Представьте себе остров, которого с каждым годом становится меньше. Буквально. Море отгрызает от него кусок за куском — до 10 метров береговой линии в год. Здесь нет деревьев, только тундра, мох и сотни озёр, похожих на дырочки в гигантском лёгком. Дует постоянный ветер — норд-ост, северо-восточный, тот самый, который «сдувает комаров» и не даёт расслабиться ни на минуту. И посреди этого безмолвия — маяк, метеостанция и несколько человек, которые добровольно выбрали жизнь на краю земли.
Это Моржовец. Остров-призрак, остров-спасатель, остров-легенда.
География, которая меняется на глазах
Моржовец лежит в горле Белого моря, при входе в Мезенскую губу. Площадь — около 110 квадратных километров. Овальный, плоский, с крутыми обрывами на северной оконечности (высота — 25–30 метров). Берега сложены песчано-глинистыми породами с прослойками ископаемого льда.
Когда лёд тает — берег сыплется.
Процесс называется термоэрозия. Летом солнце прогревает верхние слои, многолетнемёрзлый лёд внутри обрывов начинает вытаивать, и порода осыпается в море. Прибой довершает дело. В среднем остров теряет 1 метр берега в год. Но на некоторых участках — до 43 метров в год!
Для сравнения: в 1841 году, когда строили первый маяк, расстояние от башни до обрыва составляло 576 метров. К 1865-му — всего 65. За 24 года море съело полкилометра. Маяк пришлось переносить.
По оценкам гидрографа П. И. Башмакова, через тысячу лет от Моржовца останутся только песчано-глинистые отмели — «кошки», как их называют поморы. Моржовец разделит судьбу Земли Санникова: исчезнет, останется только в легендах.
Почему Моржовец?
Название — от моржей. Когда-то здесь были огромные лежбища. Уже в X веке поморы и их предки охотились на этих гигантов. К XIX веку моржей в акватории не осталось. Истребили. Теперь название острова — как памятник исчезнувшему зверю.
Кстати, о названиях: на Зимнем берегу, неподалёку, есть место — Абрамовский берег. Поморы называли молодых моржей «абрашками». Там, где самки выводили детёнышей, — Абрашкин берег. Потом окультурили до Абрамовского. Топонимика хранит память о животных, которых мы больше не увидим.
Маяк, который переезжал за обрывом
Первый каменный маяк на Моржовце зажёгся 1 августа 1842 года. Башня была 20,4 метра, свет виден далеко. Но море наступало. Уже в 1857 году расстояние до обрыва сократилось до 202 метров, в 1865-м — до 65. В 1871 году маяк перенесли на новое место — в 790 метрах от края.
Та башня была деревянной. В 1917 году она сгорела. В 1925–1927-м построили новую — тоже деревянную, в виде усечённой пирамиды. А в 1974-м возвели современный: 30-метровую железобетонную башню с чёрно-белыми полосами и круговым радиомаяком.
Сегодня он стоит на северо-западной оконечности. Но море снова подбирается.
Метеостанция
В 1843 году, через год после маяка, на Моржовце начались метеорологические наблюдения. С перерывами, но с 1895 года — регулярные. Это одна из старейших метеостанций России.
Первыми наблюдателями были служители маяка. Они записывали температуру, давление, ветер, облачность. С 1906 года начали измерять температуру воды, степень волнения, удельный вес, следить за льдами. Позже добавились снежный покров, солнечное сияние, гололёд.
Сегодня станция модернизирована: есть автоматический метеорологический комплекс, данные передаются по спутнику. Но люди остаются. Работают вахтами — по году, по два.
Кто живёт на краю земли?
Постоянного населения на Моржовце нет. Только вахтовики: метеорологи и смотрители маяка. В сумме — 5–7 человек.
В 2021 году на станции работали Владимир Мороз (начальник), его жена Вера и старожил Иван Павлович Чесноков, который провёл здесь 14 зимовок. Владимир и Вера поженились и сразу уехали на остров — их «медовый месяц» длится уже несколько лет.
Вера ведёт дневник: сколько заготовили дров, когда прилетели лебеди, сколько собрали грибов и ягод. Огород на подоконнике: огурцы, укроп, петрушка. Редиска дала первые ростки под окном.
«А сколько Володя наловил рыбы в прошлом году! Заготовили на всю зиму, ещё и маячникам отдали», — рассказывала она гостю с Большой земли.
Грибов здесь — море. Грузди, подосиновики, белые. В один удачный день нашли три десятка белых. Ягоды: морошка, брусника, черника, клюква.
На вопрос о комарах Вера улыбнулась: «На нашем острове живет ветер, и он всех комаров сдувает».
Робинзонада XXI века
Остров называют «островом спасения». Поморы говорили: «зацепиться за Моржовец» — значит, выжить в шторм, найти убежище.
Самая удивительная история случилась в конце XX века. Мичмана Олега Антонова смыло волной с борта буксира. Буксир ушёл, не заметив потери. Хватились только к четырём утра. Обыскали берег — не нашли. Похоронили заочно.
А Антонова вынесло на Моржовец. Он пришёл в себя на берегу — мокрый, с вывихнутой ногой. Спичек не было. Питался ягодами и сыроежками (их можно есть сырыми, если есть соль — а соль он брал из морской воды). Жилище сложил из камней.
46 дней провёл он на острове. В конце октября его заметили рыбаки. Потерял 10 килограммов — остался жив. Такая вот современная робинзонада со счастливым концом.
Вещий сон Ломоносова
Самая известная легенда Моржовца связана с Ломоносовым. Михаил Васильевич рассказывал:
«На рассвете вздремнул и увидел сон необыкновенный. Вижу, будто мой корабль огибает остров Моржовец… Вхожу в губу Глухую. Падает снег. На берегу карбас; в нем, под снежной пеленою, человеческое тело. Я рукою охитил снег с лица и… узнаю отца».
Отец Ломоносова, Василий Дорофеевич, не вернулся с промысла. Михаил послал экспедицию в указанное место. Останки нашли. Похоронили на берегу Глухой губы.
Современные исследователи не нашли на картах Глухой губы. Возможно, название изменилось. А может, губу смыло морем — за 250 лет Моржовец потерял не один километр берега.
Несколько лет назад на острове установили памятный знак Василию Дорофеевичу Ломоносову — отцу великого учёного.
Военное прошлое
В 1936–1942 годах, при строительстве системы береговой обороны Белого моря, на Моржовце разместили артиллерийские батареи. К началу войны здесь стояли батареи №5 и №13 (на последней — четыре 180-мм орудия). В 1944 году добавился 89-й отдельный артиллерийский дивизион.
Гарнизон следил за входом в Белое море, охранял северные рубежи. В начале 1960-х батареи расформировали.
Сегодня в центре острова — заброшенная воинская часть. Ржавые бочки, брошенная техника, развалившиеся казармы. Даже зенитная установка времён Холодной войны, устремившая стволы в небо. Экологическая проблема, доставшаяся в наследство.
Но есть и хорошая новость: в 2022 году экспедиция Северного флота, Института Наследия и Русского географического общества обследовала остатки батарей, провела радиоэкологический анализ. Вода — чистая. Обещают убрать бочки.
Белые ночи и фантастические пейзажи
В конце июня на Моржовце — полярный день. Солнце не садится, ветер дует, а воздух прогревается так, что можно купаться. Песчаные пляжи тянутся на многие километры. Вода у берега достаточно тёплая — по крайней мере, в конце июня, когда здесь побывал один из путешественников.
«Мох при ходьбе сильно пружинит, и всё происходящее напоминает высадку на другую планету. Яркое солнце, синяя вода, сильнейший ветер и при этом жара».
С воздуха остров похож на лёгкое: овальный, с множеством синих озёрных «дырочек». Их здесь около 400.
Остров, который умрёт, но пока не сдаётся
Моржовец обречён. Море сжирает его берега со скоростью, которую невозможно остановить. Через тысячу лет (а может, и раньше) от острова останутся только отмели. Исчезнут маяк, метеостанция, озёра, тундра. Исчезнут и те, кто живёт здесь сейчас — последние робинзоны Белого моря.
Но пока остров жив. Пока смотрители маяка включают свет. Пока метеорологи записывают температуру в журнал. Пока ветер, которого боятся комары, несёт над тундрой запах багульника.
В июне 2022 года один из путешественников, покидая Моржовец, написал в дневнике: «Прощай, ласковый остров. Теперь я знаю, где живёт ветер».
И добавил: «Жаль, что его скоро не станет».