В 1880-х годах по улицам Петербурга часто бродил сгорбленный старик в бедной одежде. Он всегда ходил пешком. Многие знали, что это не просто бедняк, а миллионер. Он владел несколькими домами, знаменитым Апраксиным рынком и десятком имений в разных уголках России. Это был граф Антон Степанович Апраксин.
Генерал, меценат, изобретатель
Граф Апраксин был известен не только как меценат и благотворитель, но и как изобретатель. Он построил великолепный частный театр на Фонтанке, который позже стал знаменитым Большим драматическим театром имени Товстоногова. Возле его роскошного дома на Литейном проспекте всегда собирались нищие.
Когда в начале 1860-х годов Апраксин рынок полностью сгорел, граф восстановил его, сделав огнестойким с использованием новейших технологий, включая электричество.
Апраксин происходил из старинного дворянского рода. Один из его предков, Федор Матвеевич Апраксин, генерал-адмирал русского флота, был сподвижником Петра Великого.
Сам Антон Степанович служил в элитном кавалергардском полку много лет. Выйдя в отставку в звании генерал-лейтенанта, он посвятил себя не только коммерции, но и воздухоплаванию.
Граф был человеком изобретательным и, обладая многомиллионным состоянием, мог позволить себе любые проекты. Скромный и даже скупой в повседневной жизни (ходили слухи, что он носил один сюртук годами), Апраксин щедро тратил деньги на создание новых аэростатов.
В декабре 1883 года, в возрасте 64 лет, граф получил первый патент на «усовершенствования в устройстве воздушных шаров».
Срочно требуется конструктор
Аэростат мог бы совершать длительные полеты, меняя высоту и выбирая воздушные потоки нужного направления. Газовая часть, обладавшая мощью, поддерживала аэростат. Маневрировать предполагалось с помощью подогрева и охлаждения воздуха внутри второго баллона.
Идея не была новой. За сто лет до Апраксина французский воздухоплаватель Пилатр де Розье создал комбинированный аэростат. В июне 1785 года Розье и его спутник Ромен попытались на нем перелететь Ла-Манш, но во время полета случился пожар, и оба погибли.
Однако требовался детальный проект аппарата. Нужна была помощь опытного конструктора. В Петербурге нашелся такой человек: Огнеслав Костович, изобретатель, работавший над дирижаблем «Россия». Граф Апраксин предложил ему сотрудничество, и Костович согласился.
По проекту аэростат Апраксина-Костовича должен был достигать 30 метров в высоту. Его главной частью был баллон в форме гигантской баранки диаметром 25 метров. Обычно для аэростатов использовали водород или светильный газ. Но Апраксин решил взять аммиак — более тяжелый и негорючий, что обеспечивало пожаробезопасность.
К Северному полюсу!
Под кольцевым баллоном находился тепловой баллон в форме шара, а по другому варианту — над ним. В самом низу аэростата висела гондола, «обставленная удобно и роскошно отделанная», как отмечала газета того времени. Она вмещала экипаж из десяти человек. В гондоле была специальная печь, соединённая трубой с тепловым баллоном. Для подогрева воздуха использовались керосин, нефть и другие горючие вещества. Регулятор удерживал аэростат на заданной высоте. Автоматическое управление дублировалось ручным режимом. Предполагалось, что «ветровой» компас поможет выбирать благоприятные воздушные потоки, а «аэронавтический» — определять направление полёта.
Один из современников писал об аэростате графа Апраксина: «Аппарат, выполненный по конструкции господина Костовича, будет очень изящен и солиден, но обойдётся не дешевле 2 000 рублей». Создатели предназначали супераэростат для дальних и трудных полётов, например, полярных. Журнал «Нива» в 1883 году писал: «Очень вероятно, что этот воздушный корабль позволит осуществить поездку к Северному полюсу. При скорости одного градуса широты за шесть часов из Петербурга можно достичь полюса за семь с половиной дней, а на полярное путешествие с шестидневным крейсированием вблизи полюса потребуется 21 день». Если не удастся достичь полюса с первого раза, журнал считал, что это не беда. Важный метеорологический материал будет собран, а вторая экспедиция может оказаться успешнее.
Трагический эксперимент
Супераэростат строили на Охтинской адмиралтейской верфи. Граф Апраксин возвел для этого специальное здание. Казалось, что с его финансовыми возможностями задержек не будет. Планировали завершить все работы и начать пробные полеты уже весной 1884 года.
Но шли годы, а строительство аэростата-гиганта всё не заканчивалось. Технические проблемы возникали одна за другой.
9 июня 1891 года произошла трагедия, которая нанесла значительный урон делу. В тот день планировали очередной эксперимент с большим привязным аэростатом. Всю ночь рабочие готовили его к подъему под руководством поручика Потемкина, управляющего графа Апраксина. Самого графа на площадке не было.
В восемь утра прозвучала команда снять балластные мешки. Рабочие выполнили её, но в этот момент сорвался ворот с привязным канатом. Аэростат резко рванул вверх, увлекая за собой державших его людей. Некоторые успели спрыгнуть.
Потемкин бросился к вороту, ухватился за бешено вращающуюся рукоятку, но его отбросило в сторону, как писала газета, «со значительной частью мяса с правой руки». Четверо рабочих, упавших с высоты 40 метров, погибли.
Этот случай вызвал в столице бурное возмущение. Требовали запретить «воздухоплавательные затеи» графа. Апраксин сам понимал, что совершил серьезные ошибки. Он оплатил похороны жертв и обещал помочь их семьям.
Энтузиазм создателей супераэростата начал угасать. Костович, занятый строительством своего дирижабля, отошел от проекта. Внезапная смерть графа 2 января 1899 года (по старому стилю), когда ему было 81 год, окончательно остановила все работы.
Сто лет спустя
Похороны Апраксина были пышными и многолюдными. Процессия растянулась на версту. В центре толпы двигалась роскошная белая колесница, но от Литейного проспекта до Балтийского вокзала гроб несли на руках.
За гробом шли представители петербургской аристократии: графы, князья, генералы, а за ними — тысячи горожан. «Едва ли когда-нибудь можно было увидеть такую огромную толпу простонародья», — писала «Петербургская газета».
На вокзале уже ждал специальный поезд. В нем прах Апраксина отправили в Сергиев, где его похоронили в фамильном склепе Троицко-Сергиевской пустыни.
А что же случилось с недостроенным аэростатом-гигантом? В конце января 1899 года журнал «Циклист» сообщил: «Место постройки аэростата опечатано до особых распоряжений наследников».
Через неделю наследники решили прекратить эксперименты графа и передать аппараты парижскому воздухоплавательному парку. Супераэростат Апраксина так и не взлетел. Его конструкция оказалась слишком сложной для техники того времени, но идея была верной. Это стало ясно лишь век спустя.
Именно такие комбинированные аэростаты позволили совершать сверхдальние полеты. Например, гигантский «Брейтлинг Орбитер-3», на котором в 1999 году Пиккар и Джонс облетели Землю.
Мысль о супераэростате русского графа не была фантазией. Она просто опередила свое время.
© «Секретные материалы 20 века»