Компания обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю Суть претензий — возмещение ущерба из‑за незаконного использования товарных знаков бренда.
Что было ранее: Арбитражный суд ранее признал индивидуального предпринимателя виновным в административном правонарушении по ч. 2 ст. 14.10 КоАП РФ: предприниматель продавал товары с чужими товарными знаками без разрешения правообладателя. Он прекратил хозяйственную деятельность в декабре 2020 года. По версии истца, он продавал продукцию с их логотипами.
Компания оценила упущенную выгоду как разницу между ценой оригинальных товаров и контрафакта, представив справку‑расчёт производителя.
Позиция истца опиралась на нормы ГК РФ, защищающие интеллектуальную собственность:
ст. 1225, 1229, 1233, 1477, 1484, 1491 ГК РФ — исключительное право на товарные знаки;
ст. 15 ГК РФ — право требовать возмещения убытков;
пп. 3 п. 1 ст. 1252 ГК РФ — возможность взыскать убытки за незаконное использование знака;
п. 3 ст. 1484 ГК РФ — запрет на использование сходных обозначений.
Дополнительно компания ссылалась на международные соглашения:
Мадридское соглашение и Протокол — правовая охрана товарного знака на территории РФ;
статус общеизвестного товарного знака в реестре Роспатента, действует бессрочно.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска.
Аргументировав это: Злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ). Учитывая санкции ЕС против России в 2022 году и регистрацию истца в недружественной стране, суд счёл требования истца попыткой давления в условиях политической напряжённости;
Недостаточность доказательств. Истец не подтвердил: реальную возможность получить заявленную прибыль; причинно‑следственную связь между действиями индивидуального предпринимателя и убытками; меры, предпринятые для минимизации потерь (ст. 404 ГК РФ).
Расчёт упущенной выгоды носил вероятностный характер и не учитывал рыночные условия (п. 14 Постановления Пленума ВС РФ).
Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец подал апелляционную жалобу. Вторая инстанция удовлетворила её и вынесла решение в пользу истца. Однако ответчик не смирился с исходом дела и подал кассационную жалобу. Дальнейшее развитие событий сложилось следующим образом: кассационный суд общей юрисдикции отменил это определение и направил дело на новое рассмотрение.
Повторное рассмотрение в апелляции оставила решение суда первой инстанции без изменений: в иске отказано.
Ключевые выводы из спора:
Подтверждён факт нарушения. Индивидуальный предприниматель использовал товарные знаки без лицензии, что противоречит ст. 1229 ГК РФ.
Политический контекст не отменяет законности требований.
Несмотря на санкции, иностранные компании сохраняют право на защиту интеллектуальной собственности (ч. 3 ст. 62 Конституции РФ).
Доказательная база признана недостаточной. Истец не доказал: размер упущенной выгоды с разумной степенью достоверности (п. 5 Постановления Пленума ВС РФ); предпринятые шаги для предотвращения убытков.
Злоупотребление правом не доказано. Суд не нашёл признаков намеренного причинения вреда со стороны истца.
В обоснование апелляционного определения легло: отсутствие достаточных доказательств размера убытков и их связи с действиями ответчика; расчёт упущенной выгоды не соответствует требованиям ст. 15 ГК РФ и разъяснениям Пленума ВС РФ; доводы апеллянта сводятся к переоценке обстоятельств, что не является основанием для отмены решения (ст. 327.1 ГПК РФ).
Смысл данного кейса в том, что несмотря на доказанное нарушение прав на товарный знак, крупная зарубежная компания не смогла взыскать убытки из‑за пробелов в доказательной базе. Дело наглядно иллюстрирует сложность взыскания упущенной выгоды в спорах об интеллектуальной собственности — особенно с учётом международных факторов и строгих требований российского процессуального законодательства.