, сразу стало всё ясно. И пускай этот дельфин послужит примером для объяснения и ещё одного подтверждения того, что причина выбросов всегда только одна:
Да, дельфины действительно могут заходить в бухту для охоты. И в бухте действительно много рыбы. Но так делают а) прибрежные подвиды и б) активные особи.
Белобочка - вид пелагический, то есть - обитающий на значительных глубинах в отдалении от берега. Здоровую белобочку невозможно увидеть на побережье. Охотой у берега, как можно видеть по роликам с Анапы и других стран, занимаются, в основном, афалины.
Кроме того, поведение дельфина в этой ситуации недвусмысленно намекало: он слаб и действует вполне осознанно. Он долго крутился, "прицеливаясь" к мели, одновременно её опасаясь и желая облегчить свою участь. Пока у него были силы держаться на воде - он плавал на глубине, но специально ушёл на мелководье, чтобы иметь возможность лечь. Это - не сбой навигации. Это - инстинктивная предусмотрительность в борьбе за жизнь!
В такие моменты, когда дельфин "примеряется" к выбросу - самое важное - не мешать ему и никак не взаимодействовать. Пока он в силах реагировать на окружающий мир, человек для него - неизвестная угроза. Зайдя в воду, даже с самыми благими намерениями - человек испугает дельфина. А уж если начать проводить диагностику, манипуляции, насильно его перемещать - то адреналин и стресс перекроют это недомогание: дельфин потратит последние силы, чтобы уплыть от угрозы. Но это - не "лечение" и не "спасение", а напротив! После того, как он успокоится и уплывёт - болезнь навалится на него с новой силой - и, если повезёт, он снова будет кружить на мели. А если нет...
На следующий день он всё-таки начал ложится. Но делал это мягко и осторожно, не доверяя возникающей опоре. Коснётся плавниками земли - и отдёрнет, уплывёт на глубину. Станет ему снова хуже - повернёт на берег, ляжет мягко на грунт - испугается плеска, взмахнёт хвостом - и вот он снова на глубине.
Как же, глядя на этот процесс, я недоумевал и возмущался тем "теориям", которые мы совсем недавно разбирали. Почитаешь СМИ, газеты и интернет - и вырисовывается картина, словно дельфин со всего маху прыгает на берег, а потом никак не можёт сняться с мели и уйти в воду - если его, конечно, не подцепить за плавник и не выволочь на глубину...
Абсолютно очевидно: и здесь, и в других местах - если дельфин вышел на берег - то он сможет вернуться. Они не выскакивают на песок в двух метрах от моря - фото с подобным положением - это, как правило, выброшенные штормом трупы. В остальных случаях - у них есть силы и умения, чтобы без посторонней помощи уйти на глубину. Но нет сил и желания.
Когда дельфин окончательно "припарковался" - работа закипела. Нужно было срочно взять анализы и провести для него диагностику. Это делали специалисты "Безмятежного моря" днём 18 апреля.
А ночь досталась нам.
Я прибыл, доставив с собой "тревожный рюкзак" - самое необходимое для дежурств не только для меня, но и для остальных: палатка, спальник, резервные водонепроницаемые бахилы, тёплые вещи - мой посильный вклад в наше общее дело.
Из-за проблем с логистикой, которые как будто специально тормозили меня, накладываясь одна на другую, я прибыл на место только к полуночи, заплатив приличную сумму и за междугородний автобус, и за ночное такси, ожидавшее у вокзала. На месте меня ждал волонтёр "Безмятежного моря" Сергей, уже имевший опыт дежурства с Бубликом. Ночь мы разделили вахтами в воде - холодной и совершенно неприветливой в эту особенно холодную и пасмурную для Крыма весну.
Теперь мне удалось разглядеть его вблизи: даже без взгляда на "первичные половые признаки", тщательно скрытые у дельфинов, было ясно, что это -
Самец.
Многочисленные шрамы "украшали" этого, видимо, доминантного бойца. Они покрывали его лобную жировую подушку, плавники, на роструме отпечаталось две крупных и относительно свежих полосы - в общем, по следам боёв было ясно, что он - большой ветеран любовных схваток.
В боях он активно оборонялся - об этом говорит и отсутствие зубов... Частично.
Первая ночь прошла относительно хорошо. Он был не слишком активен, но и не показывал каких-то страшных тенденций: для дельфинов это - стоны, заваливание на бок (потеря стабилизации и плавучести), посторонние запахи из дыхала.
Но! В отличии от здорового дельфина - он больше не реагировал на присутствие рядом человека, прикосновения и "направление" его вперёд и назад.
К утру он стал активнее - видимо, с лучами солнца, как это часто бывает у всего живого, появилась большая уверенность и облегчение. Он начал робкие попытки охоты, слушая плеск воды и наблюдая рыбу, обнаглевшую настолько, что проносилась прямо перед его носом (вернее - рострумом)
Но для полноценной охоты он слишком слаб и болен. Несколькими взмахами хвоста он развивал скорость, он направлялся в сторону рыбы - но на большее его не хватало. Я уверенно догонял его пешком, в воде, а рыба - разбегалась, играя с ним, когда он приближался. Силы быстро покидали его и он возвращался на берег.
Иногда он даже пытался эхолоцировать - было слышно характерные щелчки и гудение. Но дыхало было на воздухе, он не заныривал, а значит - и эффект был минимальным.
Тем не менее, проснувшийся аппетит толкал его по направлению к рыбе. И иногда он пытался уйти за ней на глубину - туда, куда я не мог пойти за ним. В такие моменты его приходилось мягко, но настойчиво одёргивать за плавник - и видеть его полную досады морду - ведь это я "сорвал" ему охоту.
Будь он здоров или хотя бы не так критически болен - ему бы ничего не стоило вырваться из моих "объятий", уйти на глубину, дёрнуть меня так, что я сам бы упал в воду - в конце концов, ударить хвостом и цапнуть. И это не условности фантазий - достаточно вспомнить, как сотрудники "Безмятежного моря" пытались снять с активных дельфинов в Балаклаве леску: поймать дельфина, который хорошо себя чувствует - почти невозможно: он извивается, брыкается, таранит и бьёт хвостом. Нужно три человека, чтобы удерживали его - и один, чтобы снял леску.
Этот же - реагировал на мою руку как на непреодолимый стихийный фактор, отталкивающий его от заветной цели. Он не мог с этим ничего сделать, никак этому помешать. Я же - придерживал его одной рукой, мягко направляя к себе, а он повиновался, будто был не диким дельфином, а надувным матрасом.
В 8:30 я сдал дежурство и отправился домой.
Что с ним?
Этот вопрос, конечно, интересовал всех. И следующий день должен был помочь в разрешении этой загадки.
Домой я добрался к часу дня. Пару часов мне удалось поспать. Затем - пересобрать рюкзак, написать пост в соцсети, проверить всё - и снова в путь.
И снова беда с логистикой: из-за вражеских атак на Севастополь - в связи с воздушной тревогой электричка и весь общественный транспорт были остановлены. Больше двух часов пришлось ждать, чтобы добраться до вокзала, оттуда - снова на такси - к бухте.
Там терпеливо дожидались меня штатные сотрудники "Безмятежного моря", передавшие мне много важной информации по дежурству.
Снова ночь.
На этот раз дельфин вёл себя хуже - его скручивало, он стал сильнее заваливаться на бок, хуже реагировал на препятствия, не сильно их "обходя". Он то искал и врезался в пучок дрейфующих водорослей, которые пытался взять в рот, то вдруг паниковал без причины, то ложился на мель и подолгу лежал с закрытыми глазами, подёргивая поднятым вверх хвостом.
Ещё при первой встрече я заметил, что у него "выбеленные" плавники - особенно спинной, но также и грудные были далеко не чёрными. На хвосте вообще попадались чисто белые пятна. Перед нами - лёгкой формы альбинос!
Депигментация у белобочек - явление не новое. Это стало результатом сокращения популяций, и, как следствие - обеднения генофонда. До 1966 года СССР, Румыния, Болгария - промышляли дельфинов на мясо. Турция продолжала это делать официально до 1983 года, однако и в 90-х дельфинье мясо и жир тым встречались. И основным объектом промысла были именно белобочки - за счёт того, что они более стайные и "простые" в поимке существа. Промысел нанёс белобочкам огромный урон, последствия которого мы видим на Споти - мутация в окрасе стала практически нормой, и в последнее время стали встречаться мутации иного, более угрожающего плана.
Тем не менее, черноморские белобочки до сих пор внесены только в красную книгу Крыма, но не России и не Причерноморья.
Кроме этой генетической мутации - его тело было всё испещрено белыми точками - словно он был не дельфином, а леопардом или далматинцем: это давал знать о себе другой спутник диких дельфинов - грибок.
Грибок - это довольно распространённое явление у живущих в воде дельфинов. Но при ослабленном иммунитете - он расползается по всему телу и, конечно, ухудшает состояние животного. Это - не просто "некрасиво", но и вполне опасно.
Правда, эти пятнышки, которыми он так усеян - это не причина выброса, а следствие, видимо, затяжной болезни, которая долгое время ослабляла его организм.
12 часов на берегу
Ночь прошла относительно спокойно, настало утро. Но дельфин больше не гонялся за рыбой, не стремился на глубину - напротив, он всё больше лежал на мели и качал хвостом из стороны в сторону. И я решил остаться - по крайней мере, на утро, до прихода ветеринаров.
Утром появилась возможность хотя бы выйти из воды. Друзья, участники и нашей организации, и "Безмятежного моря" - помогали утром, принесли тёплый чай и кашу, что было особенно актуально, ведь на рассвете меня уже трясло от холода.
Пригрело солнце, появились специалисты. Мы совместными усилиями принялись кормить, лечить и обследовать дельфина
И вот что узнали:
Анализы показали текущую бактериальную и вирусную инфекции, а также - явные проблемы с системой пищеварительной. Вот это - действительно серьёзная проблема, на фоне которой грибок - это просто осложнение, с которым его иммунитет может справится.
Тревога
Участившиеся в последнее время атаки на Севастополь - мешают не только логистике, но и спасению: стоять с дельфином под вой сирен и разрывы сбитых целей - это не героизм, а безрассудство. Мы очень ценим наших волонтёров и правильно ставим приоритеты: не стоит человеку рисковать жизнью ради того, чтобы присмотреть за дельфином. К счастью, за время тревоги, сколько бы она ни длилась, катастрофы случится не может - состояние дельфина и принятые меры позволяют пережидать атаку в укрытии, которое было найдено и осмотрено совсем рядом.
Но есть и ещё одна беда:
Уже несколько дней в Севастополе горит подбитый резервуар. Смог, копоть, дым - это ужасно для экологии. Токсины оседают на землю и в море, с земли смываются дождём, и со стоками текут... К нам - ведь рядом с нами и расположена насосная канализационная станция, звук которой в кошмарных снах снится тем, кто раньше дежурил с Бубликом.
К давней и в целом - ликвидированной трагедии с двумя "Волгонефтями" по всему миру сейчас присоединились атаки на танкера, взрывы нефтебаз, пожары. Особенно это страшно для нашего "замкнутого" Чёрного моря, где вся грязь и токсины - застаиваются и оседают, а не уносятся течением и разбавляются с притоком течений. Последствия всего этого - катастрофические, но имеют отложенное действие, которое нам придётся видеть в течении десятилетий.
Есть ли шансы?
Шансы на выздоровление, как и смысл лечить даже "безнадёжных" - есть всегда, и конкретно Споти - уже показывает хороший отклик. Он снова стал активнее, у него сохраняется аппетит, восстанавливается водно-солевой баланс. Если продолжать лечение, а не "отпустить" его сейчас, как только он подастся к выходу, если не будет новых сбросов, если получится поддерживать и дальше круглосуточное дежурство - есть реальные шансы спасти дельфина Споти. Он показывает хорошую стойкость и динамику к выздоровлению - и у нас есть робкая надежда, что впервые в России и едва ли не в мире, в условиях лечения на берегу - мы сможем его вылечить
Мы делаем всё, чтобы это было так.
Наш QR-код для перевода по СБП на уставную деятельность. Спасибо!
Спасибо всем, кто дочитал до конца!
Наша организация АНО "Лаборатория Афалина" занимается изучением и популяризацией науки и экологии в отношении морских млекопитающих, а также вопросами их благополучия и сохранения. Мы предоставляем нашим партнёрам и волонтёрам широкие возможности в реализации популяризаторской и научной деятельности и всегда остаёмся открыты к сотрудничеству и взаимодействию!
Вы можете написать нам на электронную почту: afalinalab@mail.ru, а также подписаться на наши социальные сети ВКонтакте, Макс, Телеграмм, Добро.РФ каналы в Дзене и ЖЖ. Заходите на наш официальный сайт афалина.рус и подписывайтесь, чтобы быть в курсе наших акций, мероприятий, материалов и других событий
Поддержать / Подписаться / Сайт / Сотрудничество