28 декабря 2024 года в селе Борское насмерть сбили Ольгу Андрееву. Рядом была ее свояченица, которую госпитализировали с тяжелыми травмами. За рулем автомобиля SsangYong Actyon сидел Александр Журавлев. Ему — 45 лет, он начальник отдела в местном МФЦ, а его отец когда-то возглавлял районный отдел внутренних дел.
Следствие сразу сделало вывод: пешеходы сами вышли на дорогу, водитель не виноват. Уголовное дело тогда не возбудили.
Мать погибшей, Татьяна Тулупникова, бывший врач, не поверила в эту версию. Полтора года она писала жалобы, ходила по инстанциям. Журналист 63.RU изучила предоставленные потерпевшими документы, запросила ответы из прокуратуры, СК и МВД, и поговорила с родственниками.
И вот — в апреле 2026 года уголовное дело наконец-то возбудили.
«Мы стояли на обочине. На дорогу не выходили»
В ту ночь Ольга Андреева вместе с мужем приехала в Борское к родственникам. Супруги жили в Самаре, но перед новогодним праздником решили заехать в гости к брату мужа.
По версии семьи, вечером женщины — Ольга и ее свояченица Марина Андреева — вышли на улицу. Они ждали машину, чтобы съездить к дочери Марины. С собой взяли портативную колонку, поставили ее на стул на обочине. Дорога была пустая. На проезжую часть они не выходили.
В это время по улице Степана Разина ехал Александр Журавлев.
По версии водителя, которую он озвучил следователям, он двигался со скоростью около 50 километров в час. Увидел на обочине двух женщин, рядом мигала портативная колонка и громко играла музыка. А потом они резко выбежали на дорогу прямо перед его машиной. Он не успел затормозить.
Ольга Андреева скончалась на месте. Марина Андреева выжила, но получила тяжелые травмы.
Сразу после ДТП по дороге прошел грейдер
Татьяна Тулупникова, мать Ольги, говорит, что первое, что ее насторожило — это состояние места происшествия.
— После ДТП сразу прошел по дороге грейдер, — рассказывает она. — Таким образом место совершения ДТП не установили на момент составления схемы. Сотрудники полиции не оценили дорогу, не зафиксировали следы происшествия, не установили тормозной путь. Не установлено, где именно на дороге сбили Ольгу и на какое расстояние отбросило тело.
Она повторяет это же и в официальной жалобе, которую направляла в прокуратуру. Фактически, ключевые улики могли быть уничтожены до того, как их успели зафиксировать.
Следственный эксперимент
Следственный эксперимент провели только 6 марта 2025 года. То есть, через два с лишним месяца после ДТП.
И провели его не с участниками и свидетелями, а так: приехал водитель, его защитник, понятые. Им показали видеозапись, потом Журавлев рассказал, как все было, и на основе его слов составили новый протокол осмотра места происшествия.
Марину Андрееву, которая выжила и находилась рядом с Ольгой в момент наезда, на эксперимент не позвали.
— Они подменяют одни следственные действия другими, — говорит Тулупникова. — Провели следственный эксперимент, которым установили местонахождение умершей Ольги — со слов Журавлева. Показания второй потерпевшей, Марины Андреевой, не принимают во внимание.
Алкотестер с просроченной поверкой и отсутствие проверки на наркотики
В крови погибшей Ольги Андреевой нашли алкоголь. Это никто не оспаривает. Но, как считает Татьяна Тулупникова, врач по образованию, следствие использовало этот факт, чтобы полностью переложить вину на погибшую.
— Они давят на то, что опьянение было в сильной степени, — говорит она. — Но я поднимала нормативы: это средняя степень. Я не иду на конфликт, я об этом особо не упоминаю. Но есть другие вещи, которые замалчивать нельзя.
Вот эти «другие вещи» (по словам Татьяны Тулупниковой):
- Водителя Журавлева проверяли на алкоголь. Но прибор, которым пользовались, как утверждает Тулупникова, был с просроченной поверкой.
- На наркотики Журавлева не проверяли вообще.
Официального подтверждения этому нет. Но и документа, который бы доказывал обратное, (справки о проверке на наркотики), в материалах дела тоже нет.
Машину вернули через неделю
Еще один момент, который вызывает вопросы у семьи. Как выяснилось, автомобиль Журавлева быстро вернули владельцу.
— Где-то через неделю он уже ездил на [этой] машине. Отремонтированной, — говорит Тулупникова.
При серьезном ДТП со смертельным исходом транспортное средство обычно признают вещественным доказательством. Его осматривают, назначают экспертизы, и оно остается на штрафстоянке до окончания расследования. В данном случае машину отдали почти сразу.
То же самое касается и работы. Татьяна уверяет, что Журавлева на время отстранили, но спустя непродолжительное время восстановили.
Он работает начальником отдела в МФЦ. По данным из открытых источников, речь идет о должности начальника межмуниципального отдела по Борскому и Алексеевскому районам Управления Росреестра по Самарской области.
Суд взыскал моральную компенсацию, но вины водителя не нашел
Пока следствие отказывало в возбуждении уголовного дела, родственники погибшей пошли в гражданский суд. Они требовали компенсацию морального вреда и возмещение расходов на похороны.
Богатовский районный суд в сентябре 2025 года частично удовлетворил их требования. Судья постановил взыскать с Журавлева:
- 150 тысяч рублей — матери погибшей, Татьяне Тулупниковой;
- 150 тысяч рублей — мужу погибшей, Сергею Андрееву;
- 200 тысяч рублей — совершеннолетнему сыну Ольги;
- 250 тысяч рублей — несовершеннолетней дочери;
- 232 тысячи рублей — за ритуальные услуги и похороны.
Итого — около 750 тысяч рублей моральной компенсации и больше 230 тысяч за похороны.
Но при этом суд прямо указал, что вины водителя в ДТП нет — пешеходы сами вышли на дорогу, и он не имел технической возможности избежать наезда. «Грубая неосторожность погибшей», — так это сформулировано в решении суда.
Муж погибшей записал видео сразу после случившегося
Источник:
Читатель 63.RU
Апелляция и отсутствие выплат
Журавлев пытался обжаловать это решение. Но областной суд оставил все в силе. При этом, по словам Татьяны Тулупниковой, добровольно водитель ничего не платил.
— Он подавал жалобы по поводу выплат и в областной суд (апелляционная инстанция. — Прим. ред.), и кассацию, — рассказывает она. — Но добровольно никаких выплат не было и нет до сих пор.
Единственный разговор о деньгах был на следующий день после ДТП.
— Он приезжал сюда, в Самару, и пытался, как бы это сказать, полуподпольно зятю 100 тысяч вручить, — вспоминает Тулупникова. — Я была рядом. Я говорю: «Ты вообще о чем говоришь?». Он: «Я хочу поучаствовать». Я: «Ты уже во всем поучаствовал, в чем можно».
На этом разговор закончился.
Свидетель
В деле есть один важный свидетель — некто Сушков. Он ехал навстречу Журавлеву и видел момент наезда. Согласно протоколам, он рассказал, что женщины стояли на дороге, одна — на полосе движения.
Но потерпевшая Марина Андреева говорит иначе: они были на обочине, ждали машину, на проезжую часть не выходили.
Увольнения в полиции после ДТП
Одна из самых острых деталей, которая всплыла в разговоре с Тулупниковой: после ДТП из отдела полиции уволились двое сотрудников.
— Один из той бригады, которая выезжала на место происшествия, уволился спустя несколько дней, — рассказывает она. — Второй — спустя месяц.
Официального подтверждения этому нет. Но если это правда, то вопросов становится еще больше. Люди, которые первыми оказались на месте ДТП, составляли схему и протокол, уходят из органов почти сразу после происшествия — это странно. Но самое главное, что их не допрашивали в суде — ведь они уже не сотрудники полиции.
В Борском, по словам Татьяны Тулупниковой, многие знают отца Александра Журавлева — Владимира Журавлева. Он в начале 2000-х возглавлял районный отдел внутренних дел.
Сам факт, что в маленьком селе сын бывшего начальника РОВД попадает в смертельное ДТП и избегает уголовной ответственности, вызывает у жителей, мягко говоря, недоверие к следствию.
Как реагировали ведомства на запросы журналиста
Редакция 63.RU направила официальные запросы в Следственный комитет, прокуратуру и ГУ МВД по Самарской области.
Что мы спросили:
— Правда ли, что по дороге сразу после ДТП прошел грейдер и уничтожил следы?
— Почему следственный эксперимент проводили только с водителем и его адвокатом, без второго потерпевшего?
— Почему водителя не проверили на наркотики, а алкотестер мог быть с просроченной поверкой?
— Почему машину вернули владельцу через неделю?
— Почему уволились сотрудники, выезжавшие на место ДТП?
Что мы получили в ответ:
Следственный комитет прислал письмо, в котором сообщил, что не может разглашать персональные данные без согласия заявителя. Однако редакция и не запрашивала ничьих персональных данных. Она спрашивала о действиях следователей и экспертов.
Прокуратура ответила короче: по данному факту возбуждено уголовное дело, и данные предварительного расследования разглашению не подлежат. Но прокуратура подтвердила главное — уголовное дело все-таки завели. Почему его не заводили полтора года, в ведомстве не объяснили.
ГУ МВД прислало ответ, в котором фактически повторило позицию СК: без согласия граждан предоставить информацию нельзя. И добавило, что сообщения о ДТП в пресс-релизах носят «исключительно информационный характер и не определяют степень виновности участников».
Фактически, ни одно ведомство не ответило на вопросы по существу.
Сам Александр Журавлев на вопросы журналиста 63.RU отвечать не стал. Сначала сказал, что ему некогда комментировать и он перезвонит. Не перезвонил. А потом и вовсе перестал брать трубку. Но редакция по-прежнему готова предоставить ему возможность озвучить свою позицию в полном объеме.
Что дальше?
Итак, в апреле 2026 года уголовное дело наконец-то возбудили. Следователи теперь обязаны провести полную проверку: допросить свидетелей, назначить экспертизы, установить все обстоятельства.
Но с момента ДТП прошло почти полтора года. Следы на дороге давно исчезли. Машина отремонтирована и на ходу. Двое полицейских, которые выезжали на место, уволились. Сможет ли следствие восстановить картину происшествия — большой вопрос.
Татьяна Тулупникова не намерена опускать рук.
— Суды до сих пор продолжаются, — говорит она. — На днях было как раз заседание по поводу его апелляции. Всё оставлено в силе по выплатам. А остальное — всё на мертвой точке… Я не знаю [что будет дальше]… Но я не могу остановиться. Это же моя дочь.
21 апреля 2026