Активистка Координационного совета организаций российских соотечественников в Уругвае Сара Павличен была одной из тех, кто активно поддерживал идею создания бесплатных курсов русского языка для потомков русских иммигрантов в Уругвае. Занятия начались в декабре 2025 года при поддержке фонда «Русский мир». По словам Сары, потомки первых переселенцев из России чувствуют пустоту в душе, и возможность общения на языке своих русских предков для них очень важна.
– Расскажите, пожалуйста, как ваши предки оказались в Уругвае. Чем они занимались в России и почему решились на переезд в такую далёкую и неизвестную страну? Как складывалась их жизнь после переезда в Уругвай?
– Все мои предки были из России. Мой отец, единственный ребёнок в семье, был восьми лет, когда его родители приехали в 1929 году. Мой дед Базилио и его брат Эудженио, которым было 14 и 13 лет соответственно, кормили свою единственную корову в хлеву во время войны 1914 года, когда пришли бандиты (по крайней мере, так они нам рассказывали) и убили их четверых братьев и родителей, которые находились в доме. Два брата бежали и больше никогда не возвращались в свою деревню. В 18 лет мой дедушка женился на Анне Швед (она была старше его), затем родился Сергей (мой отец), и, поскольку у них уже были соотечественники в Уругвае, они решили туда переехать.
Мой дед по материнской линии отправился на войну в Маньчжурию, а затем также воевал на Первой мировой войне. Он оставил после себя жену, сына и двух дочерей. Когда он вернулся, дочерей уже не было: они умерли. Мой дядя родился в 1923 году, а моя мать — в 1926 году.
Когда начали распространяться слухи о новой войне, они решили переехать в Америку. Это случилось в 1938 году. Жизнь сложилась мирно: их хорошо приняли. Иммигрантские общины уже существовали, и они присоединились к группам русских евангелических христиан.
– Какие-то русские традиции сохранялись в вашей семье? Возможно, бабушки и дедушки передавали какую-то формацию о России, её традициях? Не было ли у кого-то из них желания побывать на своей исторической родине?
– Каждый вечер перед сном бабушка рассказывала нам свои истории; я была совсем маленькой. При их жизни дома все говорили по-русски, но они умерли, когда мне не было и шести лет.
Я помню семейные ценности, труд и достоинство (всё делалось всей семьёй), типичные русские блюда и моих бабушек в платках и фартуках. Думаю, все они мечтали вернуться на родину, особенно мои родители. Никогда не забуду печаль в глазах моих бабушек и дедушек и те мгновения священной тишины, когда они, должно быть, вспоминали свою жизнь.
– Вы хорошо выучили русский язык – вы освоили его в детстве или уже во взрослом возрасте? И в чём была ваша мотивация – что вам помогало учить язык?
– В детстве мои три брата и сестры, а также двоюродные братья и сёстры по субботним вечерам просили папу учить нас: мы выучили алфавит и правильно произносили буквы – никакой грамматики.
Но, поскольку мы ходили в баптистскую церковь, где всё было на русском языке, я научилась читать по сборнику гимнов, которые мы пели, и постепенно начала понимать, что там написано. Конечно, моё произношение было неправильным. Но я всегда хотела выучить его правильно, потому что это у меня в крови.
Читайте также: Как русские основали город Сан-Хавьер в Уругвае и продолжают хранить традиции
– Что из русской культуры вас особенно привлекает? Может быть, есть любимые писатели или музыканты?
– В первую очередь я люблю музыку, особенно произведения таких композиторов, как Чайковский, Рахманинов и Стравинский, и многих других. Сейчас я предпочитаю христианскую музыку; мне очень нравится слушать, как поют группы и хоры.
– Вам как-то пригодился русский язык в жизни, помимо общения с близкими?
– Я получила три медицинских образования в университете и работала как в университете, так и в частной практике. Умею читать статьи на русском языке, общаться с русскоязычными людьми (недалеко от города Пайсанду, где я живу, есть русскоязычная община), поэтому иногда врачи звонили мне, чтобы я переводила для их пациентов.
– На ваш взгляд, почему для русскоязычного сообщества в Уругвае важно поддерживать связь с Россией, её традициями и культурой?
– Поскольку первые группы иммигрантов прибыли 100 лет назад, то за столько поколений мы постепенно утратили свой язык, но наши корни остаются живыми. У нас есть объединения, где мы сохраняем наши культурные и кулинарные традиции, но нам трудно вести беседы на родном языке.
Конечно, мы хотим, чтобы наши дети прежде всего вернули себе свой язык, а также моральные и семейные ценности, которые были утрачены в этих странах.
Я мечтаю об обществе, которое любит Бога, любит свою страну, любит семью, где труд даёт людям чувство собственного достоинства и где у них есть стремление к возможностям, позволяющим им развиваться не только материально, но и как личности.
Читайте также: Соотечественница из Уругвая: «Для меня русский язык является самым важным мостом к семейной памяти и идентичности»
– Как вы думаете, почему курсы русского языка в Уругвае, которые были организованы при поддержке фонда «Русский мир», оказались востребованными?
– Поскольку большинство из нас, потомков русских, ощущает пустоту в душе, нам необходимо вернуться к своим корням и почувствовать, что мы не чужаки. Здесь мы – русские из нашего района или школы, но для Российской Федерации мы – диаспора. Юридически у нас есть документ, подтверждающий наше гражданство, но наши сердца разрываются, потому что большая часть нашей души остаётся в России. Свободное общение стало бы первым шагом на пути к общей судьбе.
Фотографии предоставлены Сарой Павличен