24 марта 1989 года огромный нефтяной танкер Exxon Valdez сел на мель на рифе Блай в заливе Принс-Уильям на Аляске. Судно вышло из порта Валдиз и перевозило 53 миллиона галлонов сырой нефти; по оценкам, 11 миллионов галлонов вылилось в залив Аляска.
Ущерб от разлива нефти был огромным. Десятки тысяч животных погибли, целые поколения рыб и других обитателей моря оказались под угрозой, жизнь местных жителей была серьёзно нарушена, а последствия этой катастрофы ощущаются до сих пор. Затраты на ликвидацию последствий были астрономическими.
Начиная особенно с 1970-х годов, на фоне растущей обеспокоенности состоянием окружающей среды, был принят ряд федеральных законов, расширяющих полномочия правительства по расследованию нарушений в отношении нашей общей окружающей среды — преступной деятельности, которая угрожает жизни и здоровью людей.
В случае с Exxon Valdez — как и в большинстве дел об экологических преступлениях того времени — ФБР тесно сотрудничало с властями штатов и другими федеральными ведомствами, чтобы выяснить, что именно произошло, как это случилось и было ли в этом замешано преступно-небрежное поведение.
В феврале 1990 года, после масштабного расследования инцидента, Министерство юстиции выдвинуло многопунктовое уголовное обвинение против корпорации Exxon и её дочерней судоходной компании за нарушения Закона о чистой воде, Закона об отходах и Закона о договоре о перелётных птицах (этот конкретный закон входил в юрисдикцию ФБР ещё с 1920-х годов), а также других законов.
А в октябре 1991 года Окружной суд США в Анкоридже принял признание вины компанией Exxon и утвердил мировое соглашение, включающее соглашение о признании вины в уголовном преступлении и возмещение ущерба. Exxon выплатила крупный штраф; однако часть его была возвращена благодаря участию компании в ликвидационных работах. Суд также утвердил гражданско-правовое урегулирование, разрешающее претензии федерального правительства и Аляски по расходам на ликвидацию последствий и ущербу природным ресурсам — при этом гражданские штрафы оказались даже выше уголовных.