Коле Петрову по жизни не везло. Все его друзья и однокурсники давно были заняты делом: кто-то работал в найме, кто-то открыл свой бизнес, кто-то удачно женился. У Николая же всё шло наперекосяк. Ему уже стукнуло 24, а он всё ещё болтался как бревно в проруби, не задерживаясь на одном рабочем месте дольше двух месяцев. На «дядю» он работать не хотел, а его подружка была самой обычной продавщицей в сетевом магазине.
Сколько бы ни пытались родители Коли образумить сына, что деньги с неба сами не сыпятся и нужно работать, чтобы что-то иметь, Николай только отмахивался.
— Я ищу себя! — важно заявил он на семейном совете. — И на кого-то работать не собираюсь! Вот открою своё дело, тогда и у меня попрёт. Мне лишь идея нужна! Как только определюсь с концепцией, начну!
— Сынок, так пора уж! Сколько можно без дела болтаться? Иди работай! — потребовали родители.
— Не нагнетай, мам, — пресекал Коля неприятные его нежному слуху разговоры. — Сказал, что будет у меня своё дело, значит, будет!
Вскоре он с горящими глазами предстал перед родителями:
— Мам, пап! Я всё продумал! Мы откроем пекарню по выпечке пончиков! Надо купить фритюрницу, упаковку, продукты и, считайте, что мы миллионеры! Себестоимость копеечная, а выхлоп большой!
— Хм, — почесал затылок Григорий Семёнович, отец Коли, — а кто будет лепить пончики твои? И где?
— Вот это самое главное! — воодушевлённо начал вводить Коля родителей в курс дела. — Пончиками займётся мама. Ты, отец, будешь главный по упаковке и доставке. Машина у тебя есть, так что, проблем не будет.
— Сынок, я что-то не совсем поняла, я на своей кухне их буду жарить? — не очень обрадовалась такому раскладу мать, Ирина Фёдоровна.
— Ну да! Не нанимать же посторонних. Это дорого, да и тебе самой не понравится, если чужие люди будут здесь крутиться. В конце концов, вы оба на пенсии, дома сидите. И мне поможете, и сами при деле будете. А как раскрутимся, я вас на море отправлю отдыхать.
— Ну, хорошо, а ты чем будешь заниматься? — отец задал ему резонный вопрос.
— Я думал, что это и так понятно: я буду искать каналы сбыта, заниматься финансами. Кстати, по поводу финансов... Мам, пап, вы мне одолжите денег на раскрутку? А то мне своих не хватит. Я верну! Вот только прибыль пойдёт, сразу верну, с процентами! — Коля был так убедителен, что родители дрогнули и достали часть своей заначки.
Через неделю кухня Петровых больше походила на склад: мешки с мукой, сахаром, канистры с маслом... Все это занимало и без того маленькое пространство. На обеденный стол Николай водрузил пончиковый аппарат, купленный у кого-то с рук. В коридоре стояла коробка с рулонами крафтовой бумаги для упаковки.
— Мам, ты ищи в интернете лучшие рецепты, делай пробные экземпляры, а ты, пап, нарезай из бумаги заготовки для пакетов и склеивай их. Это намного дешевле будет, чем готовые покупать, — раздавал он указания с умным видом.
Пока родители пыхтели, каждый над своей миссией, Коля преспокойно отдыхал в клубе, потягивая коктейли, время от времени названивая домой и контроллируя процесс.
— Коленька, что-то рецепты все какие-то непутёвые, — жаловалась Ирина Фёдоровна сыну, — и дома вентиляция плохо работает. Дышать уже нечем. А отец разогнуться не может: целый день в три погибели сидит, клеит эти чёртовы кульки. Может, ты помещение найдёшь и работника?
— Мам, ну ты чего? — негодовал Коля. — Так мы вообще ничего не заработаем!
Через три дня первая партия пончиков и кульков была готова, да вот только рынка сбыта у Николая не было — он этот момент при ведении бизнеса упустил. Чтобы пончики не пропали, пришлось Ирине Фёдоровне ходить по соседям и бесплатно раздавать их.
Коля понял, что промахнулся и, чтобы мать с отцом сильно не ругались, придумал новый стартап.
— Признаю: пончики — отстой! — пришёл он с повинной к родителям. — Вот шаурма...
— Нет! — воскликнула Ирина Фёдоровна, натирая спину мужу мазью от боли. — Больше я на свою кухню тебя не пущу! Ты ещё свою шайтан-машину оттуда не убрал.
— Да уберу я, уберу, — закивал Коля. — Больше никакой еды! Обещаю! У меня другая идея! Домашняя гостиница для собак! Вы же любите животных!
Мать с отцом переглянулись и уже хотели сказать своё решительное «нет», но Николай с ещё большим воодушевлением начал перечислять им все прелести этого бизнеса:
— Люди, уезжая в отпуск, не знают, куда девать своих питомцев. А тут — пожалуйста: накормят, погуляют, за ушком почешут. Готовить ничего не надо — мешок корма сухого купим и адьёс! Только это, мам, пап, одолжите мне ещё немного денег? Я продам пончиковый агрегат и верну. А пока надо закупить корм, лежанки, вольер, миски, — не давая вставить слова родителям, Коля тарахтел без умолку.
— Ты хочешь, чтоб они жили у нас? — ахнула Ирина Фёдоровна.
— Ну да, — не понимая, что так удивило и испугало мать, развёл руками Коля, — места у нас — хоть зоопарк заводи. Собак вы любите. Будете с ними на свежем воздухе гулять — и им, и вам полезно. Денежки нам капать будут, а делать почти ничего не надо.
Через день родители снова ошеломлённо смотрели на приобретения сына, заполнившие квартиру: несколько собачьих лежанок, коробка с мисками, мешки с сухим кормом, поводки, ошейники и даже металлическая клетка.
— А это для чего? — потрогал хлипкие прутья Григорий Семёнович.
— Для агрессивных особей, — ответил Коля и тут же спохватившись, добавил, — но это на всякий случай.
— Жена, как мы опять поддались на его авантюру? — удивлённо посмотрел на Ирину Фёдоровну муж, когда сын озадачился заказом рекламного объявления. — Ему гипнотизёром надо идти, а не бизнесменом! Мы снова повелись на его байки.
— Гриш, а может, у него получится? Если мы не поможем, то кто поможет? — вздохнула жена, хотя сама не очень верила в успех нового предприятия сына.
Первым клиентом «гостиницы» оказалась мелкая собачка, которая тявкала, не замолкая ни на минуту. Размером с два кулака Григория Семёновича, она так и норовила вцепиться в «персонал». Клиента срочно поместили в клетку. Как оказалось, ест это чудо только куриную грудку, закусывая отварной брокколи.
— От другого корма у Цезаря расстройство желудка, — поделилась информацией хозяйка «чуда». — В туалет он ходит на пелёночку. А на улице гуляет исключительно на ручках и обязательно одетый.
Заверив на прощание хозяйку, уезжавшую на два дня, что с её диктатором будут обращаться подобающе, Ирина Фёдоровна позвонила сыну:
— Коленька, нам привели первого постояльца, — с тревогой сказала она, — но он не ест сухой корм и у нас нет пелёнок.
— Мам, мне пока некогда, я налаживаю контакты с новыми клиентами, — зашептал Коля в трубку, — купи сама, что нужно, я потом верну. Всё, не отвлекай.
Ирине Фёдоровне показалось, что она услышала на фоне громкую музыку и весёлые молодые голоса, но тут же пристыдив себя за недоверие к сыну, она пообещала, что всё сделает.
Пока она ходила в магазин, Григорий Семёнович смастерил постояльцу импровизированный намордник из бумажного стаканчика и, чтобы это подобие собаки не откусило ему пальцы, подбросил Цезарю пригоршню сухого корма, игнорируя предупреждение хозяйки.
Похоже, этот воитель всё же был не прочь поживиться сухарями и схомячил всю кучку, аж за ушами трещало. Долго ждать последствий не пришлось. Отмывать клетку — было делом нелёгким. А отмывать Цезаря — ещё и опасным.
Кое-как родители Николая пережили эти два дня и выдохнули с облегчением, когда в квартире воцарилась тишина. Но долго радоваться им не пришлось: объявление сработало, и к ним повели своих питомцев хозяева, отбывающие в отпуска, командировки или просто на выходные отдохнуть.
— Коля! — взмолилась Ирина Фёдоровна — Сынок, приезжай! У нас три постояльца, и мы с отцом не справляемся: чиха Нарцисс пытается очаровать овчарку Аврору, а та дерется с лабрадором Пикселем. У нас не дом, а бордель какой-то! Вчера Пиксель чуть не утащил отца в пруд за утками, Аврора сожрала его новые кожаные ботинки, а Нарцисс застрял между прутьями клетки. Коля, мы устали!
— Ладно, ладно, мам, я снимаю объявление. У меня другой план! — «обрадовал» мать Коля. — Больше никаких собак, никаких пончиков! Я нашёл прибыльное дело: мы будем выращивать зелень и рассаду на продажу. Вот только надо будет закупить фитолампы, землю, семена...
— Так, Николай, — отобрал трубку у жены Григорий Семёнович, — быстро приезжай домой! Сейчас же!
Через полчаса Коля был дома. Его встретил дружный лай, а Нарцисс от радости задрал ногу и поприветствовал Николая прямо на штанину.
— Вот, теперь ты видишь свой бизнес изнутри! — строго нахмурил брови отец. — И почему-то все свои обязанности ты свалил на нас с матерью. Мы, к твоему сведению, своё отработали уже, хотим спокойно пожить на пенсии, а не вот это всё!
Он обвёл руками квартиру, превратившуюся в чёрт знает что. Коля нервно сглотнул и заискивающим голосом промямлил:
— Я осознал. Теперь всё будет по-другому! Лёгкий бизнес...
— Всё, Николай! Никаких больше бизнесов! — треснул по столу кулаком Григорий Семёнович. — Ты живёшь дома, пока твоих постояльцев не заберут хозяева, а потом убираешь всё из квартиры, идёшь работать и возвращаешь нам с матерью деньги, что брал у нас на свои глупости!
— Но, пап... — Коля планировал делегировать свои обязанности родителям, а сам развлекаться и получать прибыль.
— Я два раза не повторяю! В магазине у дома требуются грузчики. Ты раздаёшь собак, закрываешь этот притон и идёшь работать! — рявкнул отец.
Ирина Григорьевна хоть и не одобряла такого тона мужа, но защищать сына не собиралась: слишком устала.
Коля быстро понял, как нелегко достаются деньги, работая грузчиком. Он быстро нашёл себе работу по специальности, расплатился с родителями и больше никогда не пытался заняться бизнесом.
